взрыва все мои фениксы были живы, здоровы и в офигевшие, что так вообще можно было.

— Гавриил! — рявкнула я. — Веди к следующей точке. Все летят за мной, иначе заставлю силой.

Никто не посмел кудахтать против меня. Отец держался с правой стороны от меня, Эммет с

левой стороны, и мы летели птичьим клином. Я в воздухе перешла в огненную птицу, и остальные

последовали за мной. Было достаточно моей мысленной команды, и они следовали за мной. На

открытый портал мы обрушились огненным градом, и залпы тёмных не смогли причинить нам вреда.

А, ударившись о землю, мы все взорвались и уничтожили тёмных и их портал.

Когда все очнулись, сказала:

— Ну вот, больно, но все живы и целы. Даже вещи почти все сохранили. Поверьте, лучше

добровольно взорваться, чем когда вас предали те, кому вы доверяете, и вас «убили».

Все слушали меня молча и ошарашено.

— Это было мое третье сожжение.

— Мои сожжения перевалили за сотню, и это никогда не будет приятно.

После этого высказывания на меня смотрели с немым восторгом. Габриэль рискнул приземлитьься

рядом с нами:

— Из известных точек тумана эта была последняя. Я отдал приказ проверить земли в нашем

государстве и намекнул соседям, что если есть такие «точки», есть кому их убрать. Завтра

будет результат, но остаются озёра смерти.

Я посмотрела на соплеменников.

— Летим домой. Нам всем нужно отдохнуть и хорошо покушать. Эммет, как живёт поселение?

— Не бедствуем.

— С этими возгораниями мы будем есть как не в себя.Бывший староста напрягся.

— Понял намек, — сказал дракон. — Что предпочтительней?

— Мясо, злаки, овощи, молочка. То, что будет сытным и питательным.

— Эли, дочка, ты помнишь, что ты мужу обещала?

Посмотрела на небо, солнце клонилось к закату.

— Пап, ты можешь сходить за Антошкой и привести его сюда? Я буду у Эммета дома его ждать.

Заодно посмотрю, как далеко друг от друга озёра будущие, и кого я туда потащу. Одна я это

делать точно не буду, слишком это затратно, а «молодняк» нужно тренировать, переходить из

одной формы в другую. И заодно выжигать гадость до того, как она рот откроет.

— Метко подмечено, — сказал староста. — То-то ты не стала тёмного слушать.

— Было бы кого слушать. Или вы давно про себя гадостей не слышали?

Отец сразу улетел в небо и в нём открыл портал. А мы вернулись в поселение. Габриэль принёс

свою карту с расположением озёр смерти. А пока его не было, все, кто летал со мной, делились

впечатлениями, что они пережили и что им удалось сделать. Некоторые матери хотели меня

побить. Но, наткнувшись на мой тяжёлый взгляд, едва не упали на колени.

— Давайте развею часть заблуждений, — хорошо, что в дом пока заходить не стали и были возле

него. — Феникс может перерождаться столько раз, сколько необходимо. Не всегда при этом он

сможет остаться в одном мире, потому что не стоит сбрасывать со счетов волю Высших Сил. Знаю

на собственной шкуре, что это. Я до недавнего времени перерождалась чаще всего в новом мире.

Изредка мне позволяли остаться в том же, для мести.

— Мести? — спросил кто-то заикаясь.

— Да, для мести. Было пару раз, когда моего супруга и детей, и меня убили. Они не были

фениксами, и для них это окончательная смерть и перерождение в другом теле без памяти о том,

что пережили. В такие моменты меня переносили просто в другое место, не там, где взорвалась.

И я возвращалась и мстила. Оба раза существа решили, что феникс привёл порождение тьмы в их

мир, потому его, то есть меня, нужно убить. Доказала им, что они идиоты и не правы. Убрала

все разрывы и покарала виновных в гибели моей семьи.

— Зачем нам сейчас сгорать? Ради чего? — спросила одна из женщин, на вид зажиточная.

— А вы в этом мире жить не собираетесь?

Она стушевалась.

— Если нет, валите из этого мира и начинайте всё с нуля.

— С чего бы это? Меня и тут всё устраивает.

