— Поверь, это овация в его исполнении, — смеётся она. — Значит, всё хорошо. В следующий раз справишься на кухне сама или ещё раз показать?

— Справлюсь, — говорю с улыбкой.

Мы пьём свой латте. И я второй раз за день чувствую, что-то похожее на радость. Всё не так уж и плохо, даже напряжение понемногу отступает. Но тут надо отдать должное Вере. Если бы не она, то вероятнее всего, что я бы волосы рвала на себе в истерике. Надо будет её отблагодарить хотя бы шоколадкой.

Ближе к шести рабочий телефон оживает, и администратор сообщает, что приехали из транспортной. Сразу же подскакиваю, распахиваю дверь и стою у входа, глядя на лифт. Спустя пару минут, двери разъезжаются в стороны и появляются двое мужчин в синей форме, которые тащат огромную картонную коробку.

— Добрый день. Из доставки. Куда ставить?

Сердце радостно разгоняется. Успели. Олег будет доволен.

— Идите за мной, — говорю, направляясь к кабинету босса. Стучу пару раз и после разрешения, заглядываю. — Олег Сергеевич, стол привезли.

Он отрывает взгляд от монитора с лёгким удивлением.

— Сборка сегодня?

Киваю.

— Пусть проходят.

Отхожу в сторону, указывая мужчинам, куда ставить коробку. Пока они возятся, Осипов закрывает крышку ноутбука и направляется ко мне.

— Как ты это сделала? Я неделю не мог добиться от них ничего.

Пожимаю плечами, стараясь выглядеть скромнее.

— Я просто умею быть настойчивой, Олег Сергеевич.

Он смотрит на меня несколько секунд, потом хмыкает. Звук глухой, но в нём читается не раздражение, а что-то вроде… уважения и заинтересованности? Да ладно?!

— Хорошо. Это радует. Значит, тебе можно доверить и более серьёзные задачи.

Сказать, что я ликую внутри себя — это ничего не сказать. Да там ураган счастья. Но на лице — только сдержанная улыбка. Деловая, само собой.

— Я готова.

— Завтра в десять у меня совещание с “Агро-Саппорт”. Твоя задача — подготовить зал для совещаний на десять человек. С утра должны принести документы и юридического отдела. Теб надо будет разобрать всё по организациям и датам. И те, что относятся к “Агро-Саппорт” положить ближе к моему ноутбуку, чтобы я успел их прочесть перед совещанием. Ясно? А если сделаешь краткие выдержки, то будешь просто умничкой.

Последнее слово вылетает из него, явно против воли, потому что он тут же хмурится и откашливается в кулак.

— Понятно. Выдержки будут.

Осипов поворачивается, чтобы выйти из кабинета, но замирает и переводит внимание на меня.

— И, Любовь Аркадьевна…

— Да?

— Если вы что-нибудь перепутаете или допустите ошибку, то будете уволены.

— Хорошо, — говорю ровно. — Я не допущу ошибок.

Он выходит из кабинета, и я тут же прижимаю руку к груди. Сердце… ещё немного и выскочило бы наружу. Вот это нервотрёпка. Весь мой план с покорением Эвереста может разбиться о какую-нибудь перепутанную папку или неверную дату.

Люба

Утро начинается с того, что я пять минут тупо смотрю в потолок, пытаясь заставить тело, двигаться. Спала часа три, от силы. Всю ночь мозг прокручивал один и тот же кошмар: я всё делаю не так, косячу по тупому, и Олег меня увольняет. Позорище и полное поражение. Битва за его сердце проиграна.

Встаю. Включаю в комнате свет и нехотя плетусь к зеркалу. Бо-же мой! Что это за бледное, помятое существо с фиолетовыми тенями под глазами? Бабайка подкроватная, не иначе. Но нет — это я.

Душ помогает ровно на пять процентов. База под макияж и тональный крем — ещё на десять. Но всё равно выгляжу так, словно я всю ночь разгружала вагоны с картошкой. Надеваю строгий офисный сарафан. Ещё раз смотрю на себя в зеркало и беру чёрную подводку для глаз, вывожу аккуратные стрелки и наношу два слоя туши на ресницы. Окей. Всё не так печально. Чуть румян. И красная помада.

Выхожу из дома в шесть тридцать. Да, я тревожная женщина, которая решила заявиться в офис не к восьми, а к семи утра. Еду в такси, глядя в окно, но ничего не вижу, так… какие-то огни, силуэты… В голове полная каша из папок, дат и документов.

Только не перепутай ничего... Только не перепутай ничего... Только...

