И нет, штукатурки было не много. Стандартный набор: база, тени, тушь и подводка, помада и немного румян. Ну и прическа, конечно же. Но все вместе это создало просто нереальный образ.

— Что-то не так? — нахмурившись, поинтересовалась мастер, блондинка лет сорока на вид.

— Нет-нет, — поспешила я ее успокоить. — Все прекрасно. Просто не узнаю себя с этим макияжем. Но мне очень нравится.

— Зря вы так, — сразу же расслабилась женщина. — Я же почти ничего не сделала, просто подчеркнула черты лица. Красота у вас естественная. Жаль, что вы отказались нарастить ресницы, было бы еще лучше.

— О нет, этого добра мне точно не надо. И так отлично. Спасибо.

Из салона отправилась прямиком в номер, где дело осталось за малым. Втиснуться в платье, надеть украшения и туфли.

«Шикарно выглядишь» — прислала мне Линка ответ на мое сэлфи. — «Закадри там кого-нибудь».

Пф, кто о чем, а Лина всё о мужиках…

Покачав головой, выглянула в окно. Я оказалась права. К вечеру поднялась настоящая метель. Видимость была слабая, снег шел плотной пеленой, завывания ветра были слышны даже через окна с крутой шумоизоляцией. Значит, погода разбушевалась не на шутку. Впрочем, мне какая разница? Я из отеля в такую пургу нос ни за что не высуну.

Немного покрутившись перед зеркалом, я улыбнулась своему отражению, взяла сумочку и вышла в коридор.

Пришло время повеселиться.

— Подождите, — крикнула я, подбегая к уезжающему лифту. К счастью, мужчина, стоявший внутри, меня услышал и тормознул кабину.

Плохо, что этим мужчиной оказался Кондрашов. Увидев меня, он застыл с полуоткрытым ртом и полезшими на лоб глазами. Даже забыл убрать палец с кнопки.

— Ренат, лифт!

— Что? — смотрит на меня все так же обалдело. Как будто на голову котелок с пятого этажа уронили.

— Палец с кнопки удержания убери. А то мы так никуда не уедем.

— Да, конечно, — наконец он приходит в себя и прекращает давить на несчастную кнопку. Но взгляда при этом от меня не отрывает. А у меня кожа начинает чуть ли не искриться от его взгляда. — Кристина, я тебя искал. Стучал в номер, но ты не открыла.

— Зачем это? — спрашиваю с опаской. Двери тем временем закрываются и кабина медленно едет вниз.

— Хотел поговорить о том, что произошло… хмм… в парилке.

— А что произошло? — с трудом мне удается сохранить безразличное выражение лица. Хотя внутри снова начинают бурлить эмоции. — Всего лишь маленькое недоразумение, правда? С кем не бывает? И одна немного истеричная женщина, которой померещилось непотребство.

В ответ на мой выпад Ренат смеется, показывая безупречные зубы. А потом делает шаг вперед, буквально впечатывая меня в стену кабины.

— Совсем ничего не было, да? — приближает свое лицо к моему. — Поэтому ты бежала так, словно за тобой гнались черти?

— Ренат, — буквально выдыхаю ему в губы, всей кожей чувствуя его близость.

— Кристина… — выдыхает он в ответ…

Чертов лифт. Чертово наваждение. Оно словно окутывает нас, притягивает друг к другу. И сил сопротивляться нет.

А надо… Потому что Кондрашов не тот человек, с которым стоит заводить шашни. Даже на одну ночь. Особенно в свете нашей предыстории.

К счастью, в этот момент двери лифта открываются, Ренат неохотно отступает и я пулей вылетаю из кабины.

— Кристина, — останавливает он меня, но тут же переключается на зазвонивший смартфон. — Да, папа?

Я резко передергиваюсь при воспоминании о пожилом мужчине, отце Рената и Данила, который смотрел на меня как на букашку, заползшую на господский стол, резко разворачиваюсь и прячусь в банкетном зале.

Большое помещение заполнено народом до отказа, столики заняты почти все, а на остальных стоят таблички с надписью «Бронь».

Засада!

— Девушка, а подсаживайтесь к нам, — неожиданно какой-то молодой человек зовет меня присоединиться к их компании.

Я недолго раздумываю, поскольку вижу, что компания семейная. Причем одна девушка с хорошим таким животом.

