– Ты рано. Я думал, дольше будешь, – удивлённо заметил он.

Я медленно подошла к нему, томно растягивая слова: – Ну дааа... Рано...

Мои руки легли ему на живот. Я чувствовала, как напряглись его мышцы от неожиданности. Каким огнём и удивлением зажглись его глаза.

– Ну здорово, – с немного растерянной улыбкой произнёс он. – К завтраку успела.

Мои пальцы скользнули по его бокам. – А ещё я узнала, что у меня уже сданы все экзамены.

– Надо же, – он притворно удивился. – И как ты умудрилась?

– Может, потому что один наглый мужчина решил, что ему всё подвластно и влез туда, куда его не просили? – больше притворяться не смогла, возмущение прорвалось, и я с силой толкнула его в грудь.

Сергей даже растерялся от моего резко перехода от нежной кошечки к разъярённой. – Может, он не наглый, а просто хотел помочь?

– Если бы он хотел помочь, он бы не вмешивался в мою жизнь! – прошипела я. – Мне не нужна такая помощь! Теперь все будут думать, что я никчёмная! А я ведь учила, я готовилась!

Меня злило его вмешательство, раздражало, что он вдруг вот так взял и решил всё за меня. Мог бы хотя бы спросить.

Неожиданно он обнял меня и прижал к себе так сильно, что у меня перехватило дыхание. А потом он поцеловал меня. Я пыталась сопротивляться, ударила несколько раз в грудь, но он был сильнее. Постепенно гнев уступил место другому, тёплому и знакомому чувству, и я забылась в этом поцелуе.

Когда он, наконец, разорвал его, я, запыхавшись, прошептала: – Зачем ты это сделал?

Сергей смотрел на меня, его глаза горели. – Чтобы ты замолчала и не орала, – ответил он.

Я всё ещё пыталась отдышаться после того поцелуя, а он продолжал держать меня в объятиях не отпуская.

– Знаешь, – его голос прозвучал приглушённо, прямо у моего уха, – а ведь у нас, если подумать, не было ничего... Ни ухаживаний, ни свиданий, ни этого дурацкого конфетно-цветочного периода.

Я напряглась, предчувствуя, к чему он клонит. Сердце бешено застучало где-то в горле.

– О чём ты? – выдохнула я, пытаясь вырваться, но его руки лишь крепче сомкнулись на моей спине.

– Да так, – он сделал паузу, наклонился, его губы коснулись моей щеки в лёгком, почти невесомом поцелуе. – Просто думаю вслух. У нас есть общий ребёнок. Мы... явно небезразличны друг другу. – Его пальцы медленно водили по моей спине, заставляя меня дрожать. – Может, стоило бы всё начать... с самого начала? Как нормальные люди.

Во рту пересохло. Это было именно то, о чём я боялась даже мечтать.

– Ты о чём, Воронов? – но продолжала делать вид, что не понимаю. – О каких «нормальных людях»? О свиданиях? О встречах?

– Ну, например, – он наконец слегка отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза. В его взгляде читалась странная смесь надежды и неуверенности, которую я никогда раньше у него не видела. – Мы могли бы... попробовать. Без спешки. Без обязательств. Просто посмотреть, что из этого выйдет. В конце концов, мы уже прошли самый сложный этап – у нас есть Костя. Осталось только... научиться быть вместе.

Я смотрела на него, не в силах что-то ответить. Вся ярость куда-то испарилась, оставив после себя лишь смятение и щемящую надежду, от которой закружилась голова.

– Ты... ты серьёзно? – наконец прошептала я.

Он улыбнулся – по-настоящему, без привычной насмешки.

– А почему бы и нет? – он мягко коснулся пальцем моего подбородка. – Разве ты не хочешь узнать, каково это – пойти со мной на свидание? Настоящее. Туда, где я не буду мудаком, а ты будешь просто девушкой, которая мне нравится.

Я сделала глубокий вдох, всё ещё чувствуя вкус его поцелуя на губах. Его предложение было таким заманчивым и таким опасным. Довериться ему ещё раз. А что, если у нас не получится? Я опять останусь с разбитым сердцем.

– Хорошо, – наконец выдохнула я, глядя ему прямо в глаза. – Я согласна. Но с одним условием.

Его взгляд вспыхнул надеждой, но он лишь кивнул, давая мне продолжить.

