- Ну, теперь да, - сказал Тобиас, пытаясь пошутить. Но тут всё рухнуло. - Миссис Миллер позаботилась о том, чтобы ты знал, что мне нравится. - Он откинулся на диван и закрыл глаза. - Черт.
Ной погладил Тобиаса по бедру, продолжая разговаривать с Робертом.
- Ты сообщишь нам о договоренностях?
- Большая часть уже решена между нами, осталось только позвонить, - услышал Тобиас слова Роберта. - Я отвезу близнецов домой к их матери. Питер?
- Да.
- Вы можете отвезти миссис Делонг обратно?
- Да. Сэр, я выгоню лошадей сегодня вечером. Вам или… или Ною не нужно беспокоиться.
Тобиас открыл один глаз и кивнул.
- Спасибо, Питер. Хотя я бы хотел покормить лошадь утром. Думаю, завтра я буду ездить верхом.
Питер кивнул, и затем люди задвигались, собирая пальто, шарфы и прочее.
- Ты звонил кому-нибудь ещё? - Тобиас услышал, как Роберт спросил Ноя: - Она… ну, были люди, к которым она очень привязывалась.
- У меня есть несколько человек на примете, кому я могу позвонить, - сказал Ной. - Я обязательно сообщу им.
Тобиас поморщился при мысли о реакции Фантома. Встав, он снова пожал руку Роберту и, наконец, направился к двери, чтобы попрощаться. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем дверь закрыли за последним из них, и он смог повернуться к Ною.
- Милый, - прошептал он, уткнувшись головой в шею Ноя прямо в прихожей.
- Ох… - Ной обнял его. - Я хотел сделать это с того момента, как вошел, но не думал… со всеми этими людьми вокруг… - Он вздохнул. - Мне так жаль, детка. Ты знаешь, никаких хороших слов будет недостаточно. Она была необыкновенной.
- Была, - согласился Тобиас, бормоча, прижимаясь к коже Ноя. Его глаза стали гореть, и он почувствовал, как сжалось сердце. - Она жила всем сердцем и ничего не боялась.
- Она всегда была так добра ко мне, - тихо сказал Ной, ведя Тобиаса обратно на диван, чтобы тот сел. - Она была милой, доброй, отзывчивой, всегда готова дать кулинарный совет или рассказать какую-нибудь историю о тебе. Она действительно заставила меня почувствовать себя здесь желанным гостем.
Тобиас кивнул. Он не был уверен, как долго сможет это выносить.
- Я… о, Боже. - Он кашлянул. - Она была моей семьей. 0 Он быстро заморгал, к глазам подступили слезы.
Ной кивнул и потянул Тобиаса к себе.
- Ты любил ее, я знаю. - Он погладил Тобиаса по спине и крепко обнял.
- Любил. Люблю. - Тобиас заплакал, зная, что если кто и заслуживает его слез на этой планете, так это Элизабет Миллер.
- Я знаю. Она тоже знала. Знала. - Ной откашлялся. Тобиас почувствовал, как рука Ноя на мгновение отпустила его спину. - Знала, детка.
Как-то помогло осознание, что Ной тоже скорбит по ней. Знакомство с ней в течение всего несколько месяцев повлияло на Ноя настолько, что он тоже мог плакать по ней, и это, казалось, вызвало ещё больше слёз у Тобиаса. Он прижался к Ною, позволил себе плакать, позволил себе почувствовать потерю.
Она была его матерью, тетей, наставницей. Она ни разу и глазом не моргнула, увидев его любовников, сначала приняла Фантома, а затем и Ноя в свою жизнь, никогда не вмешивалась в его личные дела. Она просто была принимающей и сильной, учила на собственном примере, учила любить, делая это, и никогда не позволяла ему уклоняться от ответственности.
Он плакал, зная, что без неё мир обеднел.
Ной обнимал его и поглаживал по спине, пока его плечи не перестали дрожать, и не осталось ничего, кроме звука их дыхания. Трудно было сказать, как долго они сидели так, Ной был стоическим и тихим, а Тобиас уютно устроился у него на плече.
Когда солнце село и в доме стало темно и прохладно, Ной поцеловал его в макушку.
- Мне пора готовить ужин. - Он выскользнул из-под Тобиаса и взбил одну из подушек на диване. -Отдохни. Я дам тебе знать, когда будет готово.
Тобиас кивнул и опустился на диван, чувствуя себя совершенно измотанным. Он никак не мог смириться с мыслью, что миссис Миллер ушла, что она не вернется, чтобы управлять домом, когда его не будет. Он чувствовал себя потерянным, словно его якорь исчез. Нет, его якорь готовит ужин, напомнил он себе. Но что-то важное отняли, и ему нужно было с этим смириться.
Он погрузился в беспокойный сон, его мучили полусны о рушащемся доме. Незнакомец, живущий там в будние дни, заставляющий его чувствовать себя скорее гостем на выходных, чем отсутствующим сыном. Он застонал и перевернулся, слегка проснувшись. Ему было холодно. Он чувствовал свежие слезы на щеках. Он был один.
- Ной?
В гостиной было темно, но свет проникал в коридор со стороны кухни, и Тобиас почувствовал теплый, уютный запах домашней еды.
Он сел, снова вытер глаза, затем встал и направился туда. На кухне всегда было тепло; миссис Миллер сделала ее центром его дома. Он не стал вытирать слезы - у него было предчувствие, что их будет еще больше.
- Ной? - снова спросил он, входя. - Ты где?
- Здесь, детка. - Ной подошел к нему и обнял за талию.
- Мне снились плохие сны, - прошептал Тобиас. - И я не могу перестать плакать.
- Когда умер мой отец, мама сказала, что слезы полезны. Будем надеяться, что она права, да? - Ной крепче обнял Тобиаса и поцеловал его в грудь.
Тобиас кивнул. То, что казалось ему таким ужасным, должно было быть ему полезно.
- Это как... шпинат? - спросил он, с трудом сдерживая смех. Он обнял Ноя и слегка всхлипнул. - Боже, я это ненавижу.
- Это больно, я знаю.
- Да. Я хочу… Нет. Я не хочу, чтобы это прекратилось. Она заслуживает того, чтобы я страдал из-за нее, понимаешь? Она заслужила эти слезы. - Он снова почувствовал, как сжалось его сердце, и из груди вырвался всхлип. - Прости, - сказал он, сам не понимая почему.
- Это понятно, детка, и ты прав, она заслуживает того, чтобы по ней скорбели. Её будут очень сильно оплакивать. - Ной крепко обнял его, и наступила тишина, прежде чем он, наконец, спросил: - Ты голоден?
- Нет. - Он не был голоден. - Не знаю. Не… Мне нужно позвонить.
- Позвонить? Кому позвонить? - Ной потянул его к кухонному столу и посадил на стул. - Перекуси, тебе это нужно. - Несмотря на то, что Ной только что сказал, что Тобиас не голоден, он подошёл к плите, наложил тушеное мясо и поставил его перед Тобиасом с ломтем хрустящего хлеба.
