Руслан снова начал мило мне улыбаться - плохой знак.

Мы спустились по длинной лестнице в просторное помещение с окнами под потолком. Одна я бы сюда точно не пошла. Слева была небольшая сцена и танцпол, справа классический бар и столики с диванчиками, прикрытые сверху полупрозрачными балдахинами на манер шатров. Почти все места были заняты. Было очень шумно и людно. Воздух казался густым, влажным и был пропитан запахом жареных закусок.

Не успела я спросить, где мы будем размещаться, как у меня снова загудел в кармане телефон.

Я прижала мобильный к уху и закрыла ладонью другое, чтобы лучше было слышно сквозь музыку.

— Свет, - прозвучал голос Наты, перекрываемый ветром. Она куда-то шла по улице. - Антон отменил помолвку. Марина в раздрае. Я еду к ней.

— Черт.

Я остановилась в растерянности, создав за собой затор. Глубоко вздохнула.

— Тоже скоро буду. Давай.

Голова гудела. Все эмоции обострились. Только появились точки сближения с Гордеем. Теперь проблемы у Марины. Все сразу. Какой-то сумбур.

Я быстро зашагала вперед, протянула руку и коснулась запястья Кисевина. Он тут же обернулся ко мне.

— Мне придется уйти, - я склонилась ближе к его уху, чтобы не перекрикивать музыку.

И в этом был мой просчет. Я вдохнула его терпкий парфюм. И почти касалась его щеки своей. Рецепторы просто вопили от ощущения его близости.

Гордей положил руку мне на спину в области лопаток, придвигаясь чуть ближе.

— Почему?

Его низкий голос возле моего уха запустил стайку мурашек по шее. О чем он только что спросил?

— Марина с Антоном разорвали помолвку. Я поеду к ней.

— Ладно.

— Если получится, вернусь сюда через пару часов.

— Хорошо, буду ждать тебя, крошка.

Гордей сдвинул рукой мои волосы и молниеносным движением прикусил мочку моего уха, затем так же быстро отпустил. Его сложенная лодочкой ладонь прикрывала это действие от посторонних взглядов. Наверное, со стороны выглядело так, будто он просто ответил мне что-то на ухо. Я была просто в шоке. Даже засомневалась, не показалось ли мне.

Когда он отодвинулся, на моем лице отразилась смесь удивления, смущения и черт знает чего, о чем лучше не думать.

Я оторопело моргнула несколько раз.

А этот зараза-провокатор рассмеялся.

— Ты что творишь?! - просипела я.

Гордей сдвинул брови, показывая, что не расслышал. Затем потянулся ближе ко мне, чтобы я сказала ему на ухо. Я отшатнулась от него, как ужаленная. Что бы он ни затеял нельзя же так… так! Не знаю как! Но нельзя!

Он развел руками, мол, ничего не мог с собой поделать. Лукаво улыбнулся, в его глазах смешинки не просто плясали, а водили задорные хороводы.

Я махнула рукой, развернулась и отправилась к выходу.

Хорошо, хоть остальная часть компании успела сесть за столик и не видела эту картину маслом.

В теле разливались волны жара. Он играл со мной. Вот только я совсем не знала правил в этой игре. Пока я выходила на прохладный воздух, в груди громко стучали басы или сердце, или и то и другое вместе.

“Ты ещё там?”

Пока я отъезжала от дома Марины в такси, сообщение так и осталось непрочитанным. Я не знала, стоило ли возвращаться в бар. Но домой ехать совсем не хотелось — на душе кошки скребли.

Когда я добралась к Марине, Ната была уже у нее. Мы заказали доставку из суши-бара, но никто так и не притронулся к еде.

— Я сама во всем виновата, девчонки.

Марина терла красные, припухшие от слез глаза.

— Приревновала его к Яне. Не выдержала. Мы гуляли все вместе, Цветич, Яна, Антон и я. Водили Цветича в парк развлечений. И каждый раз я смотрела на Антона с Яной, и мне начинало казаться, что смех - это уже не просто смех, и любая улыбка - это уже знак симпатии. То он ей руку подал, когда она оступилась на эскалаторе, то помог донести пакеты. Я не могла отделить вежливость от чего-то большего. Короче, я не сдержалась.

