Досуга для размышлений мне, к сожалению, никто не приготовил. В деревне меня ждал еще один сюрприз. Рядом с домом дяди Коли и тети Маруси топтались трое. Алька в самодельном пятнистом сарафане и соломенной шляпе, Алькина бабушка Варвара Степановна в таком же сарафане и кружевном беретике, обе с чемоданами, и поодаль Серега, местный герой, по совместительству, кузнец с кулаками как гири.

Насмешила своими планами саму себя. Не иначе, как сглазили меня ведьмы морские, если такие бывают. Мой отпуск стремительно превращался в полосу препятствий. Вместо созерцания закатов – пирушки, вместо одиночества – гости за гостями, вместо поисков клада – чужие проблемы. Уж Варвару Степановну я точно не ожидала увидеть. Да и Алька, бросившая диссертацию, вызывала подозрения в нормальности.

– Элька! – подружка бросилась мне на шею. – Как ты тут?

– Полчаса назад считала, что все неплохо.

– Вот! Я говорила, что Элька обрадуется. Сейчас у тебя все будет офигенно.

– Как прошла предзащита? – задала я коварный вопрос, чтобы хоть немного угомонить Альку.

– Никак. Ее перенесли на осень. Представляешь?

– Профессура злодействует?

– Некоторым срочно понадобилось на конференцию за бугор поехать.

– Плюнь.

– Да я уже отпереживала. Рыдала целый день, а потом решила, что не стоят они моих страданий. Ты же вот задвинула физику, хотя самая способная была, и ничего, небо на землю не упало. Можешь себе позволить отдых на море. В общем, мы приехали! – отрапортовала Алька. И на всякий случай все же поинтересовалась. – Ты рада?

– А что мне остается? – я ткнула пальцем в Серегу. – Познакомься, это Серега, кузнец тебе для сеновала. Или вы уже познакомились?

– Одичала ты тут, Элька, без цивилизации, – Алька покраснела, но я-то видела, что поглядывала она на Серегу с интересом. – Вовремя я приехала, еще можно процесс вспять повернуть. Показывай хижину.

– Хватит одной дикой, ты с бабушкой будешь у дяди Коли жить.

– Бабушка да, а я…

– И ты да, – с нажимом ответила я.

– Ну хорошо, – сразу сдулась Алька. Догадалась, что спорить со мной не надо. Годы дружбы научили.

– Серега, ты чего там как неродной, иди к нам. Девушка нуждается в помощи, – чему я искренне радовалась, так это тому, что у подруги будет компаньон, а у меня – свобода.

– Я завсегда готов помочь, – ринулся к нам Серега, схватил оба чемодана и выжидательно на меня уставился. – Куда нести?

– А фрукты дорогие? – Варвара Степановна проявила деловую хватку. – Алевтине витамины нужны.

– Витамины тут пачками в саду, только вас дожидались, – обнадежила я и устремилась в дом. – За мной!

Пока мы болтали, дядя Коля успел привести с рынка тетю Марусю и началось великое заселение. Нам с Алькой комната уже была готова, для меня берегли. Варваре Степановне нашелся закуток на первом этаже. Потом состоялся праздничный ужин, я наелась на три дня вперед, потом мы горланили задушевные песни, потом мы с Алькой улеглись спать, но болтали о своем о девичьем.

– Аль, правду скажи. Про диссертацию.

– Спи, Элька. Глаза слипаются.

– Ясно. Оплату потребовали, натурой. А ты девушка честная, не смогла переступить через принципы.

– Я пыталась. Пришла даже на квартиру. Руку подняла, чтобы на звонок нажать. И тебя вспомнила.

– Ну, супер, – я невесело рассмеялась. – Мной уже можно детишек пугать. Налицо моральное разложение. За деньги, без лишних вопросов и проблем.

– Не об этом я, Элька. Ты не говоришь, но я же понимаю, что есть у тебя цель. Не только деньги. Врешь ты все, что за сладкую жизнь связалась с Кротовым. За идею! А я, получается, за сотню печатных страниц отдаться должна. Так мерзко стало.

– Что, совсем бедный? Дала бы взятку вместо тела.

– Как стукну сейчас, – Алька схватила подушку, но кидать в меня не стала. – Я предлагала денег, думала, что займу у тебя, но не согласился, гад. Я же ни с кем не валандалась на кафедре. Вот и решил за мой счет подняться. Имидж подправить. Трахнуть неприступную аспиранточку.

– Если позволишь, я с ним разберусь. По-свойски. В другую сторону ему имидж поправлю.

