Каори вдоволь насладилась видами мужчин, которые веселья ради мерялись силами, и решила покинуть эту чудесную компанию.

Хотелось пройтись, понежиться в лучах закатного солнца, но влажный и густой воздух не располагал к неторопливым прогулкам. Недавно наступил затяжной сезон дождей, накрыв поместье мутной пеленой, и теперь почти всегда на улице стояла липкая духота.

Особенно остро она ощущалась кожей после сквозняка.

Поэтому Каори откинула мысль о прогулках и направилась вдоль глухой стены здания тренировочного зала к внутреннему дворику, где расчёсанный гравий потемнел из-за непрекращающейся мороси, а мох на валунах налился глубоким тёмно-изумрудным цветом.

Под пасмурным свинцовым небом минималистичная красота каменного сада казалась ещё более суровой и графичной. Завораживающий вид. Но им можно наслаждаться из дома, в приятной прохладе осушающих воздух кондиционеров.

Каори только собиралась подняться на открытую террасу, доски пола у которой слегка подмочил дождь, забравшийся даже под козырёк, как услышала за спиной торопливые шаги.

Её кто-то схватил за талию и поволок за угол дома.

— Рэн, хватит на меня нападать, — произнесла она, выдавливая из себя возмущение, потому что внутри чувствовала лишь трепетное волнение и тихую радость. Впрочем, разумный страх тоже присутствовал где-то на задворках сознания и заставлял искать глазами камеры. — Нас рано или поздно…

Горячие губы накрыли её рот нетерпеливым поцелуем, не давая договорить.

Ладони Каори тут же легли на грудь Рэна, но не для того, чтобы оттолкнуть. Нет, ей уже давно не хотелось его останавливать. Её руки заскользили вверх, чтобы зарыться пальцами в немного влажные после тренировки волосы на затылке.

Она прижалась к нему, вдыхая тяжёлый мускусный аромат, ощущая твёрдость тела под плотной тканью кэйкоги.[44]

Каори понимала, что здесь нельзя этим заниматься, в любой момент может кто-то пройти мимо и увидеть их. Слишком опасное место. Время тоже неудачное. Но как же сложно сопротивляться этому безумию!

С каждой секундой голод отступал, поцелуй становился всё более нежным, тягучим и невесомым. Рэн как будто удовлетворил жажду и теперь маленькими глотками тянул удовольствие. Ладони же Каори сползли обратно на грудь, чтобы почувствовать стук его сердца. Физически дотронуться до радости от очередной кражи.

— Я сегодня ночью к тебе зайду, — прошептал он между поцелуями.

— Нет, — твёрдо ответила Каори и надавила ему на грудь, отодвигая от себя. — Пока не расскажешь, о чём говорил с Сатоши, я против.

Рэн шумно вздохнул и отступил ровно на шаг, продолжая держать в капкане из рук, упирающихся в стену на уровне её плеч.

— Каори, ты мне не доверяешь?

— А ты мне? Почему не хочешь рассказывать, что задумал?

— Я не хочу добавлять тебе поводов для волнения. Не так много вариантов, которые могут сработать с Сатоши, поэтому я выбрал один из самых эффективных.

— И опасных, полагаю, — добавила Каори, вглядываясь в глаза напротив.

— Возможно, — вздохнул он и отошёл ещё дальше, убрав преграду из рук. — Однако пока всё для нас хорошо складывается. Брат принял условия и, как видишь, к тебе окончательно перестал лезть. Мои интересы не пересекаются с его. Сатоши попросту не из-за чего усложнять нам жизнь. Поэтому просто доверься мне, я всё решу.

Каори стояла у окна и смотрела на то, как колонна чёрных седанов с тонированными стёклами исчезала в стене дождя. Почти тропический ливень обрушился на поместье — не лучшее время для поездок, но Рэн и Го были вынуждены покинуть безопасные и сухие стены, чтобы заняться срочными делами клана.

Из обрывочных объяснений Каори удалось понять, что Хару вёз какой-то важный груз. А информаторы Сатоши донесли о готовящейся засаде, чтобы перехватить этот груз. Поэтому Рэн и Го поехали встречать брата вместе с внушительной группой кобун.

