Наши дни. Декабрь. Новый Год близко.

— Кондрашов, мать твою! — от неожиданности я вскочила с кровати, куда только что улеглась. Сон как рукой сняло. — Какого черта ты здесь делаешь?

О том, что хорошие девочки не ругаются, сразу же из головы вылетело. Как тут можно не выражаться, когда этот гад с какого-то перепуга заперся в мой номер.

Мужчина тем временем помотал головой, посмотрел на меня, протер глаза. А потом…. Просто выматерился, махнул рукой и начал раздеваться…

Не, ну вот кто он после такого?

В полной прострации я стояла и наблюдала, как он стягивает с себя пиджак, галстук рубашку.

Как колдовство какое-то, честное слово. Даже пальцем пошевелить не могла, просто стояла и оторопело пялилась на сеанс незапланированного стриптиза.

Только когда звякнул ремень, я очнулась. Не-не-не, против стриптизеров ничего против не имею, но Кондрашова я и в одетом виде видеть не желаю, а уж в раздетом тем более.

Брр! Гадость-то какая… Как это потом развидеть будет?

— Кондрашов, немедленно убирайся из моего номера! — завопила я. Но никакой реакции не последовало. — Ренат!

Не выдержав такой наглости, я подошла к нему, развернула к себе лицом и буквально застыла. Мужчина был пьян, практически мертвецки.

Не знаю, по какому поводу он так наклюкался, но было видно, что он не соображал ровным счетом ничего. Мазнул по мне мутным взглядом, задержавшись почему-то на груди, которую почти не скрывал вырез ночной сорочки. Ухмыльнулся так странно, отчего у меня волоски на теле искриться начали, а пальцы на ногах поджались.

— Ренат, — я не привыкла иметь дело с невменяемыми мужчинами, но чисто интуитивно понимала, что злить пьяного мужика в неадеквате не стоит. Поэтом мигом смягчила тон, отдернула руку и сделала шаг назад. — Иди в свой номер, пожалуйста. Он находится слева.

Кондрашов замер, снова поморгал а потом взял и… рывком впечатал меня в стену, навалившись сверху.

Причем так сильно навалился, что прекрасно почувствовала его стояк, начавший давить мне на живот. Это еще с какого перепугу?

— Ренат, отпусти, — попыталась дернуться, но меня лишь сильнее распластали по стене. Я растерянно замерла, полностью оторопев от происходящего. Что делать с таким Кондрашовым мне было непонятно.

— Как же ты меня заебала… — прохрипел он, обхватил мое лицо руками и набросился на губы.

Буквально смял их, не давая мне шанса ни опомниться, ни возразить. Даже пискнуть не успела, как он властно протолкнул язык внутрь, заставив меня буквально захлебнуться ощущениями.

— Ммм, — я попыталась замычать и вывернуться, но этого гада было уже не остановить. Он продолжал меня целовать так остервенело, что губы начали гореть огнем, а тело дрожать.

И ведь мне должно быть противно и мерзко, но нет! С какого то ляда мне нравится твердость его губ и их вкус. И прикосновения его рук тоже.

От этих ощущений меня так шандарахнуло, что я на миг забыла, что целует меня Кондрашов. Человек, который разбил мою жизнь и которого ненавижу больше всего на свете.

И единственное, чего он заслужил, так это того, чтобы я отбила ему яйца за такое поведение….

— Сука, — оторвавшись от губ, Ренат начал лихорадочно зацеловывать мою шею. А наглые руки начали блуждать по моему телу. Один рывок — и моя ночнушка разорвалась напополам. — Что же в тебе такого, а,? Какого черта ты ко мне привязалась? Покоя даже во сне от тебя нет.

От этих слов я опешила еще больше. Я привязалась? Он заперся ко мне в номер и распустил руки, а виновата я? Сволочь!

— Пусти, — яростно прошипела, но в ответ получила только рычание. А в следующее мгновение Ренат меня кинул на постель, наваливаясь сверху…

— Мерзавец, — застонала я, почувствовав укус в шею и жадные руки на обнажённой груди.

И если бы мне было больно, но нет же! От этого укуса возбуждение захлестнуло с головой и тело начало трясти как в припадке.

