У меня очень много костей переломано. Почти все тело скованно гипсом. Порезы, раны.

От боли не спасали даже обезболивающие. Они лишь немного притупляли ее и делали голову тяжелой, а мысли вялыми.

Но я все равно много думала.

Про аварию. О том, что услышала, когда мужская рука сжала мое горло.

И… о тех словах, которые сохранились в моей голове, но долгое время я не могла понять, откуда они взялись.

Лишь со временем до меня начало доходить, что, возможно, я сама этого не понимая, находясь в бессознательном состоянии слышала кое-какие разговоры.

Осознание этого пришло ко мне, когда в комнату вошли еще какие-то альфы и я, услышав их голоса, почувствовала острую ассоциацию с теми словами. Это они разговаривали. Я именно их слышала.

Я не могла отрицать того, что все эти догадки всего лишь плод моего воображения, но так же не могла отрицать то значение, которое они имели, если подслушанные мной разговоры действительно происходили.

Думать об этом было тяжело. Не только из-за боли. Наверное, она сейчас имела самое меньшее значение. Куда сильнее был страх от происходящего и того, что будет дальше.

А еще… от того состояния, в котором я сейчас находилась.

Для меня ведь даже поломанный ноготь раньше был трагедией, а сейчас я вся была переломана. В порезах. Причем, в глубоких. Что… со мной будет? Как я буду выглядеть?

И вроде как не об этом сейчас нужно думать, но все это накапливалось и не просто давило. Оно ломало. Я вообще не понимала, как мне удавалось до сих пор не разреветься и не заорать до срыва голоса.

Возможно, именно поэтому я настолько сильно пыталась сосредоточиться на своих мыслях и на подслушанных словах. Пытаться что-то решить. Все, что угодно лишь бы не лишиться рассудка.

Но то, что я услышала… Разве это можно воспринимать нормально? Без того, чтобы кислота плавила нервы?

Кажется… Я слышала, что заказчик из моей семьи.

Дэвид?

Скорее всего, да.

Митчал идиот. Ленивый и бестолковый, поэтому навряд ли это он.

Господи, стоило мне подумать о том до чего дошел Дэвид, как меня заживо сжигало гневом. Но я с радостью воспринимала это чувство. Пыталась сосредоточиться на нем, ведь гнев был намного лучше того страха, который уродовал меня при воспоминании о других услышанных словах.

Кажется, альфы говорили о том, что они хотят продать меня и моего истинного. Выставить нас на черном рынке, как лот.

Это… это же невозможно. Такого быть не может.

Господи, в моей жизни не может происходить ничего такого.

Я ведь просто сплю.

Это лишь страшный кошмар.

***

Я заметила, что альфы тут относились ко мне сравнительно неплохо. Они не отвечали на мои вопросы, но пытались отвлечь разговорами. Кормили той едой, которую я сейчас вообще могла съесть. Поили водой.

Часто ко мне заходил врач и каждый раз говорил, что уже скоро мне станет лучше.

Возможно, если бы я была безмозглой идиоткой, смогла бы немного расслабиться, но на самом деле эти альфы вызывали у меня лишь острую, ледяную настороженность. Словно я имела дело с чем-то ужасным, пытающимся скрыться за маской.

И вот, спустя два дня я наконец-то увидела того, кого они называли боссом.

Я не знала пришел он ко мне днем или вечером. Единственное окно, имеющееся в этой комнате, было заколочено.

Но, когда он вошел ко мне, включил свет и я увидела высокого альфу. Немного полноватого. Его лицо частично было скрыто густой бородой, а отросшие, немного седые волосы, собраны в хвост.

- Я тебя не разбудил? – спросил он и мне показалось, что я и его голос раньше слышала, но тогда он был пропитан животной яростью.

Сейчас же мужчина говорил мягко.

- Вижу, ты уже выглядишь немного лучше, - сказал он, ближе к кровати подтягивая стул и садясь на него. – Конечно, твое лицо… Но ничего. Альфа, который лечит тебя, говорит, что у тех, кто состоит в истинной паре, регенерация лучше. Возможно, у тебя не останется шрамов.

Мое лицо? Шрамы?

