На трассе Симферополь — Севастополь одинокий сотрудник ГАИ дежурил в окружении десятка добровольцев из отрядов самообороны.

— Ждем, когда из Киева к нам поедут бандеровцы наводить свои порядки, — пояснил один из них. — Готовы дать отпор и защитить наших милиционеров.

— Еще готовы не пустить в город чиновников, назначенных нелегитимной киевской властью, — вмешался в разговор другой.

С восьми утра у севастопольской горадминистрации начали собираться люди. Они ждали начала чрезвычайного заседания Верховного совета Крыма в Симферополе и обсуждали новость о том, что новый глава МВД Украины Арсен Аваков приказал распустить спецподразделение «Беркут».

На свое новое рабочее место приехал Алексей Чалый, утвержденный на народном сходе 23 февраля мэром города. Собравшимся он объявил, что севастопольский «Беркут» вернулся из Киева, но расформировывать его не станут. «Деньги на зарплаты есть», — сообщил он, и толпа встретила слова овацией.

Мэр в окружении охранников из активистов самообороны ушел в здание, а на площади Нахимова начался стихийный митинг.

— Мы не янки, мы славяне, наши братья — россияне, — скандировали люди.

— Мы как крейсер «Варяг», который вышел в море, чтобы дать последний бой! — кричал пожилой мужчина.

— Нет, «Варяг» шел на гибель, а мы «Аврора», подающая тревожные сигналы, — спорила с ним пенсионерка.

На площадь приехал депутат российской Думы Алексей Журавлев, которого собравшимся представили почему-то как помощника Владимира Путина по безопасности.

— Ни одна европейская страна не вкладывала столько в развитие Украины, как Россия, — заявил Журавлев на митинге. — Российский народ готов всячески помогать Крыму и севастопольцам в борьбе с бандеровскими бандами.

Правда, когда его попросили уточнить, как именно Россия готова помочь Севастополю, депутат сообщил, что горожане вполне сами могут себя защитить и поддержка со стороны Москвы может быть разве что гуманитарной. После чего взял охапку гвоздик и ушел возлагать их к памятнику защитникам города.

На площади в этот момент набирали добровольцев, готовых ехать в Симферополь «отстаивать интересы Крыма».

— Автобусы ждут мужчин! — кричал в мегафон мужчина в казачьей форме, уговаривая сомневающихся. — Съездите, помитингуете, а к вечеру вернетесь героями.

В итоге с площади Нахимова в Симферополь уехали три автобуса с добровольцами.

Неожиданно по толпе пробежал слух, будто к общежитию «Беркута» возле городского рынка стягиваются милиционеры, чтобы разоружить и задержать спецназовцев. Несколько десятков человек бросились на помощь. У общежития, впрочем, выяснилось, что задерживать никто никого не собирается.

— К нам приезжал глава ГУВД, сообщил о новостях из Киева, но что с нами будет дальше, никто толком не понимает, — рассказал вышедший навстречу людям офицер «Беркута». По его словам, в результате столкновений в столице пострадали восемь бойцов из Севастополя, большинство вернулось домой и проходит здесь лечение, в Киеве остался лишь один сотрудник, получивший огнестрельное ранение в грудь и не подлежащий пока перевозке.

— А вот в Симферополе на днях четверых бойцов похоронили, — сообщил стоявший рядом казак.

— В других областях наших коллег ставили на колени, унижали. Только здесь нас защищают, — поблагодарил собравшихся офицер «Беркута» и удалился.

Люди успокоились и принялись обсуждать свое будущее.

— Когда в Киеве заварилась эта каша, нам, в общем, было все равно, — признался один мужчина. — К оранжевым здесь доверия нет, но и донецкие всех допекли. Любая власть всегда брала десятину, но при этих откаты по 50 % стали. Сейчас люди просто растеряны и боятся, что в город приедут провокаторы устанавливать свои порядки.

