— Наша среда не прощает беспечности, — уклончиво подтвердил Сатоши и подхватил стакан со своим напитком. Но сразу не пригубил, а какое-то время покачивал в руке и молча её разглядывал, прежде чем сказать: — Каори-сан, вы производите впечатление весьма умной девушки, способной на глубокий и вдумчивый анализ. Так почему же вы сделали такой странный выбор?

— Не совсем понимаю, о каком выборе идёт речь. — Она подняла взгляд до его тонкой переносицы, по привычке избегая смотреть в глаза. — И вы вроде как хотели обсудить финансовые вопросы?

— Да, ко мне в руки попали интересные документы… — Сатоши резко замолчал и уставился в сторону своего стола, окружённого кучей экранов. — Кажется, у нас гости.

Они встали одновременно.

Каори подошла ближе к экранам, суетливо ища взглядом этих гостей. И нашла группу из троих наёмников в полном боевом обмундировании, которые зашли на территорию клана с севера. Им навстречу выдвинулись оставшиеся на охране трое кобун.

— А кто это?.. — начала говорить она, поворачиваясь к Сатоши, но язык к нёбу прирос, когда увидела, что он зачем-то решил раздеться.

— Похоже, очередной сюрприз для меня. — Он сложил рубашку и теперь расстёгивал ремень на брюках. Каори непроизвольно уставилась на спину в шрамах от магического огня, а в следующую секунду заставила себя отвести взгляд обратно к экранам. — А ещё мне немного грустно. Среди моих ищеек завелась крыса. Снова придётся всех усыплять и заводить новых.

Под ищейками Сатоши ведь имел в виду подчинённых, которые занимались сбором информации для него? Не разбираясь, просто всех убьёт?

Однако она даже не успела определиться с тем, что чувствовала к настолько жутким методам решения проблем, потому что увидела, как наёмники прямо у неё на глазах перебили охрану. Они оказались магдарами: один телекинетик, второй пирокинетик, а третий просто сносил мечом головы с плеч обездвиженных и обожжённых мужчин.

Каори замерла, в ужасе смотря на оставшиеся лежать на земле без движения тела. Память о ночи, когда в их поместье ворвались наёмники, накатила на неё удушливой волной. В груди разлился тяжёлый, свинцовый холод, навсегда въевшийся под кожу из-за животного страха, возвращающего Каори в прошлое.

Медленно переведя взгляд на Сатоши, она увидела, как он опустил голову и рвано вздохнул. А затем послышался сухой треск ломающихся веток, но это были кости, которые перестраивались и удлинялись.

Кожа на шее натянулась и лопнула. Густая, тёмная кровь тут же заструилась вниз по меняющемуся телу, оставляя влажный блеск на иссине-чёрных перьях. Под кожей на плечах и ногах тоже что-то шевелилось, бугрилось, а потом лопалось, и сквозь плоть прорывались всё те же жёсткие перья. Они очень быстро росли, помогая сбрасывать ненужные лоскуты человеческой оболочки.

За всё время, что Сатоши переходил в половинчатую форму оборота, он не издал ни единого звука. Хотя боль от перехода была чудовищной. Каори же смотрела и не могла отвести взгляда. Этот процесс одновременно её пугал и завораживал. Сама она ни разу не заходила дальше начальной формы — лишь крылья иногда выпускала, когда жажда полёта брала верх.

— Идём, — каркнул Сатоши и зацокал когтями по полу.

Куда? Зачем? Почему нельзя пересидеть в его кабинете?

В голове роились десятки вопросов, но вместо того, чтобы хотя бы один из них задать, Каори послушно двинулась следом, одновременно размышляя, не выпустить ли ей тоже крылья.

От начальной формы мало проку. На силе или регенерации она почти не отражалась, в лучшем случае — даст возможность сбежать в небо. Но только при условии, что на пути Каори не попадётся пирокинетик, который с лёгкостью подпалит её крылья.

— Поздно, — раздался всё тот же скрипучий звук, больше напоминающий движение камней в ущелье, чем обычный голос Сатоши. — В зал.

В просторное, но тёмное помещение они зашли буквально за секунду до того, как весь длинный коридор осветила полоса живого огня.