– Ты больше не должен вести себя так, будто лучше знаешь, что для меня лучше. Никаких больше сюрпризов вроде сданной за меня сессии, – я ткнула пальцем ему в грудь. – Если захочешь помочь – спроси. Просто спроси, Серёж. Я взрослый человек и могу сама решать, что мне нужно.

Он смотрел на меня с необычной серьёзностью, его руки лежали на моих бёдрах, словно он боялся, что я исчезну.

– По рукам, Никаких решений за твоей спиной, – согласился он. – Тогда, может, начнём прямо сейчас? – его пальцы нежно переплелись с моими. – Сегодня вечером. Ты, я... и Костя. Наше первое официальное свидание.

Я не могла сдержать смех.

– С ребёнком? Это твоё представление о романтическом свидании, Воронов?

Мы поехали в уютный семейный ресторан с полумрачным освещением и мягкими диванами. Сергей выбрал столик в углу, куда поместили детский стульчик.

Первые полчаса были идиллическими. Костик с интересом разглядывал всё вокруг, а Сергей с гордым видом рассказывал, ему обо всём во что сынишка тыкал пальцем. Но когда принесли еду, начался ад.

Костик решительно отказался есть пюре. Он мотал головой, отталкивал ложку и в итоге шлёпнул ладошкой по тарелке, разбрызгивая пюре во все стороны.

– Костик, – строго сказал Сергей, – ешь. Папа просит.

Сын лишь громче заворчал и скрестил руки на груди. Сергей вздохнул, проводя рукой по волосам.

– Представляешь, – с лёгкой истерикой в голосе произнёс он, – у меня сотня человек в подчинении. Они выполняют любые мои приказы без вопросов. А этот... этот маленький командир даже ложку принять не желает!

Я не могла сдержать улыбку. – Может, потому, что ты с ним как с подчинённым разговариваешь?

– Я с ним как с сыном разговариваю! – возмутился он, но тут же сник, когда Костик швырнул на пол игрушку.

Я качнула головой, поднялась и взяла сына на руки. – Давай сюда нашего бунтаря.

Устроив его у себя на коленях, я взяла ложку. – Смотри, самолёт летит! – запела я, водя ложкой перед его лицом. – Вкусная кашка для моего хорошего мальчика!

Костик смотрел на меня широко раскрытыми глазами, затем нерешительно открыл рот. Через пять минут тарелка была пуста, а сын сладко посапывал у меня на груди, уткнувшись носом в мою кофточку.

Сергей смотрел на это представление с открытым ртом.

– Как... – он покачал головой. – Как тебе это удалось? Я полчаса его уговаривал!

Я пожала плечами, нежно покачивая спящего Костика.

– Он просто привык ко мне. А с тобой ещё не свыкся. Ему нужно время, чтобы понять, что папа – это надолго.

В глазах Сергея мелькнуло что-то тёплое, и он потянулся через стол, чтобы коснуться моей руки. В этот момент из-за спины раздался женский голос, сладкий и узнаваемый:

– Серёжа? Привет! Неужели не узнаёшь?

Мы оба подняли взгляд. Перед нами стояла Катя. Та самая Катя из его прошлого, которая всегда была для меня эталоном недосягаемости. В идеально сидящем платье, с безупречным макияжем и укладкой, от которой пахло дорогим салоном.

Сергей на мгновение замер, затем вежливо улыбнулся.

– Катя. Конечно, узнал. Как дела?

– О, прекрасно! – она сияла, полностью игнорируя моё присутствие. – Слышала, ты стал большим начальником! IT-компания, да? Все девочки с курса только и говорят о нашем знаменитом однокурснике!

Она устроилась на свободный стул рядом с Сергеем, положив изящную сумочку на стол.

– А помнишь, как ты за мной в универе ухаживал? – хихикнула она, дотрагиваясь до его руки. – Цветы, конфеты... А я тогда была такая глупая, не оценила!

Я сидела, чувствуя, как сжимается сердце. Это было точное повторение того вечера много лет назад – он смотрит на неё с восхищением, а я становлюсь невидимкой. Даже сейчас, когда у нас есть общий ребёнок, спящий у меня на руках.

Сергей вежливо кивал, но его взгляд всё чаще переключался на меня. Я видела, что он пытается поймать мой глаз, но я упорно смотрела в стол, чувствуя, как на глаза наворачиваются предательские слёзы.