— Не нужно винить во всем себя, Марин, - каждая из нас могла приревновать.

Ната выглядела какой-то уставшей, немного бледной. И впервые я видела её без кофе в руках. Похоже, у всех сегодня был не лучший день. Одна только я чувствовала себя тревожно-окрыленной из-за общения с Гордеем. Но говорить об этом в сложившейся ситуации было неуместно. Поэтому я не стала рассказывать подробностей о том, откуда приехала. Сейчас было не до моих запутанных амурных дел. У Марины были проблемы посерьезней.

— Зная Антона, он бы не стал оказывать знаки внимания другой. Тем более это сложно представить, когда рядом была ты и Цветич.

Я сделала глоток мятного чая, который мы навели для всех. Потому что, похоже, нам всем не мешало немного успокоиться.

Марина всхлипнула на вдохе.

— Дома я завела с ним разговор. Что мы так и не решили вопрос, где будем жить после свадьбы. Что сейчас совсем не вовремя случился этот приезд Яны. Он ответил, что просил меня довериться ему и подождать. Мне показалось, он снова держит меня на расстоянии. Отдаляется. И я выпалила ему вопрос, почему он решил жениться так скоро. Не для того ли, чтобы легче было усыновить Цветича, а кто будет рядом - дело второе, может, и Яна подойдет.

Марина находилась в таком смятении, по её щекам катились слезы. И ей было все равно, кто что подумает и как она выглядит. От её искренних страданий у меня сжималось сердце.

Ната терпеливо и успокаивающе гладила её по плечу.

— И что он ответил?

— Он… сказал, что, возможно, мы поспешили со свадьбой, раз я так думаю, - голос Марины сорвался на рыдания. - И что в таком случае, пока между нами нет понимания, в свадьбе нет смысла.

Мы с Натой успокаивали её, что Антон ещё одумается. На него тоже свалилось много проблем сразу: вопросы с жильем, забота о бабушке и Цветиче, приезд Яны и планирование свадьбы. Что он просто вспылил и обязательно пожалеет о своем решении.

У меня в голове не укладывалось, что такая прекрасная пара, как Марина и Антон, может распасться. Они действительно подходили друг другу, их отношения, полные любви и взаимоуважения были для меня примером. Эталоном.

Когда Марина немного успокоилась, то захотела побыть одна. И мы с Натой, погруженные в невеселые мысли, засобирались каждый по своим делам.

— Да уж, - вздохнула Ната, когда мы вышли из подъезда на свежий вечерний воздух.

— Ты сама-то как, Нат? Выглядишь немного бледной.

— Да все нормально. Устала.

Ната отмахнулась, застегнула куртку, прячась от сырого ветра.

— Пей витамины. Весна — время авитаминоза.

Мы наскоро распрощались. И я все-таки решила вернуться в “Большую птицу”.

Я пробиралась через толпу к столику, за которым, как я запомнила, расположилась компания Гордея. На сообщение он так и не ответил. К моему облегчению я заметила Сашу, Руслана и ещё одного парня в том же шатре, где видела их в последний раз. Хотя уже прошло несколько часов.

— А где Гордей? - спросила я громко сквозь шум, остановившись у столика.

Только бы он не успел уйти.

Руслан кивнул в сторону сцены. Я обернулась и не смогла оторвать взгляд от увиденного.

Глава 12

Гордей изображал рок-звезду. Он ударил по струнам бас-гитары, пронизывая звучащим аккордом пространство, затем поднял обе руки вверх. Толпа на танцполе разразилась одобрительными криками и аплодисментами.

Гордей довольно закивал головой в такт ударам барабанщика по бочке, затем снова ударил по струнам. Толпа снова взорвалась шумом.

Я рассмеялась. У него неплохо получалось заводить публику.

К бочке присоединилась дробь ударов по барабанам и хай-хэт. Затем вступила ещё одна бас-гитара. И Гордей тоже начал играть, подхватив ритм. Какие-то девчонки у сцены запрыгали в такт.

Вокалист затянул мелодию, и на удивление ко второму микрофону подошёл Гордей. Он ещё и поёт?

Я многого о нем не знала. Его голос почти не был слышен за тембром вокалиста, как и положено подпевающему. Но, кажется, я уловила мягко льющийся фоном баритон.