— Доброго времени суток, леди и джентльмены. Чем я обязан счастьем лицезреть всех вас?

Скримджера передёрнуло. Его львиная грива волос буквально встала дыбом. Чёрт возьми… и вот этого матёрого убийцу Фадж собирается «развести»? Ну-ну. Руфус ухмыльнулся про себя. Пускай министр сам пробует справиться с подобной тварью — он в этих делишках участвовать точно не собирается.

Стараясь не привлекать внимания, глава аврората сделал шаг назад, потом ещё один. Медленно, размеренно, как хищник, уступающий территорию другому зверю. И начал незаметно смещаться к служебному выходу.

Альбус Дамблдор стоял в портальном зале, окружённый разношёрстной толпой министерских чиновников. Рядом — неизменная Минерва, которую он пригласил для опознания возможного преступника.

Прошлый год оставил на его совести неприятный осадок: тщательно выстроенный план с Сириусом Блэком с треском провалился. В итоге проще оказалось официально объявить беглеца погибшим, чем держать дементоров у стен Хогвартса и выслушивать жалобы со всех сторон и нытьё министра. Но как именно это случилось — Альбус до конца так и не понимал.

Он прекрасно помнил тот день. Начальник Азкабана сообщил, что заключённый Блэк перестал принимать пищу и воду. Дамблдор лично осмотрел Сириуса. Первой мыслью было: поцелуй дементора. Но срочно вызванный колдомедик, опроверг догадку. Тогда в памяти всплыли давние слухи: мол, Блэки умеют уходить в перерождение по собственной воле.

Именно это дало простор для манёвра. Альбус задействовал всё своё искусство внушения: вбил в едва сохранившийся разум простейшие команды, чтобы тело заключённого продолжало двигаться, реагировать, даже разговаривать и принимать пищу. Достаточно для того, чтобы сохранить «живую оболочку» и добыть материал для оборотного зелья. Остальное должны были сделать наёмники — вывезти Блэка в назначенное время.

Но на месте встречи их ждала лишь неудача. Подробный допрос показал: Сириус, вместо того чтобы послушно сесть в лодку, превратился в огромного чёрного пса и, взревев, сиганул в море. И всё. Конец истории.

Только Альбуса это объяснение не устраивало. Он слишком хорошо знал — никакой самостоятельности у Блэка быть не могло. Это было попросту невозможно. Разве что… какие-то тайные, до конца не изученные штучки старого рода Блэков.

А потом начались странности. Почти через месяц, решив использовать волосы беглеца, заготовленные заранее, он обнаружил в колбе лишь серую пыль. Как после ритуала отсечения плоти. Но артефакты, отслеживавшие состояние ключевых фигур, упрямо показывали: Сириус Блэк мёртв. И как это возможно?

О том же, косвенно намекал и Северус. Хотя слизеринский змей умел изворачиваться, уходить от прямых вопросов, Альбус по интонациям и скупым фразам уловил главное: Снейп не считал Блэка угрозой. И, похоже, защищать от него своих подопечных не собирался. Настоящую опасность он видел в самом директоре. И ждал неприятностей именно от него.

Это напрягало. Что он упустил?

Тогда Альбус решился: отправил старые, ещё школьные волосы Сириуса, что долгие годы хранились в стазисе, на экспертизу в Отдел Тайн. Вердикт был короток и беспощаден: «мёртв».

Понятно, что за весь прошлый год не возникло ни малейшего повода усомниться в том, что Сириус мёртв. Дамблдор, пожалев об утраченных возможностях и активах, честно доложился сюзеренам и закрыл для себя эту историю. Но теперь Кингсли принёс из Министерства тревожные новости.

Какой ещё глава рода Блэк? Откуда он взялся? Тогда сразу стало ясно, почему детский сейф Сириуса заблокировали ещё в сентябре прошлого года. Неужели именно тогда он и умер? А может, напротив, сумел оправиться, оформить документы и теперь явился живой и здоровый? Ведь волосы превратились в пыль… значит, Сириус, возможно, жив?

Альбусу необходимо было выяснить всё, до последней мелочи.