— Боже, сколько колец силы у этого магдара? — шёпотом произнесла Каори, в ужасе смотря на огонь, и тут же осознала то, от чего сердце в груди застучало быстрее: — Они уже в доме!

Она огляделась по сторонам, но никаких путей для отхода не нашла.Тупик. Из зала нет выхода. Дурацкие панорамные окна, за которыми не утихал дождь, тоже не разбить. В них влита тонна магии, чтобы они стали прочнее бетонной стены.

Что делать? Как быть? Неужели придётся принимать бой в закрытом помещении?

Звон мечей заставил Каори вздрогнуть и едва не вскрикнуть от неожиданности. Она даже не заметила, как одна из теней прошмыгнула в зал. Если бы не Сатоши, который встретил наёмника парными вакидзаси[45], то почувствовала бы безжалостное касание металла.

Однако близкое соседство опасности словно отрезвило. Панические голоса в голове тотчас затихли.

Каори скользнула вбок, одновременно вытаскивая кунаи из узла оби. Рукоятки легли в ладони привычно, будто всегда были частью её тела. Пришло время напомнить всем, что даже у тонкого и с виду изящного журавля есть мощные когти и острый клюв.

Притаившись у стены, она внимательно следила за дверным проёмом при помощи птичьего зрения, пока Сатоши дрался на мечах. У наёмника, похоже, были какие-то сверхъестественные способности, помогающие держаться на равных с оборотнем. И не просто парировать удары, а наносить ему серьёзные ранения.

Только благодаря бешеной регенерации в половинчатой форме Сатоши сдерживал натиск наёмного убийцы. А вот Каори в человеческой форме не выстояла бы против него и десяти секунд. Скорость ударов этого человека неприятно поражала.

Стоило в дверном проёме появиться второму наёмнику, как он даже не посмотрел в её сторону. Уставился на дерущихся и явно собирался помочь своему товарищу, но Каори первой метнула один из кунаев, идеально попав в ту область бедра, где проходила артерия.

Мужчина взвыл и рухнул на колено. А затем схватился за рукоятку, видимо, собираясь вытащить лезвие из ноги. Но первый наёмник на него рявкнул:

— Не вздумай!

Пары секунд, в течение которых он отвлёкся на товарища, Сатоши хватило, чтобы обогнуть его и вонзить вакидзаси в основание черепа.

Сначала остекленел взгляд, а потом тело рухнуло на пол.

Взбешённо закричал третий наёмник, появившийся за спиной у продолжающего стоять на коленях мужчины. Он достал необычной формы предмет, и пока Каори размышляла, не метнуть ли ему в горло оставшийся кунай, на неё налетел Сатоши.

Он вдавил её в стену, за колонной, создающей небольшое углубление. И тут же их ослепило ярким лучом.

Что-то мощное взорвалось, а потом утробно загромыхало и противно зазвенело. Голова тоже хотела взорваться от какофонии звуков, обрушившейся на неё. А белая стена света даже сквозь плотно закрытые веки пробивалась в глаза и стремилась выжечь сетчатку.

Каори ничего толком не видела и не слышала, лишь чувствовала запах горелой плоти и тяжесть мужского тела, густо пахнущего медью. Когда же наступила тишина, то она показалась какой-то неестественной. Словно барабанные перепонки не выдержали натиска и сломались, а не свето-музыкальное шоу закончилось.

— Жива? — спросил Сатоши и отступил.

— Жива, — тихо ответила Каори, робко приоткрывая глаза. Зрение всё ещё было при ней.

Сначала она увидела огромную дыру в окне. Диаметром, наверное, метра два. А затем проследила взглядом за плавным падением подпалённого пера. Роскошные крылья Сатоши осыпались на пол. Он снова менял форму, возвращаясь к человеческому облику.

Всё закончилось?

Каори выглянула из-за колонны, но обнаружила на полу лишь одно бездыханное тело наёмника. Его товарищи, видимо, сбежали.

Но почему они решили отступить? Какие-то ограничения во времени? Или поняли, что так легко им не справиться с оборотнем, за чьей головой пришли?

Она вернулась взглядом к Сатоши, стоящему рядом в одних трусах. Весь в крови и ссадинах, затягивающихся на глазах. Правда, его правое плечо обожгло магическим огнём, поэтому оно не регенерировало. Но в целом он выглядел прилично для той переделки, в которую они угодили.