Вот корпоранты на фоне остальных царствуют, а не живут и трудятся! Хотя, на самом деле, просто имеют общегалактический социальный минимум. Ну, может чуть больше, чтобы народ в этой дыре с ума не сходил от тоски по цивилизации. Но туда мне точно не попасть, как и родным. Только не с пометкой «ссыльный» в чипе идентификации. Так что предел моих мечтаний — своя команда отчаянных добытчиков. Если… нет! Когда, я этого добьюсь, у нас будет все — натуральные продукты с немногочисленных фермерских подворий, добротный дом за третьим оборонным кольцом, где есть даже несколько кафе и баров, а не их жалкие подобия из второго. А так же вполне осязаемый шанс наполнить банковский счет внушительным количеством нулей после первой девятки. И пусть цены на проживание там сейчас для меня не просто кусаются, но нагло скалят огромные клыки, я знаю, что добьюсь своего. И первым шагом станет оживление Пиявки.
Чтобы понять местные расклады, нужно впитать их в себя с кровью выбитых зубов, разбитых губ и стёсанных, о морду противника, костяшках. Теоретически, попробовать счастья за забором может любой желающий, достигший совершеннолетия. До него, через ворота, поселок не покинуть. Безусловно, есть варианты, как не быть, только я не самоубийца! Да и есть пара нюансов.
Во-первых, за год до восемнадцати, подростков обоих полов вывозит шаттл корпорации. И укрыться еще ни у кого не вышло. Да и не пытался почти никто. Только самые отбросы. Остальным смысла нет. Этот этап, с моей точки зрения, больше благо, чем препятствие. Почему? Да потому, что парней и девок свозят в тренировочный лагерь, где год хоть и плохо, но кормят, поят, одевают, а главное — обучают военному делу, без знания которого за периметром все равно делать совершенного нечего. Только если пойти на мясо хищникам или, при большой удаче добраться до окраины разрушенного города, и быть прихлопнутым первым же Ползуном древних, рыскающих по развалинам.
Однако «Атланты» не страдают благотворительностью, за все требуется платить. И после обучения необходимо отработать затраченные на тебя усилия став наемником. Полтора года. Ровно столько длится стандартный контракт пехотинца. Или два если повезло оказаться достаточно способным чтобы управлять дорогой наземной техникой. А счастливчики, зубами вырвавшие у судьбы право летать — три года должны посвятить всего себя концерну и своей машине. К слову, натаскивать будут матерые волкодавы — ветераны корпоративных конфликтов. Не многие после этого возвращаются обратно на твердь земли, предпочитая заново подписать контакт с частной армией корпов. Но те, кто решили вернуться… о-о-о-о! Это элита рейдеров! Невозможно крутые парни! Только отряд Дорадо чего стоит! Редко когда суровые искатели возвращаются из вылазки и не сдают скупщикам добычи меньше чем на пару сотен тысяч кредитов! Невероятные цифры! Понятно, что почти половина из них уходит на содержание дорогостоящей техники, а остальное расползается по карманам рядовых отряда. Но даже самый маленький оклад позволяет бойцу отряда снимать двухкомнатные апартаменты в третьем круге и гудеть по барам между рейдами. Про самую лучшую экипировку, какую только можно достать за деньги или найти за периметром — даже не заикаюсь. В тех местах. Где промышляют команды такого уровня, без нее шагу не ступить — сожрут, чирикнуть не успеешь. И ведь Дорадо не на первых строчках рейтинга, хотя и в первой десятке.
Есть у такого подхода и обратная сторона, менее приглядная. Хорошо если треть из набора доживает до конца контракта. Бывших курсантов бросают в самое пекло, не щадя. Ведь даже сотня новичков не стоит одного битого старожилы. Но мне плевать! Если не смогу прорваться и выжить на найме, то и за периметром мне делать нечего. Дрожать от каждого шороха, собирая копеечный мусор в давно вычищенном пригороде уничтоженного мегаполиса не собираюсь!
