Старк прошёл к креслу, подхватывая небрежно наброшенный на спинку плотный кожаный фартук, респиратор и защитные перчатки. Нацепив всё это, он передал вторую маску дворецкому, поправил на носу очки и аккуратно открыл доставленную дворецким шкатулку — внутри лежали несколько аккуратных слитков палладия 999 пробы, добытых Пенниуортом, как тот и обещал, к выходным. Сам по себе металл был совершенно нерадиоактивным, его даже применяли в сплавах, используемых в ювелирном деле и при изготовлении медицинских инструментов, так что вся «конспирация» была затеяна, по большому счёту, ради самой себя и из любви к искусству — уже озвучив Альфреду просьбу добыть палладий, Старк сообразил, что, по большому счёту, мог просто заказать ювелирные слитки, и это спокойно прошло бы по категории неожиданного бзика богача, решившего приобрести какое-то украшение под заказ… Хотя, кто сказал, что сам дворецкий не поступил точно так же, закрыв глаза на некоторую эксцентричность хозяина? В очередной раз…

Сложив слитки в тигель, Тони аккуратно поместил его в горн, открывая вентить подачи газа. Температура плавления палладия составляла больше полутора тысяч градусов — у миллиардера до сих пор порой «глаз дёргался», когда он вспоминал, как был вынужден отливать ядро реактора в плену у «Десяти Колец», сидя в пещере… И ведь справился, чёрт побери! Хотя, конечно, добыть у террористов, несмотря на всю их браваду и готовность предоставить «любые запрошенные ресурсы», качественное оборудование было той еще задачкой… Хорошо ещё, они сподобились достать где-то вполне сносный горн… Поэтому тогда они с Инсеном смогли… Так что теперь, в спокойной обстановке, даже в отрыве от технологий «Старк Индастриз», он сможет и подавно.

Поглядывая на горн, Старк дождался, пока слитки расплавятся, сливаясь в единую массу металла, и осторожно, даже бережно, подцепил тигель щипцами на длинной ручке, перенося его к форме для отливки. В этот раз у него не было опасений, что он ошибётся, над душой не стояли злобные арабы… или кто они там были, с автоматами, угрожавшие расстрелять его, если он не соберёт им на коленке высокотехнологичную и новейшую ракету… Но всё равно, изобретатель был предельно собран и контролировал каждое своё движение.

— Теперь осталось дождаться, пока отливка остынет, — Тони вытер со лба пот, отставляя в сторону пустой, но всё ещё раскалённый тигель, и окидывая взглядом постепенно остывающий палладий.

Альфред кивнул, хотя по-прежнему испытывал некоторые сомнения касательно самой идеи изобретения, которое внезапно решил создать его хозяин. Нет, в самом факте изобретательства дворецкий не видел ничего криминального — Брюс был всё же весьма образованным мужчиной и искренне старался разбираться в делах своей компании не только на уровне её владельца. Альфред вполне допускал, что его воспитаннику в голову могло прийти что-то, говоря без лишней скромности, гениальное, но то, что он видел… Палладий? Доставая заказанный металл, он, просто из любопытства, залез в интернет, чтобы ознакомиться с тем, что это такое, и для чего применяется. Обычный палладий был ювелирным металлом, иногда применявшимся в медицине или в электронике, когда требовались определённые свойства или стойкость к коррозии.

Но Брюс чётко и однозначно озвучивал, что палладий ему нужен в качестве топлива для нового источника энергии. С такой точки зрения единственным, что приходило в голову мужчине, была ядерная физика, но у палладия был только один радиоактивный изотоп — в таком раскладе было проще взять тот же уран… полоний, торий… Или какие-то более необычные изотопы, создаваемые уже руками человека… Но палладий?

— Скажите, мастер Уэйн, — неуверенно спросил дворецкий, — почему именно палладий? Если это… что-то вроде ядерного реактора… Не лучше было бы использовать какой-то радиоактивный элемент? Тот же уран?