За все время после моего пробуждения у меня не имелось возможности посмотреть на себя в зеркало. Но я не стремилась этого делать. Боялась даже прикоснуться к лицу кончиками пальцев. Меня всерьез пугало то, что я могла почувствовать и сейчас, этот мужчина своими словами меня будто раскаленным прутом пробил.

- Ты, наверное, испуганна и у тебя множество вопросов. Сейчас ты можешь задать их и я отвечу на все, что смогу.

Я все еще плохо разговаривала, но, смотря на мужчину, еле шевеля губами, спросила:

- Альфа, который… Водитель. Он жив?

- Какой водитель? – мужчина приподнял густую, лохматую бровь.

- Альфа, который вел машину… Он выжил после аварии?

- А, ты об этом? Неужели, это первое, что ты хочешь спросить?

У меня было много вопросов. Даже слишком. Но в момент аварии за рулем сидел альфа, работавший на семью Уокер еще с тех пор, как я была ребенком. Кастел Финиган. Он хороший человек. Часто подвозил меня и Лерана, когда мы еще учились в школе. Развлекал нас смешными разговорами. Они мне всегда казались глупыми, но я почему-то все равно смеялась.

Я кивнула, а мужчина задумчиво между пальцами пропустил бороду.

- Да, он жив. При аварии он не сильно пострадал.

И я должна в это верить? Машина несколько раз перевернулась.

- Почему я тут? – сипло спросила.

- А это уже более стоящий вопрос, - альфа довольно кивнул. – Дело в том, что твой отчим, Дэвид Бейкер, заказал тебя. Он заплатил деньги неким людям, которые должны были тебя убить. Я понимаю, что тебе тяжело это слышать, но, чем быстрее ты узнаешь правду, тем лучше.

- Эти люди вы? – спросила голосом, полностью лишенным эмоций.

Мужчина приподнял бровь, словно не этого ожидал, но все же сказал:

- Нет, не мы. Но в заказе мы все же частично участвовали. Только, когда мы увидели метку на твоей руке, поняли, что убивать тебя нельзя. Истинность священна и, соответственно – ты тоже. Поэтому мы украли тебя и взяли на себя обязательство по твоей защите.

Боже, это звучало настолько слащаво, что меня чуть не вырвало.

- Почему вы не передали меня полиции? – спросила.

- Твой отчим могущественный человек. У него есть связи и подкупленные им наемники только и ждут твоего появления, чтобы добить тебя. Сейчас единственное место, где ты в безопасности – это здание. Да, я понимаю, что тебе, возможно, трудно нам поверить, но, если бы мы желали тебе зла, не стали бы тебя лечить. Зачем бы нам это нужно было бы?

- Да, это резонно, - сказала, пытаясь делать голос ровным и замечая, что мужчина еще более довольно кивнул. – Но могу ли я позвонить своему жениху? Его семья имеет куда больше влияния и власти, чем мой отчим. Они помогут мне и вознаградят вас.

- Мы рассматривали такой вариант, но, к сожалению, он невозможен. По нашим данным, твой жених, Леран Уокер связан с твоим отчимом. Он в подробностях доложил когда и как ты будешь ехать.

Мне было бы легче поверить в то, что земля квадратная, чем в то, что Леран меня предал, но я решила не начинать спорить. Вместо этого произнесла:

- И все же я хочу поговорить с ним.

- Звонок отследят и всех нас поймают. Опять-таки, я понимаю – тебе трудно поверить нам, но сейчас для нас первоочередно важна твоя защита. Вообще, единственный с кем ты сейчас можешь связаться, это твой истинный. Без сомнения, он точно не захочет тебе вредить. Да и тебе нужно его близкое присутствие. Так раны быстрее заживут. Скажи нам его имя и мы его отыщем. Привезем сюда.

В комнате повисла тишина и я заметила, как мужчина выжидающе наклонился вперед, ожидая ответа.

- Я не знаю его имени, - сказала и черты лица мужчины напряглись.

- Как же ты можешь его не знать?

- Метка появилась на людной улице. Я не поняла, на кого среагировала истинность.

- И чего же ты не стала его искать? – мужчина явно не верил мне и я начала улавливать в его голосе раздражение, которое пока что было легким.

- Потому, что у меня есть жених. Мне было выгодно выйти замуж именно за него, а не за истинного, который мог оказаться нищим и никчемным.