Улис Грант слушал, не перебивая, его лицо оставалось непроницаемым. Теперь он медленно кивнул.

- Получается, вы хотите сказать, что настоящий внук Клодии и Горацио- мулат? И, в вашей версии, Клодия пыталась продать и собственного внука тоже, но этого у неё не получилось, и сейчас он живет со своим дедом на Севере? А Майкл- это ребенок полковника Стоуна, так?- с оттенком иронии в голосе поинтересовался полковник.

- Да,- подтвердила Брейди, чувствуя, как с ее плеч спадает тяжесть. Она столько хранила в себе эту правду, боясь с кем-то поделиться. Вынужденная лгать всякий раз, когда речь заходила об отце её сына.- Только Клодия не знает, что этот мальчик- её внук. Она считала, что Талула забеременела на плантации, куда она продала её.

Грант задумался, его взгляд устремился куда-то вдаль, словно он видел перед собой не только Брейди и Эвана, но и всю сложную паутину судеб, переплетенных в этой истории. Он провел рукой по подбородку, его губы сжались в тонкую линию.

- Честно говоря, дело сложное, запутанное,- наконец произнес он, и в его голосе прозвучала усталость. - Ваши слова имеют смысл, но и родным я не склонен не доверять. Давайте пока отдохнём - я прикажу разместить вас в одном из домов. А уже завтра начнем разбираться. Обещаю вам, увезти ребенка Клодии и Горацио я не дам. Беру это под свою личную ответственность.

Брейди почувствовала облегчение. Хоть и не все было решено, но первый шаг был сделан. Эван, хоть и выглядел все еще хмурым, не стал спорить. Они поднялись, и Грант, проводив их до двери, еще раз окинул Брейди проницательным взглядом, словно пытаясь прочесть в ее глазах что-то еще, что она не успела или не захотела рассказать.

Когда они вышли из штаба, солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона. Воздух стал прохладнее, и Брейди почувствовала, как усталость накатывает на нее волнами. Эван молча шел рядом, его шаги были тяжелыми. Она знала, что ему нужно время, чтобы переварить все услышанное.

-Сэр, вот ваш дом.- кивнул солдат, провожавший их, на двухэтажный деревянный дом с большой терассой. Вручив Эвану ключи, солдат отдал ему часть и зашагал обратно.

Глава 17

Утро в спальне нового дома встретило Брейди тишиной, нарушаемой лишь отдаленным пением птиц. Солнечный луч, пробившись сквозь щель в тяжелых шторах, рисовал золотую полосу на пыльном полу. Это был дом, куда их с Эваном направил полковник Грант, место, где им предстояло провести какое-то время, пока не разрешится их запутанное положение. Брейди, заслышав шаги внизу, сонно зевнула, потянулась и приподнялась на локтях. Комната была просторной, обставленной добротной, но несколько старомодной мебелью. Тяжелые портьеры, резной комод, кровать с балдахином - все дышало спокойствием и устоявшимся бытом.

Внезапно раздался стук в дверь. Брейди вздрогнула. Вошел Эван. Его лицо было привычно мрачным, глаза горели недобрым огнем. Он бросил на нее быстрый, оценивающий взгляд.

- Приехал экипаж с нашими вещами. - произнес он, его голос был напряжен.- Сейчас солдаты их принесут, потом можешь спускаться вниз.

Он подошел к окну, отдернул штору, впуская в комнату больше света. Брейди наблюдала за ним, чувствуя, как нарастает тревога. Эван был зол, и она знала, что это не просто гнев. Это была смесь обиды, разочарования и чего-то еще, более тёмного. Он ненавидел её всеми фибрами души. С такой же сносящей всё на своём пути силой, с которой когда-то любил.

-Полковник приглашает нас к завтраку,- добавил он, не оборачиваясь. - Он, кажется, хочет поговорить. Его жена пришлёт тебе служанку, чтобы помочь собраться.

Не получив ответа от жены, не желающей портить себе настроением в день встречи с сыном, он развернулся и вышел. Некоторое время внизу были слышны голоса, скрип половиц, топот ног, стук. После все стихло.

Брейди, накинув на плечи покрывало, вышла из спальни, заправившись в ванную, где наскоро умылась и привела себя в порядок. Вернувшись , она села в небольшое кресло у кровати, принялась ждать. Чуть позже в дверь постучали вновь- на этот раз вошла женщина, одетая в скромное, но добротное платье. Это была служанка, присланная женой генерала, чтобы помочь Брейди собраться.