До этого еще целых пять лет, но уже сейчас я готовлюсь к следующему шагу. Заодно постепенно перекидывая прочный мост через два следующих этапа, не выполнив которые, не стать уважаемым искателем, да и рейдером вообще. Первое, очень значимое действие — образование. Да. Как это ни странно. Неумехи никому не нужны, ведь чтобы грамотно обращаться с тем множеством гаджетов и приборов, что жизненно необходимы в каждом выходе не только для выживания тебя лично, но и всей команды, нужно уметь читать, писать и считать. И делать это быстро! Порой лишняя секунда станет решающей. Так что дебилы, не могущие связать двух слов или умножить в голове семь на двадцать, никому и даром не сдались. Этого достаточно для рядового. Что для меня не приемлемо.
А для получения сержантского звания в отряде (рейдеры не стали мудрить и оставили иерархию наемников), нужно уже что-то посерьезнее скорочтения и таблицы умножения. Тут каждый уже обязан знать староимперский язык, уметь читать карты и схемы, а так же получить узкую специальность. Тактик, инженер, программист, разведка… их не мало. Так вот — уроки я не прогуливал, и усердно грыз гранит науки, как любит повторять мама, не только потому, что она как раз и была одним из учителей школы, но и потому, что не получив знания — самостоятельно поставлю крест на возможности подняться на ступеньку в своем плане. Причем лишь на промежуточную, одну из нескольких. Как и конструирование дрона. Для себя я выбрал нишу инженера-механика, ценная и редкая специальность. Но с помощью отца я освоюсь со сборкой легкой и сверхлегкой техники. Даже в поле из подручных материалов. Да хоть из говна и палок! Если понадобится….
И вот после сержантского, идет комсостав. Здесь, для получения такой ставки, требуется уже опыт за периметром. Это как минимум. А уважающие себя команды не поставят на такой пост простую пехтуру. Только прошедших наемничество не меньше чем командиром легкого танка с приданным взводом пеших бойцов. И я рассчитывал покорить эту величину. Благо индекс моего интеллектуального развития куда выше среднего, как показывают тесты в ВГС. Но даже это лишь промежуточный этап, который необходим для создания своего отряда. И вот тут кроется самый большой облом из всех. Затык, на котором отваливаются трое из пяти.
Мало кто пойдет за командиром, не владеющим хоть каким либо проявлением внутренней силы. Неважно какой, любой найдется применение. Конечно, очень ценятся боевые. Сжечь или заморозить противника, затуманить разум или прикрыть напарника плотным воздушным щитом. Проявлений невероятно много! У сильных лидеров их вообще может быть несколько, что редко, но бывает. Чаще все же одно, но хорошей силы. Тот же Дорадо способен испепелить целый танк! Что однажды и проделал будучи наемником. А сколько раз он пускал свой дар в дело, будучи в рейде, никто кроме его людей и него самого, даже не догадывается.
И да, я тоже кое-что могу. Вот только мое проявление не имеет никакого отношения к физическому воздействию. Рунный поиск. Устаревший вид обращения с собственным даром, к которому в обитаемой галактике относятся с великой брезгливостью. Идиоты! Менее действенным рунное управление силой не стало из-за смены модных веяний. К слову, лишь десять процентов людей имеют Дар. И вообще — странно видеть, как кривят рожи на руны те, кого природа обделила хоть каким-то проявлением.
Начертив руны, да хоть на том же песке, можно получить очень хорошую наводку на искомое. Именно так я отыскал электромоторчик запрятанный глубоко в недра пугала старого Адора. Всего-то три раза пришлось раскидывать знаки. Но это простой поиск. И так было понятно, что сам по себе страшило не может вращаться. Для более сложных вещей нужны и более старшие руны, пока с трудом и через раз у меня получающиеся. Но мама не за красивые глаза была деканом факультета, и мои успехи в таком раннем возрасте, по большей части ее заслуга. Еще немного и они перестанут постоянно срываться. Вот тогда я начну воплощать в жизнь еще один план — кто сказал, что искать можно только предмет? Никто такого не говорил, и правильно! Потому что, как по мне, это полнейшая чушь! В общем, боевым воплощением моего дара, я избрал для себя поиск уязвимостей. Ведь знание о том, как уничтожить, отключить, вывести из строя, это уже половина дела. Ровно и о том, как заставить работать, починить, собрать что-либо. И как мне кажется, это огромное преимущество для искателя, гораздо большее, чем возможность сжечь танк, или заморозить парочку поехавших микросхемами дронов.