На душе как-то неспокойно было. Всё ли пройдёт хорошо? Вдруг те, что приготовили засаду, превосходят по численности Карасу-гуми или у них есть какое-то серьёзное оружие? Что-то в этой ситуации было такое, что настораживало её журавлиное чутьё.

— Каори-сан, — донёсся со спины тихий голос, сливающийся с шумом дождя за окном.

Каори медленно повернулась и посмотрела на стоящего в дверном проёме Сатоши в тёмно-сером костюме.

— Сатоши-сама, — вежливо отозвалась она, тщательно контролируя тембр голоса. — Мне казалось, вы уехали вместе с братьями.

— Нет, решение таких вопросов не входит в мой круг задач. К тому же у меня есть что с вами обсудить. Вы же сейчас ничем не заняты?

— Что именно вы хотите обсудить?

— Финансовые нюансы альянса, а есть точнее — транши банка. Насколько я понял, вы достаточно глубоко осведомлены о делах вашего клана. — Он шагнул назад, освобождая проход, и указал рукой в чёрной перчатке куда-то вбок. — Пройдёмте ко мне в кабинет? Обсудим всё в спокойной обстановке.

Каори вежливо улыбнулась, а все мышцы в теле напряглись, словно перед броском. Она понимала, что это не приглашение, а приказ, и права выбора ей никто не давал.

— Конечно, Сатоши-сама.

Пока Каори шла по коридорам дома за пугающим мужчиной, разглядывая его спину, её не оставляло ощущение, что это именно за ней наблюдали. Вот бывало такое чувство, что спину жгло от чужого взгляда. Сейчас она буквально кожей ощущала пристальное внимание, точно у него на затылке притаилась пара невидимых глаз.

Они свернули в западное крыло и оказались перед массивной дверью без ручек.

Сатоши неторопливо снял перчатку и прижал ладонь к стене. Через секунду в том месте появился сканер, в двери щёлкнул замок, и она сама скрылась сбоку в стене.

— Прошу, Каори-сан. — Он встал перед проёмом и жестом предложил войти первой.

Её ожидания от его кабинета не воплотились в жизнь. Каори почему-то была уверена, что за дверью будет ждать классическая саларунская обстановка: кожаные кресла, дубовые столы, книжные стеллажи и камин. Но нет: вместо роскошного уюта их встретила просторная, но совершенно аскетичная келья.

На полу — отполированный бетон, перетекающий в такие же бетонные стены по бокам. А впереди единственное, но зато огромное панорамное окно, за которым всё ещё серело сплошное полотно дождя. Повсюду стояли какие-то технологические установки — шкафы с мигающими лампочками, из которых торчало множество проводов. И эти провода тянулись по потолку к столу, больше напоминающему гигантский пульт управления.

— Нам сюда, — вкрадчиво сказал Сатоши и коснулся её спины, подталкивая к дивану, стоящему в углу комнаты. Минималистичный. А сизый цвет дизайна мебели заставлял её сливаться с окружающей средой. Так сразу и не разглядишь, что в этой серой келье присутствовало вполне комфортное место для расслабления и ведения бесед. — Что вы будете пить?

— Просто воду, — скромно отозвалась Каори, присаживаясь на край дивана.

— Боитесь, что отравлю? — усмехнулся он, подхватывая кувшин с водой. — Как вам наше поместье, Каори-сан? Достаточно ли безопасно для такой хрупкой девушки?

— Я не привыкла смотреть на поместье с точки зрения безопасности. Меня растили в другой среде — в любви к красоте природы.

— Любовь к природе, конечно, прекрасна. Но, как показывает опыт вашей семьи, её недостаточно для выживания. Иначе ваш клан не находился бы в таком бедственном положении, чтобы пытаться заключить альянс с падальщиками. — Сатоши поставил перед ней стакан с водой, а перед собой — с какой-то светло-оранжевой жидкостью. Она чувствовала, что с ней пытались встретиться взглядами, но упорно смотрела на свой стакан. — Вы так не думаете, Каори-сан?

— Имеете в виду, если бы мой отец больше внимания уделял безопасности поместья, то половину нашей семьи не убили бы? — спокойно уточнила Каори. Всего за одну ночь четырёх членов её семьи безжалостно зарубили. Отец чудом выжил, и только женщин трогать не стали.