Я качнула головой и, убрав его ладонь от своего лица, вновь лбом уткнулась в руль.

Я несколько раз размыкала губы, но ничего сказать не могла. Казалось, что стояла на той самой грани, которая отделяла меня от пропасти. Еще немного и я в нее упаду. Затем разобьюсь и больше никогда не соберусь обратно.

Еще один вдох и я, еле шевеля губами, произнесла:

- Нам с тобой нужно расторгнуть помолвку.

В машине повисла тишина. Настолько глобальная, что, если бы не тяжесть в воздухе, я могла бы решить, что Лерана сейчас тут нет.

- О чем ты? – спросил он. – Лия, объясни.

Откинувшись на спинку сиденья, я принялась снимать перчатку.

Сорвала ее, бросила ее пол и показала альфе свою ладонь. Вернее, метку истинности.

Вновь повисла тишина. Я все еще не смотрела на Лерана. Изо всех сил старалась делать так, чтобы рука не дрожала и лишь спустя какое-то время, не получив никакой реакции, с трудом осмелилась поднять взгляд на альфу.

Он сидел неподвижно. С замершим выражением лица и, не моргая смотрел на метку.

Но, наверное, почувствовав мой взгляд, посмотрел мне в глаза.

- Это такая шутка?

- Похоже, что я шучу? – спросила, надломленным голосом. Вновь откидываясь на спинку и ладонью, которая все еще была скрыта перчаткой, потирая лицо.

Леран некоторое время ничего не говорил. Но такого выражения лица, как сейчас, я у него никогда не видела. Вернее, оно менялось. Множеством эмоций. Так, словно черты ломались.

- То есть, у тебя серьезно с кем-то появилась метка истинности?

Я еле заметно кивнула.

- Сегодня? С кем?

Я отрицательно качнула головой.

- Нет. Метка проявилась, когда ты был в деловой поездке.

Наверное, в этот момент я сильнее всего боялась смотреть на Лерана, но все же это сделала и в его глазах с замиранием увидела то, чего боялась сильнее всего.

- Когда… я был в поезде? – переспросил он. Затем резко опустил взгляд на вторую мою ладонь. – Перчатки. Ты под ними прятала метку. Какого хрена, Лия?

Я сжалась и опустила взгляд.

- У тебя есть повод злиться на меня…

- Неужели? Я черт раздери тебя своей женой давно представлял. Думал о том, как ты понесешь от меня. Как мы с тобой… Блядь. А ты бросаешь меня и… ты мне лгала. Только я не понимаю, какого хрена ты вчера вечером дала мне трогать себя, если у тебя появился гребанный истинный?

Я чувствовала его ярость, но понимала, что заслуживаю чего-то куда более худшего. Я даже представить не могла, что делала бы на месте Лерана.

- Я боялась тебе рассказать… Да и не хотела. Понимаю, насколько это ужасно звучит, но, наверное, я паршивый человек. Я… Я не рада этой истинности. Никакое это, дьявол, не счастье. Мне хотелось ее снять. Чтобы она осталась просто как страшный сон. И… я люблю тебя… Я думала, что мы с тобой сможем остаться вместе.

Глаза начало жечь. Я почувствовала, как по щеке скользнула слеза.

- В каком это смысле ты не рада истинности?

Я еле сдержала грустную, печальную улыбку. Нам еще в школе рассказывали о том, какое это счастье встретить истинную пару. То, что после этого возникает ощущение целостности. То, что лучше этого ничего нет.

Как оказалось все это ложь.

- Как видишь, я не визжу от счастья из-за наличия у меня истинной пары, - я кончиками пальцев вытерла слезу, но за ней тут же появилась следующая. – И уж точно я к этому альфе никакой любви не почувствовала. Наоборот. Это как… Словно меня клеймом привязали к тому, к кому я совершенно не хотела. Ты… Ты сказал, о том, что видел меня своей будущей женой и то, что я тебя бросаю. Я тоже видела тебя своим будущим мужем. И я… люблю тебя, - последние слова я произнесла немного тише. – Поверь, я бросаю тебя не потому, что хочу. Я вынуждена это сделать.

Леран пальцами зарылся в волосы и сильно растрепал их, а я только сейчас поняла, что он был без футболки. Только в пижамных штанах. И ступни босые. Леран даже обуться не успел.