— Вся суть в том, что палладий не радиоактивен в обычных условиях, — пожал плечами Тони. — Теоретически, это устройство может работать практически на любом… топливе, способном к распаду, и палладий — далеко не идеальный материал. Зато нет необходимости в серьёзной антирадиационной защите корпуса — при работе должны практически отсутствовать стороние излучения. Но я всё равно добавил немного свинца, — мужчина постучал пальцем по баллистическому щиту, указывая на реактор на подставке.

Старк слегка покривил душой, всё же дуговой реактор в своём базовом варианте как раз и задумывался для работы с палладием, но он пока не был готов к тому, чтобы даже обдумывать возможность повторения трудов отца, которые он закончил в прошлом мире, синтезировав идеальное ядро из не существовавшего ранее химического элемента. Чёрт побери, он не был даже уверен, что устройство заработает в обычном исполнении, что уж говорить о том, что создание более продвинутой модели требовало наличия технологий, насчёт которых он пока не был уверен даже в самом факте их существования.

Наконец, убедившись, что палладий в форме застыл, и его можно вынимать, Тони аккуратно подцепил заливку пинцетом, вынимая аккуратное и тонкое кольцо из серебристого металла. Решая, на какой конфигурации дугового реактора проводить первые испытания, мужчина всё же остановился на некотором гибриде первых двух моделей, отказавшись от толстой «таблетки» палладия в пользу кольцевой структуры, которую он использовал в пещере у террористов. На принципиальную возможность реактора работать это не оказывало никакого влияния, а КПД с учётом используемой массы палладия было на 15% выше.

Поместив кольцо в реактор, Старк опустил внешний кожух, закрывающий рабочую зону, и отошёл обратно за защитный экран. Наступал самый важный момент эксперимента — запустится реактор или нет… Бросив последний взгляд на собранную схему, мужчина аккуратно повернул тумблер, запуская всю систему. В первое мгновение ничего не произошло, но спустя долгие десять напряжённых секунд реактор сначала тускло, а затем всё ярче, засветился привычным и знакомым голубоватым светом, заставляя Тони испустить полный облегчения вздох. Устройство работало!

— Харон, запись показаний измерительных приборов. Дискретизация — миллисекунда.

— Выполняю, сэр, — раздавшийся компьютерный голос, уже куда больше похожий на человеческий, чем раньше, заставил Альфреда вздрогнуть.

— Что это такое, мастер Уэйн?

— Это Харон — электронный ассистент, — раасслабившийся Старк с блуждающей по лицу улыбкой поглядывал на своё работающее детище.

— Электронный… ассистент? ИИ?

— Нет, — мужчина мотнул головой, — до ИИ Харону ещё очень далеко. ИИ — это… Это не просто строчки кода… Подозреваю, что у нас так и не получается его создать именно потому, что мы идём не правильным путём… ИИ нужно не программировать, его нужно… воспитывать. Как ребёнка…

— Но… — Пенниуорт перевёл взгляд со Старка на один из мониторов, на котором после команды изобретателя открылась и принялась заполняться цифрами обширная таблица. — Почему Харон?

— Ну, — Тони посмотрел на дворецкого, вздыхая, — проводник в царство мёртвых — отличный помощник тому, кто сам, считай, вернулся оттуда…

— С такой точки зрения я на это не смотрел, мастер Уэйн, — Альфред склонил голову.

— Что же… Здесь мы пока закончили, — Старк в очередной раз окинул стенд внимательным взглядом, убеждаясь, что всё работает. — Для анализа результатов установка должна проработать хотя бы сутки — тогда будут понятны перспективы…

— Чаю, сэр?

— Да, было бы неплохо. Спасибо, Альфред.

— Всегда к вашим услугам, сэр.

Готэм-сити. Квартира комиссара Гордона.

Это был очередной длинный рабочий день… Комиссар Гордон устало открыл дверь в свою квартиру и, не зажигая свет в прихожей, доведённым до автоматизма движением бросил связку ключей на небольшой столик. Это была скромная холостяцкая «берлога» — после развода, когда жена забрала детей и уехала в Кливленд, Джеймс не видел особенного смысла в большом жилье. Всё равно дома он только ночевал, да и то далеко не каждую ночь, частенько оставаясь просто на диване в своём кабинете в полицейском управлении.