— Давай попросим достать… там на верхней полке, - раздалось тихое перешептывание за спиной.

Это что, чья-то очередная неудачная шутка про мой рост?

— Давай… давай попросим достать… - снова раздался тихий шепот за спиной, затем - глухие смешки и какая-то возня.

Да что это такое?! Вряд ли это реальное затруднение. Если это подростки решили так поиздеваться надо мной, то они совершили крупную ошибку. Ведь я мастер морального айкидо. Могу быстро поставить зарвавшихся на место.

Я уперла руки в бока, набрала побольше воздуха в грудь и резко обернулась.

— Эй, что…

На меня устремились две пары удивленных глаз. Даже не подростков. Детей. К ним поспешно приблизилась женщина.

— Мам, достань из холодильника с верхней полки банку газировки. Витя просит, - протянула тонким голосом девочка.

Я сразу же сдулась, как воздушный шарик, из которого выпустили весь воздух. Под недоумевающим и укоризненным взглядом женщины я оплатила и забрала свой мароккино. Затем с пылающими адским пламенем щеками отправилась за свободный столик у окна.

Черт! Как же глупо получилось. Не зря Марина говорит, что я слишком зацикливаюсь на этой теме. Просто мне никак не удается забыть о дразнилках и подколах времён учебы в школе.

Я сделала первый глоток чего-то очень сладкого и согревающего. Действенный способ заполнить внутренний эмоциональный вакуум, ведь сахар вызывает мощный всплеск эндорфинов.

Вдруг сверху надо мной прозвучал знакомый баритон.

— Какие люди в Голливуде!

Черт!

Жаль, нельзя мимикрировать под обивку мебели или надеть плащ-невидимку.

Я натянула на лицо одну из заготовленных улыбок, не скрывающих, что я не очень-то рада встрече.

— Кисевин? Твой дух не может успокоиться, зная, что за ним числится долг? Или ты меня, как сталкер, преследуешь?

Гордей плюхнулся на мягкий диванчик напротив, без приглашения и даже без вопроса, жду ли я кого-то. В своём репертуаре.

— Ни первое, ни второе. Пробегал мимо. Увидел тебя. Решил угостить чем-нибудь в честь погашения долга, - пел соловьем Кисевин, глядя так, будто рад встрече.

Кто вообще бывает таким бодрым после целого рабочего дня? Кому он продал душу, чтобы вечером среды выглядеть свежим и цветущим, как майская роза? Я же после восьми часов в офисе чувствую себя так, будто меня пропустили через шреддер и поменяли местами все получившиеся кусочки.

— Так легко ты не отделаешься, даже не надейся, дружочек.

Я попыталась спрятать коварную ухмылку за очередным глотком приторного кофе, вкус которого мне уже начал нравиться.

— Так чего ты хочешь? Я весь внимание, - сложив руки на стол, открыто посмотрел на меня Гордей.

Уголки его рта приподнялись в сдержанной ухмылке, возле светло-карих глаз собрались лучики морщинок.

Я посмотрела будто впервые на его лицо так внимательно. Напрямую. Ведь оно было напротив, пасовать и отводить взгляд первой не хотелось. Едва заметная медная щетина покрывала довольно мужественный подбородок. Каштановые волосы в слабом освещении казались темнее. На удивление брови и ресницы были чёрными, а не светлыми, как это часто бывает у рыжих.

— Что, понравился? - спросил Кисевин с присущей ему прямотой, поймав меня за разглядыванием.

В его янтарных глазах плясали лукавые смешинки.

— Окстись! - выдала я тут же, спохватившись. — Мне нужно, чтобы в зачёт долга ты свёл меня с Русланом Марковым, - продолжила я по-деловому.

Гордей откинулся на спинку стула и едва заметно поджал губы.

— Не помню, чтобы я предлагал услуги свахи.

— Зато я помню, как ты сегодня за обедом подтвердил, что будешь мне должен. При свидетелях. - Я приподняла для убедительности одну бровь.

— Не думаю, что одна печать так много стоит…

— Надо было думать прежде, чем просить меня об одолжении. Теперь поздно.

— Да и зачем он тебе?

Теперь Гордей смотрел на меня изучающе, как на диковинную вещицу в антикварном магазине, пытаясь разгадать её назначение. Или же просто старался определить, насколько я в своём уме.

