«Каким бы ты ни был страшным боссом для сотрудников, для матери ты всё тот же хулиган и бестолочь», – промелькнуло в голове. Я вздохнул.

– Мам, я не собираюсь ничего плохого делать. Хочу сделать для Ксюши лучше. Квартиру ей снять, чтобы не ютилась в дешёвой гостинице.

Во взгляде матери мелькнуло одобрение, но тут же сменилось новой мыслью. Она направилась в коридор и достала с верхней полки синий осенний комбинезон. – Так, может, Костика оставишь? Зачем с собой тащить?

Я ловко поймал уползающего Костю и усадил его одеваться. – Думаю, она будет рада сына увидеть.

– И что, ты там остаться собрался? – мама помогала мне застёгивать непослушные застёжки. – Мешать будете ей учиться.

– Насчёт этого не переживай, – я подхватил сына на руки. – Всё улажу. Она без проблем сдаст. Мне иногда кажется, ты забываешь, кем я работаю.

Мама буркнула что-то вроде: «Ой, смотрите-ка, важным какой стал», но в уголках её губ пряталась улыбка. На прощанье, как полагается, дала напутствие: – Смотри, чтоб всё чинно-благородно было. И ребёнка в машине пристёгивай как положено!

Через полчаса мы уже ехали в город. Костик, пристёгнутый в своём кресле, увлечённо жевал специальную игрушку-прорезыватель и время от времени что-то весело лопотал. Я ловил его взгляд в зеркале заднего вида. В голове уже складывался план. Сначала съездить в лучшую гостиницу города, снять номер получше. Потом зайти в цветочный – большой букет, но без пафоса. И... купить ей что-нибудь вкусное. Вспомнил, что она в студенческие годы любила пирожные «картошку» из той кофейни у центральной площади.

Да, возможно, я снова всё усложнял. Но сейчас это был единственный способ, который я знал, – действовать.

Мы подъехали к гостинице «Астория» – самому приличному месту в городе. Консьерж в ливрее помог мне вытащить коляску из багажника, его профессиональная улыбка не дрогнула ни на секунду при виде меня – в помятой футболке, с ребёнком на руках.

– Мне нужен ваш лучший номер. С видом на парк, – сказал я, пока Костик пытался дотянуться до блестящих пуговиц на мундире консьержа.

– На какой срок, сэр?

– Пока не надоест, – отрезал я, доставая карту. – И чтобы был просторный, с местом для ребёнка.

Пока оформляли документы, я стоял у панорамного окна в лобби и смотрел, как Костик ползает по мягкому ковру. Чёрт, а ведь я даже не знал, нужна ли ей тут коляска. Может, она предпочитает слинг? Я в этих детских штуках ничего не понимал.

Номер оказался действительно хорошим: большая кровать, диван, кофейный столик и вид на осенний парк. Я оставил там сумку с вещами Кости – мама, благослови её душа, собрала целый арсенал.

Оставив вещи в номере, мы с Костей снова отправились на улицу. На этот раз – за цветами. Я нёс его на руках, и он с интересом разглядывал всё вокруг, цепко ухватившись за мой воротник.

В цветочном магазине пахло влажной землёй и свежестью. Я выбрал простые оранжевые герберы – они напомнили мне саму Ксюшу, яркие, но без вычурности.

– Какой славный малыш! – умилилась продавщица, протягивая мне готовый букет. – И такой спокойный.

– Да, он у нас молодец, – неожиданно для себя ответил я и почувствовал странную гордость, расправляющую плечи. Костик, как будто поняв, о чём речь, серьёзно посмотрел на продавщицу своими большими глазами.

Следующая остановка – кондитерская. Та самая, где Ксюша всегда покупала свои любимые пирожные «картошка». Пахло ванилью и свежей выпечкой.

Я сидела в своём номере, десятый раз перечитывала одну и ту же страницу конспекта и ничего не понимала. Мои мысли постоянно возвращались к Сергею и нашему разговору. Буквы расплывались перед глазами, а в ушах стоял его настойчивый голос: «Диктуй адрес, Ксюша».