– Спасибо, Элька. Я знала, что ты так скажешь. Но нет. Пусть утрется. У меня сроки позволяют. Через полгода его функции секретаря закончатся, я смогу защититься в другом Совете. Ему тоже достанется, что предзащита не состоялась. Я еще и поэтому уехала. Не найдет он меня. Телефон дома оставила. И бабулю увезла.

– Героический ты экземпляр, Алевтина Юрьевна. Раритетный.

– Фигня. Давай про свои дела рассказывай, Микаэла Робертовна. Серега топчется у дома, кто еще?

– Спать пора давно. Глаза слипаются.

– Тоже мне, нашлась засоня. Рога наставляешь кротику своему? Да? Не делай мне тут невинное личико. Все я сразу поняла, как тебя увидела.

В наблюдательности Альке не откажешь. И в сообразительности. Ученый, как-никак. Но я решила не признаваться, что влюбилась в Вадима. Сегодня есть любовь, а завтра одни головешки. В конце концов, морской воздух, крепкий сон и прогулки украсят любую мордашку. Да и здоровое питание. Фрукты и овощи. Конечно, эти забубенные истины я не стала Альке растолковывать, чтобы подушкой не получить по голове.

– Расшифруй, подруга, что ты такое во мне увидела. За пару-тройку дней глобальных изменений произойти не может.

– Может. Ты похорошела. Прямо конфетка стала. Эльф с крылышками.

– Алька, куда еще-то хорошеть?

– Я тоже думала, что некуда. Но ты смогла. Если папик твой вдруг нагрянет… Не отмажешься.

– Не каркай, не надо папика, – по Кротову я не скучала совершенно. Его появление сломало бы мне все карты. Пришлось бы скоренько и не солоно хлебавши домой двигать.

– Завтра хижину покажешь?

– Вечером покажу. Днем будем летать. Аки птицы.

– С тобой хоть на юг, хоть на север, – сонно пробормотала Алька. – Спокойной ночи.

– Спокойной, ага.

Я закрыла глаза, но сон не пришел. Отвыкла, что ли, одна засыпать? Или наоборот, пристрастилась к таблеткам? И то, и другое меня огорчало. Зависеть от людей, вещей или еды я не хотела. Может волновалась о полете? Я уверяла себя, что совершаю его просто для галочки, чтобы перед собой отчитаться. Сделала все, что могла, и даже больше. Лукавила, конечно.

В конце концов, я на цыпочках спустилась вниз, в доме все спали, и вышла в сад. Черное небо и бледные звезды настраивали на лирический лад. Море было далековато, но воздух ощущался как морской, влажный и вкусный, дышалось легко. Я медленно шла между яблонь и груш к бане, там стояла лавочка. Посижу, помечтаю. Мои обещания, данные в первый день на берегу, так обещаниями и остались.

Внезапно резкая боль обожгла лодыжку, я чертыхнулась и отпрыгнула. Крапива, что ли? Надо будет днем выполоть. В следующий миг меня ткнули лбом в бревенчатую стену бани. Горячее тело вжалось в меня так, что не шевельнуться. До меня дошло, что это Вадим хлестнул по траве кнутом, привлекая мое внимание, и мне же досталось. Караулил ведь, придурок. А я почувствовала, если красиво сказать, его зов.

– Не спится? – одновременно спросили мы и рассмеялись. – Какая прекрасная ночь.

– Между прочим, ты мне больно по ноге врезал.

– Извини, – Вадим теснил меня к двери в баню. – Сейчас пожалею.

– Эй, хоть бы сказал, что приходи на сеновал, все дела.

– А ты хочешь большой и чистой любви?

– Кто ж ее не хочет?

Мы всего лишь проговорили юморной диалог из популярного фильма, но между нами словно пролегла пропасть. И мне, и Вадиму стало понятно, что игры закончились. Нам не удастся сохранить наши отношения в рамках курортного романа, если мы сейчас не остановимся. Я вывернулась из рук Вадима и села на лавочку. Я-то смогу, пусть не сразу, завершить историю с Кротовым. А Вадим? Что у него за спиной?

Могут быть и жена, и дети, и любовниц целый выводок. Надоели все, приехал побыть один. Эта версия хромала на все лапы – Вадим слишком был осведомлен о моих привычках. Он приехал побыть не один, а со мной. Мне бы насторожиться, а я втрескалась по уши. И даже не сумела этого скрыть. Вадим тоже не сумел скрыть, что злится на меня из-за приезда Альки, а может еще и за Кротова бесится.