Час был еще ранним для этого заведения, поэтому в основном зале было всего несколько человек. Они сидели за своим местами и цедили из кружек пиво. На меня глянули красными, в похмельных прожилках глазами, измерили, взвесили, посчитали неинтересным и вернулись к своему пиву. Что ж, здесь наверняка тёрся вполне себе заурядный люд, не боящийся задерживаться на улице после наступления ночи. Серьёзные ребята сразу шли наверх. За одним из столов уже начали игра в кости, пошли нарастающие азартные выкрики. К играющим спешила наряженная в довольно фривольное лёгкое платье разбитная деваха. Она так отчаянно виляла бёдрами, что чуть не задевала соседние столы. Из глубокого декольте, казалось, были готовы вот-вот выскочить полушария пышной груди. Чернявая красотка кокетливо подмигнула мне, замершему на пороге, и пуще прежнего заколыхала задом. Однако. Что ж, кажется, меня ожидает, по меньшей мере, любопытный вечер. На сегодня я и не строил чрезмерно грандиозных планов. Осесть, примелькаться, прислушаться. Всё. Развлекаюсь. А вот уже завтра и поглядим, каков станет план дальнейших действий…

Я неторопливо прошелся к дальнему от входа столу, самому маленькому из свободных. Уселся на жёсткий табурет и откинулся спиной на кирпичную стену. Таким образом я держал входную дверь и почти весь зал в поле зрения. Поправил перевязь с мечом, выкатил на стол серебряную монету и стал дожидаться свободную подавальщицу. Хомякообразный мужик ещё некоторое время сверлил меня из-за стойки настороженным взглядом, но вскоре потерял ко мне интерес, здраво рассудив, что раз меня сюда вообще пропустили, значит, не совсем я пропащий.

— Что желаешь, красавчик? — ко мне подкатила еще одна молодуха, игриво подергивая плечиками в такт наигрывавшему местным рок-трио мотивчику. — Вечер только начинается. И да сначала нужно что-нибудь выпить.

— Таковы правила? — широко улыбаясь, спросил я.

— Они самые, красавчик. Что пьешь?

— А что я могу получить за эту монетку? — я внимательно посмотрел на подавальщицу. Монетка тут же исчезла в ее ловких пальцах.

Деваха была невысокой, довольно привлекательной, с перевязанными алой лентой густыми, пшеничного цвета волосами и в таком же лёгком и открытом платье. Грудь у неё была поменьше, чем у обслуживающей игроков в кости молодки, уже хрипло хохотавшей над скабрезными шутками, но тылы ничем не уступали.

— Кувшин пива и миску жареных колбасок, — она чуть смешливо улыбнулась и подмигнула. — Если хочешь чего-то больше, придётся доплачивать сверх того… А так, посидеть скоротать вечерок вполне хватит, парень. Думаю, тебе у нас понравится.

Я же в этом даже не сомневался и снова разошёлся в дурашливой ухмылке, наглядно пожирая глазами ее высокую грудь. Уже оборачиваясь, чтоб унестись к барной стойке за моим заказом, деваха негромко обронила:

— Ты на первый раз сильно не чуди тут… Ежели спьяну дурным становишься, так лучше сразу уходи, понял? Народ здесь особый. С понятиями.

Не дождавшись ответа, упорхнула, зазывающе покачивая крутыми бёдрами. Я усмехнулся. Похоже, я произвожу вполне себе благопристойное впечатление. Мне даже стараются помочь по мере сил и возможностей. Какие здесь, однако, добрые и отзывчивые личности обитают! Лепота!

Пока ожидал выпивку с закуской, неспешно осмотрелся ещё раз. Особое внимание уделил окнам, как возможным путям отступления. На крайний случай я прошибу их как пушечное ядро. Эти жалкие доски меня не задержат. На перила выходящей в нижний зал галереи облокотилась парочка разодетых в пышные платья фигуристых дамочек. Они словно хищницы разглядывали наполняющих зал посетителей. Скрипнула входная дверь, пропуская внутрь еще нескольких громко болтающих клиентов. Судя по их уверенному виду, не впервой здесь. Усевшись за барную стойку, они затребовали эля. Пока что, как я уже подметил, трактир постепенно наполнялся обычным планктоном со дна нижнего города. Никого серьезного. Не исключено, что кое кто из тех, кто действительно мог меня заинтересовать, уже находятся наверху. Но туда пока никак не пробраться. Ладно, спешить не буду. Не к чему форсировать события. Обживаемся.