Я любила его лет с пятнадцати. Поэтому и помогала всегда с домашкой, терпела его насмешки над моими робкими попытками понравиться. Я видела, как он смотрит на других девушек – ярких, раскованных, совсем не таких, как я. Понимала, что для него я всего лишь друг, соседка, не больше. Если обнять, то за плечи заодно здоровенной ручищей растрепать мне волосы, если и пригласил в гости, то только потому, что его мама пирог спекла и позвала. О настоящем свидании я могла только мечтать, хотя не раз видела, как он зажимал девчонок возле школы. Это было всегда больно.

А в тот вечер перед отъездом он впервые проявил ко мне знаки внимания. И я, как самая обычная девушка, поплыла. Но никогда ни о чём не жалела. Та ночь осталась для меня одним из самых тёплых воспоминаний. Его шёпот, когда он говорил мне ласковые слова, его поцелуи, нежность, с которой он прикасался... Даже сейчас, при одном воспоминании, по телу пробегала дрожь, а руки покрывались мурашками.

А теперь у меня был Костик. В его личике я каждый день видела Сергея – те же ямочки на щеках, тот же упрямый взгляд. Только вот я уже не питала иллюзий. Я понимала, что Сергей взобрался слишком высоко, и мне до него не дотянуться. Где он – успешный IT-специалист, и где я – простая девушка из провинции? Его теперь окружали девушки совсем другого статуса.

Я смирилась с этим и решила относиться к Сергею спокойно, не показывать своих истинных чувств. Моей главной целью сейчас была учёба – нужно было получить диплом о высшем образовании, чтобы потом найти хорошую работу. Через два года мне предстояло выходить на работу, и времени на раскачку оставалось мало.

До этого я работала в продуктовом магазине и училась заочно в экономическом колледже. Во время беременности учиться было невероятно сложно. Мама, когда узнала о моём положении, сказала: «Это твои проблемы, раз не думала головой, когда под парня ложилась». После этих слов я поняла, что рассчитывать могу только на себя.

Я перелистнула страницу конспекта. Нет, нельзя позволять старым чувствам и сомнениям разрушить мои планы. У меня есть Костик, и ради него я должна быть сильной. А что до Сергея... то это уже прошлое. И я себе пообещала быть сильной.

Неожиданно в дверь постучали. Я отложила учебник, недоумевая – кто это мог быть? Горничная? Но уборку в номере я не оплачивала.

Открыла – и обомлела. На пороге стоял Сергей, а на его руках сияющий Костик, тянул ко мне свои маленькие ручки.

– Что случилось? – выдохнула я, чувствуя, как подкашиваются ноги. – Почему вы здесь?

Сергей стоял, улыбаясь во все свои тридцать два белоснежных зуба. – Сюрприз. Мы за тобой.

– В смысле? – я не понимала. Совсем.

– Собирайся, – невозмутимо сказал он, переступая порог. – Ты переезжаешь.

В этот момент Костик, наконец-то добравшись до меня, радостно потянулся и что-то залепетал. Я автоматически взяла его на руки, и он прижался ко мне, вцепившись в мою кофту, словно боясь, что его снова унесут.

Пока я была в ступоре, Сергей принялся деловито собирать мои вещи. Их было немного – одна дорожная сумка, большую часть которой занимали конспекты и учебники. Я даже не успела ничего распаковать.

С Костиком на руках я ходила за Сергеем по пятам. – Куда переезжаю? Воронов, ты можешь, наконец, объяснить?

– В другой отель, – он засунул в сумку мою косметичку. – Там тебе будет комфортнее. Условия получше.

– Но я не хочу в другой отель! – запротестовала я. – Мне здесь нормально. И экзамен завтра.

– Ксюш, я всё уже решил, – его тон не допускал возражений. Он застегнул сумку. – Номер снят. Не вредничай, поехали. Если ты можешь жить здесь, то Костику тут не место. Тесно, да и не очень чисто.

– Поэтому я и оставила его с твоей мамой! – воскликнула я, прижимая к себе сына, который начал теребить мой воротник.

Сергей взвалил сумку на плечо и, наконец, посмотрел на меня прямо. – А я считаю, что ребёнок не должен находиться далеко от матери. Поэтому мы приехали вместе с ним. И тебе будет спокойнее, переживать меньше будешь. А я за ним присмотрю, помогу.

Я смотрела на него в полном недоумении. В голове складывалась картина, от которой кровь ударила в лицо. – Ты хочешь, чтобы мы... жили в одном номере? Втроём?