— Хорошо было бы, если б нас и весь юго-восток к себе Россия забрала, — стала рассуждать одна из женщин. Но тут в разговор вмешалась депутат горсовета Нина Прудникова:

— От вас журналисты таких слов и ждут, чтобы показать потом, какие мы экстремисты. Оставили бы нас в покое — и люди бы не волновались. Раскола страны никто на самом деле не хочет.

Тем не менее Симферополь вчера едва не раскололся по национальному признаку. У стен Верховного совета проходили сразу два митинга, которые приобрели очертания позиционной войны. В отличие от Севастополя, где противостояние развернулось между сторонниками и противниками Майдана, столица Крыма оказалась втянута в тройственную борьбу: к ней подключились еще и представители живущей на полуострове многочисленной (260 тыс.) татарской общины.

Крымские татары выступили с позиций, близких Майдану. Их лидеры категорически против любых разговоров о воссоединении Крыма с Россией, а акция во главе с председателем Меджлиса крымско-татарского народа Рефатом Чубаровым прошла под лозунгом «За единство Украины». В Меджлисе заявили, что на митинге крымских татар собрались 30 тыс. человек. Они выступили против проведения внеочередной сессии Верховного совета, на которой, по слухам, должен был решаться вопрос о статусе Крыма. Глава Верховного совета Владимир Константинов слухи опроверг, однако этим сторонников новых киевских властей не успокоил. Традиционные лозунги Майдана «Банду геть!» и «Слава Украине!» доносились из толпы вперемежку с «Аллах Акбар!» «Россия! Россия!» — скандировали рядом участники второго митинга.

Столкновений между представителями двух лагерей избежать не удалось. Сначала дрались российскими и украинскими флагами, потом в ход пошли ножи.

Страсти стали стихать, когда объявили: заседание Верховного совета отменено — из-за отсутствия кворума.

Вчера киевский друг рассказывал конспирологическую версию, будто Владимир Путин намерен прибавить к России «рог» от Донецка до Одессы и вплоть до Приднестровья.

Я скептически качал головой и не верил, что такое возможно.

Теперь сначала буза в восточных регионах и российские флаги в Донецке, Харькове, Николаеве и далее по карте. А теперь еще и обращение к Совету Федерации с просьбой разрешить применение армии по всей Украине, а не только в Крыму.

Кажется, это называется войной.

Пока война не началась, а московские политологи продолжают бряцать оружием, расскажу историю.

Номеров в симферопольских гостиницах давно, естественно, нет, так что коллега Илья Азар снял натуральную мазунку в частном секторе, больше подходящую партизанам, чем журналистам. Сюда мы веселой компанией и заселились.

Сейчас, впрочем, выяснилось, что домик непростой. Стучат в дверь, Азар орет с дивана, что, мол, открыто, я плетусь отпирать. На крыльце стоит опрятный мужичок лет 40.

— У вас тут девушки раньше работали… — повисает пауза.

— Какие еще девушки? — удивляюсь я.

— Хороооошие, — улыбается мужик.

Но сегодня ему не повезло.

Голосование в Совете Федерации по обращению президента Владимира Путина застало меня в поезде из Киева через восточные области страны в Крым. Сразу после единогласного одобрения сенаторами возможности использования армии украинские СМИ принялись сообщать о том, что российские военные замечены уже не только в Крыму, но и чуть ли не в Запорожской области. В Запорожье в поезд села местная жительница Ольга с двухлетним сыном, направлявшаяся на отдых под Севастополь.

— В городе все спокойны и больше боятся появления активистов «Правого сектора» из западных областей, чем российских войск с востока, — рассказала она. — Войска в конце концов постоят и уйдут и своих порядков наводить не станут.

Впрочем, по словам женщины, в военном вмешательстве особой потребности нет:

— Покажите мне в Запорожье хоть одного человека, которому бы что-то угрожало или запрещали говорить на русском. Люди просто хотят, чтобы их оставили в покое и позволили спокойно работать.