- Держись, малыш, - пробормотал он, корректируя прицел и делая вторую линию тоже буквой Т. - Еще одна. - Третья линия тоже стала его инициалом, и ему пришлось поправить свой член, сделав при этом сильный взмах. - Прекрасно, - сказал он, подойдя поближе, чтобы проверить, как дела у Ноя.

      - Молодец! Повезло ему, что тебя зовут не Морис, - поддразнил Жан-Пьер, смеясь.

      Глаза Ноя были закрыты, тело немного напряжено, и он дышал, несмотря на жжение. Потребовалось всего несколько глубоких вдохов, чтобы его плечи расслабились, и через мгновение кулаки разжались.

      Челюсть Ноя двигалась так, словно он хотел заговорить. Для него было несвойственно молчать во время сессии, он любил говорить, и Тобиас при других обстоятельствах хотел бы его услышать. Вместо того чтобы говорить, Ной застонал, когда Тобиас приблизился, тихо и мягко, звук, предназначенный только для его ушей.

      - Все в порядке, малыш? - тихо спросил он. - Ты выглядишь потрясающе.

      Ной кивнул и снова поправил свою позу. Он отодвинулся от столба на несколько сантиметров, как раз достаточно, чтобы дотянуться до плеча Тобиаса. Он поцеловал его, улыбнулся, глядя в пол, а затем повернулся лицом к Мишелю.

      Позади него Тобиас услышал щелчок хлыста Жан-Пьера. Тот проверял, как его рука отходит от мальчика.

      - Продолжим? - спросил он, ухмыляясь Тобиасу. - Твой мальчик теперь разогрет, да?

      - Обожжен по краям, - сказал Тобиас. Он подошел и встал рядом с Грегори, одним глазом следя за членом Ноя, другим - за кнутом Жан-Пьера. Увидев, как Ной немного набух, когда Жан-Пьер снова щелкнул кнутом, он улыбнулся. - Готов, когда будешь готов, друг.

      - Ты звучишь очень уверенно, - прошептал Грегори ему на ухо. - Надеюсь, ты хорошо тренировался.

      - Я учился у лучших, и у меня есть человек, который недавно уделил время, чтобы убедиться, что я освежил свои знания. Когда я надел ошейник на Ноя, я использовал его для прекрасного выступления - уверен, что сегодня вечером я смогу сделать это так же хорошо.

      Грегори пожал плечами.

      - В любом случае, нам будет интересно посмотреть, как ты попытаешься.

      Жан-Пьер повернулся к своему мальчику. Он что-то рявкнул по-французски в качестве предупреждения Мишелю, а затем дважды ударил кнутом, ужалив мальчика по одному разу в каждое плечо.

      Мишель закричал, и у него подкосились колени, так что он повис на запястьях. Жан-Пьер уже двинулся с места и подхватил мальчика за бедра, помогая ему снова встать. Он тихо говорил с Мишелем, пока тот не смог стоять самостоятельно, а затем ушел, оставив его рыдать.

      - Ты хороший мальчик, - произнес Жан-Пьер Мишелю, достаточно громко, чтобы все услышали, об искуплении. - Ты храбро принял наказание, и все кончено, мой дорогой. Еще несколько ударов будут наградой, да?

      Мишель казался безутешным, рыдал и всхлипывал, прислонившись к столбу. Ной импульсивно потянулся вперед и поцеловал мальчика в щеку. Это вызвало неуверенную улыбку, и Мишель, казалось, немного успокоился.

      Тобиас подошел к Жан-Пьеру и забрал у него кнут.

      - Мишель - хороший мальчик, - сказал он с улыбкой. - Надеюсь, он получит хорошую награду.

      Жан-Пьер улыбнулся Тобиасу и поправил свою эрекцию.

      - Получит.

      Тобиас усмехнулся.

      - И счастливчик.

      Он немного сильнее свернул кнут и переместился на открытое место, затем резко вытащил его. Снова свернув, он отметил его вес и внес необходимые корректировки в свой удар; второй удар был лучше первого. Он кивнул себе и вернулся к Ною, снова смотав кнут.

      - Два, малыш. Прими их для меня.

      Тобиас ждал, зная ритуал Ноя. Его мальчик снова проверил свои ноги, глубоко вздохнул и медленно выдохнул, а затем кивнул. Жан-Пьер, как знал Тобиас, наблюдал за ним критически.

      - Хороший мальчик. - Тобиас не обещал награды - Ной прекрасно знал, что о нем позаботятся. Еще раз похлопав Ноя по пятнистой заднице, Тобиас отступил назад.

      В зале стало тише, чем несколько мгновений назад, и Тобиас на мгновение встретился взглядом с Грегори, а затем с Жан-Пьером. Оба пристально смотрели на него, их тела были неподвижны. Резко вдохнув, Тобиас дал волю своим чувствам, кнут громко щелкнул по полу, прежде чем лизнуть Ноя по плечу. И снова щелчок, два одинаковых следа появились на лопатках Ноя. Тот, что справа, закрывал шрам, который, вероятно, никто и не заметил.

      Ной зарычал сквозь крик. Он поднялся на цыпочки, затем снова опустился, выгнул спину и пожал плечами, двигаясь так, словно пытался избежать укуса. Ушибы покраснели, и Ной тихонько заскулил, тяжело дыша, успокаиваясь. Он прижался лбом к столбу и закрыл глаза.

      Зал, еще мгновение назад такой тихий, разразился аплодисментами и поздравительными криками на нескольких разных языках. Несколько наблюдавших мужчин дружески похлопали Тобиаса по плечу, а другой протянул ему бутылку воды.

      По-видимому, Жан-Пьер знал, когда проигрывал.

      - Это очень хорошая работа, и твой мальчик сильный. Сколько он сможет принять, а?

      Тобиас пожал плечами и отпил воды.

      - Столько, сколько я попрошу, - сказал он с ухмылкой. - А если серьезно? Он, наверное, мог бы принять еще два, а если бы я разрешил ему кончить, то и три.

      Он вернул бутылку с водой и подошел к Ною, прежде чем Жан-Пьер успел ответить.

      - Хорошо, малыш, - похвалил он Ноя, повернув голову рукой и погрузив язык в рот Ноя. Его член запульсировал от знакомого вкуса, и он отстранился. - Очень, очень хорош. - Он начал расстегивать наручники, улыбаясь Мишелю. - Оба.

      - Да, очень хорош! - добавил Жан-Пьер, ухмыляясь, освобождая Мишеля от наручников. Мишель тут же опустился на колени. - Ну нет! Мой дорогой, вставай, тебя больше не наказывают, ты же знаешь?

      Мальчик, казалось, забыл об этом и снова ухмыльнулся, вставая. Жан-Пьер поцеловал его и пристегнул поводок к ошейнику.

      После освобождения Ной на мгновение потер запястья, а затем прислонился к Тобиасу, все еще немного неуверенно держась на ногах.

      - Спокойно, - прошептал Тобиас, обхватив руками талию Ноя. Он огляделся и взял еще одну предложенную бутылку воды, улыбаясь в знак благодарности человеку, который ее давал. - Вот. - Он поднес бутылку ко рту Ноя и позволил мальчику сделать несколько глотков, прежде чем опустить ее. - Лучше?

      Ной кивнул, и, казалось, ему стало лучше от прохладной воды. Он наклонился, обхватил пальцами поводок, прикрепленный к его нагрудной упряжи, и вложил его в руку Тобиаса. Толпа начала расходиться.