- Какая-то странная истинность, - произнес он, но даже на толику спокойным не казался. Я все еще чувствовала тяжесть. Давление. Раздирающие эмоции. – Блядская истинность.

- Сильно злишься? – тихо спросила.

- Еще как. Ты моя омега.

От этих слов сердце сильно заныло. Заболело.

Звучало так, будто Леран злился именно на сам факт истинности.

- Я имею ввиду… на меня ты сильно злишься?

- Да, Лия. Сильно. Как ты могла не рассказать мне?

Я втянула голову в плечи и нервно ногтями провела по метке. Хотела что-то сказать, но Леран спросил:

- Кто?

- Что?

- Кто твой гребанный истинный?

Я опустила взгляд и наклонила голову, чувствуя, как волосы упали на лицо. В груди все стянуло острыми нитями. Кажется, ладони начали дрожать и несколько секунд я не могла выдавить из себя ни слова.

- Лия, кто он? – Леран повторил вопрос и я, качнув головой, тихо, опустошенно произнесла:

- Прости, но я не могу сказать.

- Почему?

Голос альфы вновь изменился. Я не могла почувствовать себя в шкуре Лерна. Мне и моя собственная жгла, но сама эта ситуация ненормальная. Я не в порядке. Он – тоже. Неясно в какой степени, но атмосфера в машине была такой, что становилось больно.

- Я… Не горжусь этой истинностью. Я ее ненавижу и сделаю все, чтобы разорвать связь. И я… не хочу, чтобы о ней вообще кому-либо было известно.

- Значит, ты не доверяешь мне? Думаешь, что я всем расскажу то, что услышал от тебя?

- Нет, - я быстро отрицательно качнула головой, после чего еще сильнее сжалась. – Как раз тебе я доверяю как никому другому, но… Сильнее всего мне бы хотелось, чтобы про истинность не узнал именно ты. Я очень боялась разрушить все то, что было между нами. И… сейчас это происходит. Все ломается. Мне просто… не хочется, чтобы становилось еще хуже. Я… так сильно этого боюсь.

Мои судорожные слова больше были похожи на поток бреда, но я правда не понимала, как иначе объяснить то, что сейчас творилось в моем сознании.

То, что я призналась Лерану про истинность это уже конец всему. Планам на жизнь. Нашей судьбе, как паре, которую я настолько сильно хотела. Черт, Леран был тем единственным хорошим, что я имела в своей жизни. Я его действительно любила.

До сих пор люблю.

Но, если я скажу ему о том, что моим истинным является Коул Асманд… Я боялась ненависти Лерана. Того, как он после этого отнесется ко мне.

Я и так разбита до основания. Еще немного и я…

Я сильно ладонями потерла лицо. Кажется, опять начала плакать. Даже нормально разогнуться не могла.

В машине повисла тишина. Долгая. Тягучая и слишком тяжелая. За гранью того, что я могла бы выдержать.

- Мне нужно выпить, - Леран пальцами зарылся в волосы и сильно растрепал их.

Я только сейчас поняла, что он сидел откинувшись на спинку сиденья. Его тело напряжено. Мышцы напоминали сталь. Глаза приобрели животный вид, что случалось, когда альфы переставали контролировать свою звериную сущность. Кажется, у него даже клыки удлинились.

- Мне тоже, - сказала, тихо всхлипнув. Я всячески пыталась успокоиться. Хотя бы перестать реветь, но получалось паршиво.

Внезапно Леран открыл дверцу и вышел на улицу. Оторвав ладони от лица, я быстро посмотрела на него заплаканными глазами, чувствуя, как в груди все вспыхнуло от боли.

Логично, что он захотел уйти, но… Как же я желала, чтобы Леран еще хоть немного побыл со мной. Пусть я даже этого не заслуживаю.

Я до паники и дрожи боялась сейчас оставаться одной.

Но почему-то Леран не ушел. Он обошел машину и открыл дверцу с моей стороны.

- Перелезь на пассажирское сиденье. Я сяду за руль.

- Зачем? – растерянно спросила.

- Выпить. Разве мы не сошлись в том, что нам обоим сейчас это нужно?

Я все равно не понимала, что альфа собирался сделать, но спорить не стала. Перелезла на переднее пассажирское сиденье.

Леран сел за руль. Помнится, ему не нравилась моя машина. Она для него была слишком маленькой, но сейчас альфа об этом не сказал ни слова. Он завел машину и уже вскоре мы выехали на дорогу.