— Спасибо, — улыбаюсь, усаживаясь на любезно отодвинутый стул. — Меня зовут Кристина, будем знакомы.

— Я — Виталий, — улыбается парень, который меня позвал. — Это моя сестра Ника с мужем, и мой лучший друг Антон с невестой.

— Очень приятно. — абсолютно искренне киваю я.

Компания действительно оказывается отличной. Хорошие, веселые ребята, по счастливому совпадению тоже приехавшие из Москвы.

Мы быстро находим с ними общий язык, и даже мрачный взгляд Кондрашова, увидевшего, что я предпочла ему другую компанию, не смог испортить мне настроения.

Я просто отвернулась в противоположную от его злого взгляда сторону и начала общаться с Виталием, который стал всячески меня развлекать.

Мы ужинали, болтали, смеялись. А потом началась шоу-программа, которая продолжалась большую часть вечера.

И как только последние выступающие покинули зал, начались танцы.

— Потанцуем? — предложил Виталий, и я согласилась. Веселье бурлило у меня в венах и требовало выхода. Или это все же был алкоголь?

После второго танца Виталий куда-то отлучился, а я собиралась уже вернуться к столу, как мне на талию неожиданно легла твердая рука.

— Ренат.

— Так и знал, что тебя нельзя одну оставлять, — выдохнул он мне на ухо. — Ну как, хорошо проводишь время?

— Замечательно, — извернулась я в его руках. — А ты?

— А я хреново, — рыкнул он, увлекая меня в центр зала. — И пора бы это исправить.

— Не надо, Ренат, — я вздрогнула, ощутив его руку на своей пояснице.

— Не бойся, Крис, я не кусаюсь, — усмехнулся он, еще ближе притягивая меня к себе. — А это всего лишь танец.

— Не кусаешься до тех пор, пока тебе это выгодно. Все вы хороши, пока спите зубами к стенке.

— Язва белобрысая, — смеется Ренат и начинает танец под одну из знакомых всей стране песен.

Мне нравится, что вы больны не мной,

Мне нравится, что я больна не вами,

Что никогда тяжелый шар земной

Не уплывет под нашими ногами.

Стоит признать, танцует Ренат прекрасно. Гораздо лучше чем Виталий. Да и Даня рядом не стоял. Я стараюсь по-прежнему держать лицо, в то время как внутри вместо крови бурлят потоки лавы.

Мне нравится, что можно быть смешной,

Распущенной — и не играть словами…

Я вижу, как его ведет, чувствую, как ведет меня, но знаю, что это безобразие нужно остановить. И остановлю обязательно. Как только закончится танец.

И не краснеть удушливой волной,

Слегка соприкоснувшись рукавами.

А пока есть только музыка, наложенная на замечательные стихи Марины Цветаевой, наши плавные движения и глаза, ведущие безмолвный диалог.

Спасибо вам и сердцем и рукой

За то, что вы меня — не зная сами!

Так любите: за мой ночной покой,

За редкость встреч закатными часами…

— Ты такая красивая сегодня, — признается Ренат, все так же продолжая испепелять меня взглядом.

— Только сегодня? — стараюсь задеть его, а сама цепляюсь пальцами за пиджак, и утыкаюсь лбом в плечо, прерывая эту мучительную пытку взглядом.

— Всегда, но сегодня особенно, — как-то пронзительно нежно шепчет и прикасается губами к виску.

За наши не-гулянья под луной,

За солнце, не у нас над головами,-

За то, что вы больны — увы! — не мной,

За то, что я больна — увы! — не вами!

— Что происходит, Ренат?

— Если бы я сам это понимал, — хмыкает он, прижимая мое тело к себе до треска платья. — Зацепила ты меня, Кристина, как крючок под кожу вогнала. Так глубоко, что не вытащить теперь. Еще тогда, при первой встрече, зацепила. Оттого и бесился, потому что видел, что не моя, чужая, что с братом койку делишь. Да и Адель масла в огонь подлила. Впрочем, это неважно уже. Важно, что хотел выкинуть тебя из головы, но ни расстояние не помогло, ни время. Даже надраться не смог нормально.

— Так ты из-за меня, что ли?

— А из-за кого еще? Достала до самых печенок. Думал, хоть в отключке забудусь, а проснулся у тебя в номере. И было бы смешно, но нет, ни черта.