- Доброе утро, леди,- проговорила она с легким поклоном. - Меня зовут Сара. Позвольте мне помочь вам. Я могу уложить волосы, а еще я уже глянула на ваши платья, там, внизу. Все они нуждаются в отпаривании, а вам, полагаю, хочется выглядеть наилучшим образом.- дружелюбныо улыбнулась она.

Получив согласие, служанка принялась за работу с ловкостью и усердием. Пока она укладывала волосы Брейди, а после гладила и отпаривала ткани, ее слова лились, как ручеек.

- Вы такая красивая. - восхищенно проговорила она, разглаживая складки на шелковом платье.- Неудивительно, что вчера был такой переполох. Все солдаты говорили, что к нам прибыл настоящий ангел. Такая же добрая, как и прекрасная. А муж, говорят, был злой как чёрт.- шутливо добавила она.

Брейди лишь слабо улыбнулась. Очень меткая характеристика для Эвана. И тут она едва не подпрыгнула в кресле от шока- её муж стоял в дверном проёме. И злой настолько, насколько описала его Сара.

Услышав слова служанки, он мрачно усмехнулся. Его взгляд был полон ярости.

- И ангелы тоже бывают темными. - процедил он сквозь зубы, обращаясь только к Брейди. Служанка, смущенная его внезапным появлением и тоном, попятилась к двери.

-Ох, пойду я, наверное? Платья вот готовы... А там кухня, помочь надобно бы...- она завертелась точно волчок, делая вид, что наводит последние штрихи.

Эван, не обращая на неё внимания, подошёл к Брейди.

- Сейчас мы пойдем на завтрак, где ты будешь милой и предупредительной со мной.- прошипел он, его голос был полон скрытой угрозы.- Играть без вма влюбленную в своего мужа жену. Чтобы Улис стал сомневаться в версии Клодии и Горацио. И поверил окончательно в то, что ты любила меня, а за Джереми вышла замуж от безысходности. Но, если ребёнок будет и вправду моим, скажу сразу- одна ты его растить не будешь.

Брейди почувствовала, как холодок пробежал по спине. Она понимала, что от нее требуется, но слова Эвана звучали как приговор. Она кивнула, стараясь не показывать своего страха.

Вскоре они отправились на завтрак в дом полковник. Дом Гранта был просторным и величественным, наполненным светом и воздухом. Улисс встретил их с радушием, его жена, Джулия, милая и приветливая женщина с добрыми глазами, окружила их заботой. В гостиной уже находились четверо их детей: подросток лет тринадцати , близнецы, мальчик и девочка, лет одиннадцати, и мальчик лет семи. Следом за ними появилась няня, ведя за руку маленького Майкла.

-Мама!- радостно завопил мальчик, увидев Брейди. Он вырвался из рук няни и бросился к ней, его маленькие ручки обвили ее шею. Брейди, опустившись прямо на колени, крепко обняла сына в ответ, чувствуя себя так, как будто заново вернулась к жизни. Следом за Майклом в комнату вошли Горацио и Клодия. Бабушка, чье лицо было искажено недовольством, тут же обрушилась на внука:

- Что за балаган, Майкл?! Немедленно встань с колен и вернись к няне!

Но её гнев был прерван Улиссом. Он подошел к Клодии, его взгляд был тверд и спокоен.

- Клодия, давайте дадим матери насладиться общением с ребенком. Они так долго не виделись. И, вы же понимаете, что наши взрослые распри не должны заставлять страдать детей.

Он произнес это, глядя на неё в упор, и в его словах звучала недвусмысленная просьба, граничащая с приказом. Клодия, почувствовав, что её авторитет подорван, спасовала. Поджав губы, оеа кивнула, но, проходя мимо Брейди, бросила на бывшую невестку взгляд, полный ненависти. Брейди почувствовала этот взгляд, но старалась не обращать на него внимания, крепче прижимая к себе сына. Она была безгранично счастлива сейчас, и ничего не могло омрачить этого счастья.

После того, как Майкл немного успокоился, Брейди отпустила его из объятий и посмотрела на Эвана. Её муж застыл, его взгляд был прикован к Майклу. Сын был его точной копией, словно отражение в зеркале. Даже жена сэра Улисса, отметила это, прошептав мужу: "Они буквально одно лицо.".