Начались споры. Голоса перекрывали друг друга, каждый пытался перекричать другого, приводя свои доводы почему его кандидат лучше. Для непривычного к жизни пиратов человека казалось они сейчас схватятся за ножи и прав будет тот, кто первым нанесёт смертельный удар, но на деле споры на повышенных тонах были привычным делом и редко переходили в драку, если дело конечно не касалось дележа добычи или чего-то личного.

— Диего!

— Нет, Хэмфри!

— Бартоло знает море!

— Да он пьян половину времени!

Олег стоял в стороне, просто глядя на ещё один кусок истории какой разворачивался перед его глазами. Он даже не думал, что его кандидатуру, кто-то выдвинет и уж тем более обсуждать всерьёз. Но Хокк предложил это на смертном одре, а слова умирающего иногда звучат сильнее приказов.

— А что насчёт мальчишки? — вдруг крикнул кто-то. Головы повернулись к стоящему соляным столбом Олегу, ощутив как внутри всё холодеет.

— Того самого, — продолжил голос. — Которого Хокк хотел видеть капитаном.

— Да он же зелёный! — заржал Макриди.

— Он даже карту читать не умеет. Как он будет вести корабль?

— И компас, небось, держит вверх ногами!—Раздался грубый смех.

Но вдруг заговорил старый пират с седыми космами — тот самый канонир Бартоло какого выдвигали в капитаны. Он пережил десятки абордажей, пользовался уважением у всей команды и его слово имело весомый вес в спорах.

— Я, вот что скажу… — медленно произнёс он. — Сегодня этот парень дрался как дьявол, да он молод и неопытен, но кто из нас не был таким, как он в начале? Он выжил в проклятом месте, когда самостоятельно решил поплыть на лодке в место, где морской дьявол топит корабли и забирает к себе матросов, даже испанцы, будь они трижды прокляты не смогли сломить его, когда сидел у них в клетке и он не стал ждать милости, а воспользовался моментом, чтобы помочь нам захватить их судно, убив многих из них спася жизни многих из нас.

— Это верно, — кивнул Хэмфри.— Бартоло дело говорит.

— Он спас мне шкуру у фок-мачты, — сказал кто-то.

— И мне тоже.

Смех немного стих. Но, как часто бывает истинная причина предложения Олега на пост капитана оказалась куда более грязной. Скворец снова подал голос:

— А знаете что… давайте выберем его.

— Чего?

— Да! Пусть будет капитаном!

— И что потом?

— А потом посмотрим, как он поведёт корабль! — захохотал Скворец. — Будет весело. Это была старая пиратская шутка.

Иногда команда выбирала капитаном заведомо слабого человека — чтобы посмеяться, а когда надоест — снять его… или просто выбросить за борт.

Но были и те, кто думал иначе.

Хэмфри нахмурился.

— Шутки шутками… но Хокк доверял ему.

Старый Бартоло сплюнул.

— А ещё парень не из наших банд. Значит, никому не обязан. Может держать баланс, а это иногда намного важнее, потому что если капитан слишком будет связан с одной группой — начинается резня и разногласия внутри всей команды.

Олег слушал всё это и чувствовал себя человеком, на которого бросают монету, решая его судьбу. Наконец Хэмфри поднял руку призывая к тишине.

— Голосуем.

Это происходило просто.

Каждый по очереди называл имя.

— Хэмфри.

— Диего.

— Бартоло.

— Оле.

— Оле.

— Диего.

— Оле…

Олег слушал как во сне. И когда очередь дошла до него, он сказал:

— Диего Морено.

Это было честно. Он действительно считал, что именно Диего должен стать капитаном. Тот умел вести корабль, а в данном случае это было не мало.

Но подсчёт голосов дал неожиданный результат. Хэмфри медленно провёл ладонью по бороде.

— Ну что ж… выходит так.—Он посмотрел на Олега.

— Капитан — Оле.

Сначала наступила тишина.

Потом несколько пиратов заржали в голос.

Кто-то хлопнул его по плечу.

— Ну что, капитан?! Теперь ты хозяин!— Проложи нам путь к богатству и удаче.

Олег стоял как оглушённый, словно его только что вытолкнули на край скалы.