— Да? И тебя устроит, чтобы мир захватили тёмные и вырезали под ноль всё население? Тебя

они будут долго пытать в своих казематах, чтобы побольше получить вкусной энергии. А когда

от тебя останется пустая оболочка, тебя выкинут в озеро тлена, и ты в нём в муках

растворишься. Ну что, этой судьбы ты себе хочешь?

— Нет, — ответила бледная женщина.

— Кто-то из вас хочет себе этой судьбы или своим близким?

— Нет, — был мне ответ в разнобой.

— Значит, за ближайшие несколько дней мы с вами выжигаем озёра смерти. Вы при этом учитесь

переходить в огненное состояние и удерживать его. Если обнаружите чёрный туман, разрыв

пространства и тёмных рядом — взрывайтесь немедленно. Это спасёт вас от рабства и пыток. Ваш

огонь их уничтожит и спасёт вас. Поняли меня?

— Да! — прозвучало уже более слаженно.

— Но он же не феникс, — услышала я тихое и резко обернулась.

Отец вернулся с Антоном. У мужа в руках был торт, который мы купили с отцом.

— Решил тебе понадобиться.

— Спасибо, любимый. А вы отдыхайте, пока есть возможность.

Мужа обняла двумя руками и поцеловала. Зашли в дом старосты. Немного отвыкла от таких

деревенских домов. Большая общая комната и она же кухня. Но кухня не такая, как в деревнях

безмагического мира. Печка тут вполне компактная, на артефактах. Жена у Эммета, Сара, была

тихой женщиной, на меня боялась лишний раз глаза поднять. Когда пили чай с тортом, она

сказала мне тихо:

— Спасибо, что оставили его в живых.

Я едва не подавилась чаем.

— Я, может, и мстительная птичка, но стараюсь перевоспитывать, если есть такая возможность.

Антон, тебе лучше будет вернуться домой.

— Это я и так понял, — улыбнулся муж. — Я поговорю с Кевином, и если что, прилечу, передам

весточку. И ты тут не задерживайся, скучать буду сильно.

— Прилетишь? — удивились Эммет с женой в один голос. — Кто ты?

Муж отошёл в сторону и проявил крылья.

— Есть только крылья и всё. В птицу, как вы, не превращаюсь.

Когда провожала мужа, спросила:

— Портал сможешь сам открыть?

— Сможет, — сказал мой отец. — Я ему объяснил, как.

Кивнула с благодарностью. Перед прощанием крепко обняла мужа.

— Люблю тебя, будь осторожен.

— Ты тоже, птичка моя.

Мы поцеловались на прощание, и он ушёл порталом.

— Пап, а фениксы рождаются только от фениксов?

— Нет. Но дети превращаются и обретают огонь не с рождения.Он заметил, как больно

мне стало, и крепко обнял меня.

— Сколько им было?

— Всегда десять лет и меньше … Но один раз двое сыновей выросли в взрослых мужчин и не

обрели огонь.

— Такое тоже бывает, видимо, в отца пошли.

Кивнула, соглашаясь с отцом. Вернувшись в дом бывшего старосты, ещё раз посмотрела на

расположение озёр. Генерал драконов не оставлял нас, и пока пили чай, сидел молча, старался

казаться незамеченным.

— Проводила? — кивнула ему. — Я выделил три озера, самых больших. Но они дальше всего от

вашего поселения.

— Утром полетим, — сказала тихо. — Сейчас всем нужно отдохнуть.

Посмотрев на Сару, что тихо сидела в углу, сказала:

— Нужно будет, чтобы каждый собрал с собой еды. К сожалению, я взрослела не здесь и не

знаю, на сколько мои сородичи обучены магии.

Сара не знала, что ответить, с улицы зашёл её муж.

— Скажи, Эммет, на сколько вы изучили магию? Что могут делать мои сородичи?

— Ты скажи, что хочешь, а я скажу, умеют ли или нет.

— Как минимум подпространственный карман сделать и сложить в него еды, воды и одежды с

собой. Такой карман, что при превращении и взрыве не пострадает, как и его содержимое.

Мужчина честно почесал макушку, перевёл взгляд на дракона. Он тоже был задумчивым.

— Я умею, но это сложно.

— Издеваетесь? — спросила у них.

— Родная, оно им было не нужно, вот и не практиковали, — примирительно сказал отец. — Это