— Вот же дерьмо, — бормочу себе под нос и достаю из сумочки телефон.

Я: Подруженька, спасай. Я на грани. Сегодня у моего будущего мужа важное совещание. И он поручил всё подготовить, ну а я… Не знаю, какую-то паничку ловлю. Толком и не спала сегодня, из-за чего боюсь ещё больше, что могу напортачить. Осипов сказал, что за любой косяк — увольнение. Он ведь не шутит?

Ответ прилетает почти мгновенно.

Маринэ: Дыши моя роднуля. Он не шутит. Реально уволит. Где ты?

Я: Еду в офис. Только не стебись, что так рано.

Маринэ: Писос. Ладно, сейчас шары прополощу, оденусь и рвану к тебе. Без паники. Окей?

Я: Постараюсь.

Маринэ: Олежа твой, раньше девяти не заявится. Всё успеем.

Я: Ты мой ангел-хранитель.

Приезжаю в офис в семь десять. Холл пустой. Охранник смотрит на меня сонным взглядом с лёгким недоумением.

— Доброе утро, — лепечу с улыбкой по пути к лифтам.

— Доброе… — долетает в спину.

Поднимаюсь на одиннадцатый этаж. Коридор тонет в полутьме и тишине. И по правде говоря, становится чуть легче. Сейчас приедет Марина, и мы вдвоём всё успеем. Так ведь?

Прохожу в приёмную, снимаю верхнюю одежду, убираю её в гардероб, а потом осматриваюсь и в этот момент слышу, как открываются двери лифта, и вздрагиваю. Но к счастью, через несколько секунд появляется Марина.

— Ну ты как? — спрашивает, толкая мне в руки стаканчик с кофе. — Давно приехала?

— Минут пять назад. И я в шоке, что ты так быстро тут появилась.

— Всего лишь не мыла голову, а сделала хвост. Не красилась как на праздник, а обошлась тушью и блеском. И… не завтракала. А ещё, если ты помнишь, мне ехать до офиса пять минут.

— Ты святая женщина, — хриплю на грани слёз. Делаю первый обжигающий глоток и шумно выдыхаю.

— Ага.

Марина скидывает с себя пальто, убирает его в гардероб и закатывает рукава своей водолазки до локтей. После чего упирает руки в бока.

— Ну-с, я так и знала, и предупреждала, — хмыкает она. — Охмурить Осипова… почти нереально. Но ты ведь сама загорелась. Так? Так, — кивает. — Ладно, рассказывай, что будем делать.

Сначала мы спускаемся на этаж ниже. Готовим зал для совещаний.

— Идеально, — выдыхает Марина. — Осталось только копии доков каждому положить. Но это потом.

— Да, — киваю, глядя на экран телефона, чтобы проверить время. — Юристы уже должны были принести все бумаги. Идём.

Поднимаемся. На этаже уже горит свет. А в приёмной на уголке стола лежит высокая стопка документов.

— Ох, ты ж, нихрена себе, — тихо произносит подруга, глядя на эту гору. — Осипов прикалывается? Ну в смысле, реально считает, что к десяти это реально разобрать? Вот же псих.

— Сама в шоке, — стою, сжимая руки в кулаки от злости. Он ведь знал? Знал, что перелопатить одной это не под силу! Снова проверочка? Ну и скотина же!

И тут меня осеняет. Вера! Она же такая добрая, понимающая… опытная.

— Маришка, жди, я за подмогой! — выпаливаю и срываюсь с места.

А через пару минут уже затаскиваю Веру в приёмную и коротко объясняю ситуацию, отчего её лицо вытягивается.

— Олег Сергеевич жесткует, конечно. Но, опять же, это очень на него похоже. Любит он такие проверки на прочность, — хлопает меня по плечу. — Не парься. Мы не дадим тебя уволить. Потому что я не хочу снова разрываться на два кабинета, — выдаёт со смешком. — Секунду, девочки, я Антону напишу и узнаю планы. Он-то стопроцентно в курсе.

Она отходит в сторону, быстро печатает сообщение. А через минуту её телефон вибрирует.

— Отлично. Босс и мини Босс приедут ближе к десяти, так что, у нас вагон времени.

И начинается операция по спасению моей задницы от увольнения. Разбираем бумаги по разным стопкам. Марина сортирует компанию “Лига-Процесс”, Вера — “АПИ-Экспресс”. Я полностью сосредотачиваю внимание на “Агро-Саппорт”. Вычленяю всё важное и делаю краткие выписки на стикерах: “Двадцатое сентября — первый сбой”, “Двадцать пятое — падает реклама”...