Какой с него мог быть капитан? Человек из 21 века, привыкший к разгульной и весёлой жизни, волей каких-то немыслимых стечений обстоятельств оказавшийся в чужом веке, в чужом времени, перенёсший кучу испытаний, какие едва не стоили ему жизни и вот теперь словно глупая шутка его избрали капитаном пиратской шхуны. Человека, какой не знал ни навигации, ни направления ветров, ни подводных течений, даже карту толком читать не умел.“Боже…— мелькнуло у него в голове.—У тебя очень странное чувство юмора”. Через час он уже сидел в капитанской каюте. В той самой, где нередко проводил беседы с капитаном Хокком. На столе лежали карты Карибского моря. Компас медленно покачивался на подвесе. Пахло ромом, табаком и морской солью. Это была каюта человека, который ещё вечером командовал всей этой шайкой, а теперь стал кормом для рыб, а его каюта теперь принадлежала ему, Олегу. Он провёл рукой по картам и ухватился руками за голову, если он сейчас покажет слабость, его убьют. Возможно не сразу, но убьют. Нужно было действовать, что-то придумать, чтобы выйти из этой патовой ситуации. И первое решение пришло неожиданно быстро. Он вышел на палубу с картой в руках стараясь выглядеть сосредоточенным и серьёзным, как и полагается капитану судна.

Пираты ждали, держа в руках зажжённые смоляные факелы, чтобы разогнать тьму.

Некоторые откровенно ухмылялись, ожидая его первого провала.

— Ну что, капитан? — спросил Скворец. — Куда поведём наш корабль?

Олег посмотрел на них спокойно и сказал:

— Капитаном я стал. Но штурманом — нет.

Пираты переглянулись.

— Диего Морено.

Испанец поднял голову.

— Отныне ты — штурман “Морского призрака”. Без твоего слова ни один курс не будет взят.—Это был первый ход. Сразу снять главный страх команды про неизвестность их пути дальше. Корабль теперь не будет слепым, а ему не придётся расписываться в своей бездарности.

Потом продолжил:

— Хэмфри остаётся боцманом и отвечает за дисциплину.—Хэмфри ухмыльнулся.

— Бартоло — остаётся главным канониром.—Старик кивнул.

Теперь у него была команда офицеров.

Он понимал одну простую вещь: если ты не умеешь управлять кораблём — начни управлять людьми. Пираты постепенно перестали улыбаться. В словах Олега появилась твёрдость.

— Теперь слушайте курс.—Он ткнул пальцем в карту.

— Мы идём в Порт-Ройал.

При упоминании этого города пираты сразу оживились. Порт-Ройал на Ямайке был тогда настоящей столицей пиратского мира. Там можно было:

— продать награбленное

— починить корабль

— набрать новых людей

— и утонуть в роме на месяц.

— У нас пробитый борт и половина команды в могиле, — сказал Олег. — Если останемся в море — нас сожрёт первый же испанский фрегат, поэтому мой первый приказ— идём полным ходом в Порт-Ройал.

Хэмфри усмехнулся.

— А мальчишка умеет думать.

Диего медленно кивнул в знак согласия.

— До Порт-Ройала четыре дня при хорошем ветре.

Олег посмотрел на море—тёмное, бесконечное и немного пугающее. Теперь оно было его.

— Тогда ставьте курс, — сказал он.

Диего кивнул, не тратя слов, и ушёл к нактоузу. Через несколько минут шхуна "Морской призрак" легла на новый курс, паруса хлопнули, ловя попутный пассат. Олег остался на юте, вцепившись в поручни так, что побелели костяшки. Ветер хлестал по лицу солёными брызгами, и в груди колотилось: "Четыре дня. Четыре чёртовых дня, и если я облажаюсь хотя бы раз — мне может прийти конец".

Он не спал почти всю первую ночь. Лежал в капитанской каюте, уставившись в потемневшие балки потолка, слушая, как скрипит дерево и плещется вода в трюме попадая из пробоины в борту. Каждые полчаса вставал, выходил на палубу, делал вид, что проверяет что-то важное, а самом деле ему просто надо было собраться с мыслями и унять дрожь в теле. В этом деле хорошо помог ром из капитанских запасов, несколько глотков и он почувствовал себя намного увереннее, а ещё через пару совсем хорошо, на душе стало спокойно и он даже позволил себе немного поспать.