— Мне нужен спутник на одно важное мероприятие, - напустила я загадочности.

— Это на свадьбу Марины что ли? - усмехнулся Гордей.

Я и забыла, что сплетни распространяются по офису со скоростью лесного пожара.

— Даже если и так, - уклончиво ответила я из чистого упрямства.

— Ну, если хочешь, я с тобой пойду, в зачёт долга?

Он произнес своё предложение как-то нехотя, лениво потирая подбородок.

Будто именно он делал мне тем самым большое одолжение. Или спасал девицу в беде. Вот только я совсем не нуждалась в его рыцарских подвигах.

— А какой у тебя рост? - прищурилась я, делая вид, что всерьёз размышляю над его предложением.

— А это здесь причём?

— Притом.

— Сто восемьдесят три сантиметра.

— Жаль, - я состроила ироничную гримасу. - Двух не хватает.

— До чего?

— До того, чтобы ты подходил мне по росту.

— И это так важно? - вскинул тёмные брови Гордей.

Я кивнула.

— Может, я смогу скомпенсировать эти два сантиметра кое-чем другим? - произнес он с усмешкой.

Он что, снова издевается? Я лишь закатила глаза вместо ответа.

— Я имел в виду свою неповторимую харизму.

Да, конечно, ага.

— Харизма в сантиметрах не измеряется, Гор. Если я надену каблуки, то буду заметно выше тебя.

Кисевин глубоко вздохнул, словно эта борьба с моим предубеждением его утомила, и потер рукой свой загривок. Ткань тёмной футболки натянулась при этом движении и плотно обтянула его торс. Кисевин, оказывается, довольно спортивный. Но часто носит оверсайз, и обычно это не бросается в глаза. Хотя пялиться не имело смысла — отбор по росту он уже не прошел.

— Ладно, - обронил наконец Гордей, будто что-то для себя решив.

— Что, ладно?

— Так и быть, попробую свести тебя с Марковым.

— Не думай, что я буду тебя за это благодарить. Это твоя святая обязанность, ведь я поставила тебе ту печать.

— Я и не рассчитывал на благодарность, - парировал Гордей. - Тебя домой-то проводить? - кивнул он на мою пустую кружку.

— Нет, - запросто ответила я, не желая объяснять причину.

Не говорить же мне ему, что я прихожу в эту кофейню недалеко от дома каждый раз, когда нужно дать сестре поговорить с мужем. Не могу слушать их споры, даже из-за закрытой двери. Мне всё время хочется заступиться за Надю. Она потом быстро мирится с мужем, а я остаюсь той занозой, которая зачем-то влезла в их отношения.

Я вздохнула. Конечно, давно пора съехать и жить отдельно. Когда-то идея переехать из деревушки, где живут наши родители, к сестре казалась идеальной. Но по факту эта идея не выдержала столкновения с реальностью. Я уже давно не студентка. У них большая квартира, и меня убеждали “места всем хватит, зачем платить аренду”. Но не могу избавиться от ощущения, что я лишнее колесо.

Странно, что из всех окружающих людей именно Кисевин оказался этим вечером рядом и разбавил своими репликами моё одиночество. Этот внутренний непроницаемый вакуум в его присутствии перестал ощущаться так остро.

Я подняла взгляд. Гордей отчего-то медлил и не уходил.

— Для справки: я не кусаюсь, - пошутил он, его орехово-карие глаза в приглушенном свете смотрели на меня с мягкой теплотой.

— Тоже для справки: о себе такого утверждать не могу, - парировала я, уже почти забыв, с чего мы начали.

— Принято, - ухмыльнулся он почти довольно. - Тогда идём?

Глава 4

Сегодня я не Светлана Лялина, а топ-модель. Именно так я себя ощущала, пока дефилировала через жужжащий опенспейс в отдел маркетинга. Мои светлые волосы длиной до лопаток были уложены мягкими волнами. Стрелки макияжа были нарисованы идеально ровно, на что была убита половина времени из утренних сборов. На губах алая помада, ведь красный цвет заставляет мужчин обращать внимание на губы. Юбка карандаш до колен, чтобы подчеркнуть фигуру, и белая блузка, у которой две верхние пуговицы оставлены расстегнутыми. Высокий каблук я себе позволить не могла, но симпатичные туфли-лодочки вполне.