— Держи, красавчик, — на стол опустился поднос с тарелкой остро пахнущей, шкварчащей ещё от жара сковородки колбасы, порезанной кольцами, кувшином пива с деревянной большой кружкой. — Если что ещё захочешь, позови. Меня Анжеликой звать, ежели что. Но ты и сам то, того… Смотри в оба.

— А девки голые плясать нынче будут? — наливая в кружку пиво, развязано поинтересовался я.

Хрипло рассмеявшись, деваха тряхнула волосами и лукаво улыбнулась:

— Будут, будут. Но ты сильно руки-то не распущай… А если совсем уж невмоготу будет, столкуемся.

И после столь недвусмысленного намека снова удалилась, спеша к следующему столу, из-за которого уже отчаянно махали руками. Я осторожно отпил пива. Необходимо продолжать игру. Возможно, за мной по-первах будут наблюдать, желая убедиться, что я именно тот, кем и кажусь, лопух лопухом. Здоровый и недалёкий. Потому хлебать это пойло придётся. Благо, организм Часового способен пережечь ещё и не такую бодягу.

На вкус пиво оказалось той еще кислой мочой, а поджаренную колбасу не иначе как сготовили из давно исдохшего гоблина. Но приходилось пить, жевать и с праздным любопытством крутить головой по сторонам. Просторный зал меж тем с каждой минутой все больше наполнялся людьми. Скоро уже половина столов оказались заняты. Гулу и шуму значительно прибавилось. Как и работы разносчицам выпивки. Вскоре к уже знакомым мне девахам присоединилась ещё одна, такая же разбитая и живенькая. Словно почувствовав прилив вдохновения, музыканты без устали шпарили раздухаристые мелодии. Парочка подвыпивших дармоедов в порыве пьяного отчаяния заскочили на сцену и начали выделывать залихватские коленца. Их начинание встретили дружным хохотом. К ним присоединилась одна из официанток, зажигательно тряся полуобнажённой грудью, и ловко отплясывая вокруг мужиков. Веселье нарастало.

Но для меня пока не происходило ничего интересного. Иногда я косился на ведущую на второй этаж лесенку. Её по-прежнему охраняли два мордоворота. Наверх они пропустили только двух озабоченного вида мужичков, которые что-то им объясняли, указывая пальцами на галерею и демонстрируя деньги. Наблюдавшие сверху куртизанки встретили их довольными улыбочками и уволокли в свои апартаменты. Из так называемых лихих людей на второй этаж пока никто не взошёл.

По моим внутренним часам уже наступил десятый час позднего вечера. Фактически ночь, от кирпичных неоштукатуренных стен явственно потянуло холодом. К полыхающему камину пару раз подходил какой-то замызганный раздолбай и подкидывал толстые берёзовые чурки. На меня он смотрел с изрядным сомнением. Я сделал вид, что даже не заметил его, как и засунутого в ножны при поясе очень недурного на вид кинжала, явно не вязавшегося с обликом этого человека.

В мои планы входило потереться здесь еще пару-другую часиков, хотя бы до двух пополуночи, заказать за это время ещё выпивки, построить глазки официанткам и уйти. На первый раз было вполне достаточно. Главное, не привлекать ничьего особого внимания и надеяться, что сюда не заявится кто-то из тех, кто способен меня узнать. Например один из служивших в Цитадели Корпуса Тринадцатой Стражи.

Ещё через час глазки начали строить мне. За это время зал почти полностью набился, а из пришедших в «Ведьмино семя» людей двое прошли сразу к лестнице и, по-свойски кивнув громилам, молча и неспеша поднялись на верх. Пропустили их, ничего не спрашивая. Две фигуры, закутанные в длиннополые плащи, со шляпами на головах. Вроде неприметные мужики. Но под одеждой определённо оттопыривались ножны с короткими мечами, а у одного из них за ремнём было заткнуто сразу два пистоля. Ага, вот и одни из серьёзных людей городского дна пожаловали. Я скользнул по их спинам совершенно равнодушным взглядом и заказал еще пива.

Принесла его все та же Анжелика. Устало вздохнув, она уселась рядом со мной на второй табурет и так же откинулась на спинку. Ещё раз вздохнула, отчего полукружия ее тугих грудей очень соблазняюще приподнялись.