Я начала извиваться, пытаясь выползти из-под тяжелого тела мужчины. Металась, отталкивала, царапала его спину и плечи.

Но этим, кажется, еще больше возбудила не только его, но и себя. Потому что он только сильнее начинал меня атаковать. Гладил, тискал, щупал.

— Ренат, Ренат, остановись, пожалуйста, — несвязно бормотала я, отчаянно борясь с накатывающими волнами наслаждения. Разрядка была уже близка, еще немного, совсем чуть-чуть и…

А я была против! По крайней мере, моя разумная часть была против. Вот именно она и протестовала, пытаясь гасить животные инстинкты тела… Но явно проигрывала.

— Ренат, — делаю последнюю попытку его остановить, в то время как сама уже задыхаюсь от обжигающей страсти, терзающей тело.

И … на этот раз он действительно прекращает. Просто падает на меня, утыкается лицом в грудь и … начинает храпеть.

А я чувствую облегчение и жуткое разочарование одновременно. Неудовлетворенное тело буквально зудит и крутит, вызывая желание убивать.

Мерзавец. Гад. Сволочь. Ненавижу.!!!

Из чувства мести вонзаю ему зубы в плечо, но он даже не реагирует. Бревно бесчувственное. Теперь не только в переносном, но и в прямом смысле…

Полтора года назад. Июль.

Звонок в дверь раздался точно в тот момент, когда я закончила готовить ужин. Суп был сварен, салаты нарезаны, а в духовке доходили любимые Данины булочки.

Как вовремя он. Словно знает, что ужин уже готов.

Глянув на часы, удивилась. Было только пять часов, а Даня приезжал обычно к половине седьмого.

Видимо, ушел с работы раньше ради меня. Наверное, и цветы успел купить. Он всегда так делал, когда срывался домой пораньше. Покупал мои любимые голландские розы.

Так что я быстро сполоснула руки и с широкой предвкушающей улыбкой пошла открывать дверь.

— При…вет… — улыбка застыла на моих губах, когда я увидела, что на пороге квартиры стоит не Даня, а его брат Ренат.

Мужчина окинул меня пренебрежительным взглядом и скривился. Как будто нищенку с большой дороги увидел.

Ну да, на мне были надеты домашняя футболка с розами и короткие шорты. Позор. Не правда ли?

А должно было быть надето вечернее платье, видимо. Самый подходящий наряд для того, чтобы стоять у плиты.

Я с самого начала заметила, что семейство Кондрашовых меня невзлюбило. И отец, и мать Дани, и Ренат.

Парни, кстати, не полные родственники. Ренат сын Игоря Кондрашова от первого брака, а Данька от второго. Это и по внешности заметно. Ренат жгучий брюнет с карими глазами, а Данька зеленоглазый рыжик.

Но не суть важно. Важно другое — не устроила я их семью как невеста младшего сына. То ли лицом не вышла, то ли статусом.

Кондрашовы были одной из самых влиятельных семей в городе, в их активах числилась крупная сеть супермаркетов, сеть магазинов элитной женской одежды и крупный интернет-магазин, раскинувший паутину своих пунктов выдачи по всей стране.

Куда ж до них мне, простому менеджеру туристического агентства, дочери бухгалтера и архитектора.

Виделись мы всего один раз, месяц назад, но до сих пор мороз пробирает при воспоминании о том жутком вечере. Я буквально чувствовала себя лягушкой, распятой на препарационном столе. Так дотошно меня изучали.

Выходила после ужина я будто оплеванной, так по мне прошлись. И все это с неизменными светскими улыбочками.

Даня потом извинялся за поведение родителей, и обещал поговорить с ними. Утверждал, что они меня обязательно примут.

Я сомневалась в этом, но купаясь в любви и заботе Даньки, старалась не думать о неприятном. Свадьбу мы все равно только через год планировали, так что я надеялась, что за год неприятная ситуация и правда утрясется.

И вот теперь Ренат стоял на пороге Даниной квартиры, в которой мы жили, но выглядел так, будто собрался меня отсюда вышвырнуть. Как случайно забредшее в дом животное с улицы.