И вот теперь он стоит в портальном зале рядом с Минервой и с отчётливым ужасом смотрит на нового главу рода Блэк. Человек, вышедший из портала, даже внешне напоминал Сириуса лишь некоторыми чертами лица, как большинство Блэков — всё остальное было чужим. Взгляд — холодный, отточенный, как у охотника, привыкшего убивать и выживать. Движения — плавные, экономные, словно каждое из них рассчитано до мелочей. В его осанке не было ни грана привычной беспечности Сириуса Блэка: перед ними стоял хищник, и вся толпа чиновников в зале чувствовала это кожей.

Это был самый худший расклад из всех возможных. Давить на него бесполезно, обманывать — тем более. Такой человек не станет тратить время на игры: когда правда всплывёт, он попросту ликвидирует причастных и возьмёт своё. Это был нелегкомысленный Сириус, которого можно было подтолкнуть или использовать. Это был некто гораздо опаснее.

Дамблдор понимал: действовать нужно осторожно. Аккуратно нащупать, чего именно ищет новый Блэк, и постараться направить его интересы в выгодное для себя русло. А ещё предстояло продумать, что сказать нанимателям…

Джейсон вышел из портала и с удивлением обнаружил перед собой целый зал странно одетых людей. Толпа замерла, уставившись на него, будто на дикое животное, прорвавшееся сквозь решётку. В их глазах читался страх, смешанный с изумлением.

Что-то многовато нахлебничков собралось, — лениво отметил про себя Блэк. А вслух произнёс, отчётливо произнося каждое слово со своим американским акцентом:

— Доброго времени суток, леди и джентльмены. Чем я обязан счастьем лицезреть всех вас?

Из рядов выступил высокий, тщательно ухоженный блондин. Он заметно напрягся, но быстро взял себя в руки. Голос его прозвучал мягко и чопорно:

— Доброго дня, мистер Блэк. Я лорд Люциус Малфой. Моя супруга, Нарцисса, урождённая Блэк, настоятельно просила меня встретить вас и пригласить к нам сегодня на ужин.

Джейсон с холодным интересом разглядывал этого «Белоснежку», который в реальности был самым крупным деловым партнёром семьи Блэк. Ужин с ним, пожалуй, будет весьма кстати: есть темы для разговора и общие проблемы. К тому же Нарцисса действительно приходилась ему племянницей.

— Я буду рад принять ваше приглашение и навестить мою племянницу, — спокойно ответил он.

Кажется, британцев заметно корёжит от моего акцента, — усмехнулся про себя Джейсон, наблюдая, как Люциус чуть напрягся, но внешне сохранил безупречную вежливость.

— В таком случае я пришлю вам порт-ключ, — поклонился Малфой с безупречной учтивостью.

Джейсон кивнул и уже направился к выходу, когда раздался новый голос:

— Молодой человек, позвольте занять минуту вашего драгоценного времени.

Из толпы выступил высокий белобородый старик в лиловой мантии. Он двигался неторопливо, словно сам зал принадлежал ему одному.

Вот с этим, пообщаться я просто обязан, — отметил Джейсон останавливаясь. Не каждый день появляется возможность взглянуть в глаза местному диктатору.

— Мы знакомы, сэр? — холодно уточнил Джейсон.

— Увы, нет, юноша, — мягко улыбнулся старик. — Но это легко поправить, не так ли? Позвольте представиться: Альбус Дамблдор, директор школы чародейства и волшебства «Хогвартс».

Бывший агент едва удержал невозмутимое выражение лица. Странно… он не упомянул остальные свои должности. Хотя, возможно, именно пост директора принёс ему наибольшее влияние.

— Джейсон Блэк, мастер Североамериканской гильдии наёмников, — представился в ответ он.

Голубые глаза собеседника чуть сузились.

— Любопытно. Но вы, разумеется, не обучались в нашей школе? Я знаю всех британских магов — они росли у меня на глазах. Но вас я не припоминаю.

— Сэр, как вы уже поняли, я американец. Учился в обычной школе, а магию постигал частным образом, — спокойно парировал Джейсон, внимательно следя за реакцией старика.

Дамблдор изображал безобидного чудаковатого дедушку. Делал это настолько натурально, что, не зная подноготной, в него легко было бы поверить. Но Джейсон прекрасно помнил, кто стоит перед ним: фактический министр образования, верховный судья Магической Британии и представитель страны в Международной Конфедерации Магов. Такой человек по определению был политиком мирового уровня. А милых и добрых старичков среди этой братии Джейсон не встречал никогда. Они все — лицедеи.