Актриса, повторюсь, из меня не очень. А выдать себя не хотелось.

Было ли мне стыдно? С чего бы это? Стыдно должно быть пьяным вламываться в чужие номера и склонять незамужних девушек к интиму.

А я… я просто защищаю свое душевное равновесие. Вот. Имею полное право.

А молчание между тем затягивается. Я искоса посматриваю на Рената, намекая всем своим видом, что пора освободить мой номер.

Он же стоит и задумчиво так меня разглядывает. И разглядывания эти мне совсем не нравятся. Потому что от них у меня по коже начинают бегать нервные мурашки.

Наконец мужик отмирает, натягивает на себя рубашку и говорит то, что я меньше всего на свете ожидала услышать от Кондрашова.

— Кристина, за свое поведение я приношу извинения. Это было недостойно. Но кто мог знать, что ключ-карта откроет чужой номер.

Я аж обмерла и уставилась на него как удав на пачку дуста. Чтобы Кондрашов со своего Олимпа снизошёл до извинений перед «девкой без имени»? Да завтра же в горах весь снег должен растаять.

— На кой черт вообще нужно было так напиваться? — пробурчала, скрывая свое замешательство.

— Была одна причина, — хмыкнул Кондрашов, подхватывая оставшиеся вещи и с кресла. — Очень злопамятная причина. Хорошего дня, Кристина.

— И тебе того же, — выдохнула с облегчением и пошла закрывать дверь.

— А Данька все-таки идиота кусок, — уже в самом коридоре бросил Ренат, — я всегда это знал.

— Почему это? — не могла не спросить я.

— Потому что променял тебя на дочку Зосимова. Теперь вот пожимает плоды. — бросил он, уже заходя в свой номер.

Интересно мыши пляшут… Это что же там такое у Кондрашовых творится, что Ренат такое сказанул? Или это у него с похмелья мозг с памятью плохо работают? Загадка…

***

После ухода Кондрашова я спустилась вниз, на ресепшен. Чтобы разобраться с проблемой ключа. Конечно, полностью обрисовывать ситуацию я не стала, просто спросила о возможности открыть картой чужой номер.

В итоге выяснилось, что карта все же с индивидуальным доступом, привязанным к фамилии постояльца. Но из-за какого-то бага в программе случилась двойная идентификация. То есть карта Кондрашова может открыть мой номер, а моя карта — его. Прелестно.

Девочки долго извинялись, но в итоге, спустя полчаса, баг все же убрали. Но я все же решила провести эксперимент.

Поднявшись наверх, попыталась открыть номер Кондрашова. Не вышло. Ура! Жаль только, что за этими манипуляциями меня застал хозяин номера.

— Кристина? А ты что тут делаешь?

— Экспериментирую, блин, — проворчала я, усиленно краснея. — Теперь давай ты.

— Не понял? — выгнул он бровь.

— Ключ-карту дай. Там баг был в программе с доступами.

— Сейчас.

Второй опыт тоже прошел успешно. Теперь карта Кондрашова мой номер открыть не могла.

Аллилуйя! Можно спать спокойно.

— Кристина, — остановил меня Кондрашов, когда я уже заходила в номер. — Какие у тебя планы на вечер?

— Обычные. — дернула я плечом. — Ужин, отдых, сон.

— Тогда я приглашаю тебя на ужин. —абсолютно невозмутимо заявил он.

— Зачем? — такой поворот событий мне был непонятен.

— Хочу загладить вину за сегодняшнюю ночь. Да и поговорить нам нужно. В общем, жду тебя в семь в вип-кабинете номер 2.

Огорошил он меня, и тут же закрылся в своем номере. Даже не стал ждать, когда я пошлю его в хмм… весьма интересное путешествие.

Ну не гад разве? Гад. Окончательный, нахальный и невыносимый. Понятно зато, почему до сих пор не женат.

Видимо, даже большие деньги не помогают терпеть его гадский характер

Наглое заявление Кондрашова, как ни прискорбно в этом признаваться, выбило меня из колеи. Вот что он привязался, а? Ужин ему, видите ли, понадобился, поговорить со мной хочет.

Да о чем нам говорить вообще? О том, как Даня трахался в отеле со своей Адель, пока я стояла у плиты и готовила ужин?

Да ни за что! Я не извращенка и не мазохистка.

Около получаса я металась по номеру, пытаясь остыть, а потом плюнула на всё и отправилась на массаж. Спина действительно побаливала.

Кто бы мог подумать, что дорогущий по всем меркам диван может быть таким неудобным?

Пока умелые руки массажистки разминали мои косточки и мышцы, я невольно вновь вернулась к событиям ночи и минувшего утра.

Раз за разом проматывала в памяти приятные и одновременно постыдные воспоминания. И в итоге твердо решила — на ужин не приду. И пусть Кондрашов сидит в гордом одиночестве хоть до посинения.

Вот! Решила — и сразу как-то легче стало на душе. И даже настроение подскочило. Ну а массаж вообще отправил в нирвану.

После обеда я отправилась к местному торговому центру. Нужно было выбрать платье на завтра. Часть пути проделала пешком, дыша свежим воздухом, часть на местном микро-автобусе.

Торговый центр, кстати, оказался просторнее, чем я ожидала. Тут было все: и фудкорт, и детский парк, и семейный ресторан. А также кинотеатр и куча бутиков с ювелиркой, бижутерией и одеждой.

В одном из бутиков я и подобрала себе платье. Красиво обтянувшее тело и приемлемое по цене.

— Вау! — восхищенно захлопала в ладоши молоденькая консультантка. — Оно на вас как вторая кожа сидит. Будто по заказу шили.

— Да, мне тоже нравится, — выдохнула, разглядывая себя в зеркале.

Красный цвет мне был к лицу, как и фасон в целом. Широкие лямки, квадратное декольте, расшитое кружевом, и струящаяся до пола юбка, зрительно делающая мои ноги более длинными.

А если поднять волосы вверх, то и шея будет выгодно подчеркнута.

— Ваш мужчина будет в восторге. — заметила она, решив таким образом подтолкнуть к покупке.

— Мужчины у меня нет, — развела я руками, — но платье я всё равно возьму. Оно мне нравится.

— Значит, теперь точно появится, на женщину в таком платье не обратит внимание только слепой.

Я рассмеялась в ответ и с улыбкой до ушей пошла к кассе расплачиваться.

Туфли к платью решила не брать, были подходящие черные, зато купила в соседнем отделе красивый комплект из жемчуга: серьги и подвеску. Пусть не дорогущий морской, но вполне себе крупный культивированный речной.

После этого я как-то сама собой забрела в кинотеатр, ничуть не смущаясь, что буду одна.

В отель я в итоге добралась только к шести часам, немного уставшая, голодная, но счастливая.

Только вот стоило оказаться в спальне, как мысли о Кондрашове снова полезли в голову. За время моего отсутствия номер успели убрать, поменять постельное белье, халаты и полотенца, но присутствие Рената все еще стойко ощущалось.

Стоило закрыть глаза — и я вспомнила, как он ласкал меня на этой самой постели.

Ну что за гадство?

Следующие полчаса прошли в борьбе с самой собой. Я настойчиво уговаривала себя не поддаваться, заказать ужин в номер и расслабиться. А после ужина можно еще и в бассейн успеть.

Это был бы наилучший выход, но женское любопытство все же победило.

Очень уж хотелось узнать, что же мне скажет Кондрашов.

Наряжаться, конечно, не стала. Волосы заплела в свободную косу, надела легкое и полностью закрытое кашемировое платье.

Как по мне — неплохо вышло. А если Ренату мой прикид не понравится — это его проблемы.

В конце концов, я на этот ужин не напрашивалась. Так что могу хоть в мешке из-под картошки прийти, и пусть Кондрашов терпит.

***

В кабинет я зашла на десять минут позже назначенного времени. Ренат меня уже ждал, сидя на удобном диванчике благородного зеленого цвета.

Ничего не напоминало о том, что утром он уходил от меня помятым и расхристанным. Сейчас на нем были темные брюки, светлая рубашка и серый жилет. Пиджак висел на спинке стула. Волосы были причесаны волосок к волоску.

В общем, сразу видно — респектабельный мужик с обложки Forbes. И никому невдомек, что иногда в нем просыпается внутренний алкаш Валера, который бухает как не в себя и вламывается в чужие номера.