– Но подождите! – вдруг сказал он Фрэнсис. – Уолтер Гарвин должен мне четыреста долларов за юридические услуги. Я могу забрать их – мы можем использовать собственные деньги Гарвина, чтобы победить его!

– Я не могу позволить вам сделать это для меня, – запротестовала обеспокоенно Фрэнсис Даррел.

– Вам не удастся меня остановить, – усмехнулся Кирк. – Я уже в пути. Как только я всё улажу, я вернусь, сообщу вам, и помогу завтра вывести Боя на ипподром.

Чайна Бой громко позвал Кирка, когда тот садился в машину.

– Скажи им, чтобы смочили трек! – крикнул конь. – Не хочу, чтобы другие лошади задохнулись в моей пыли!

ПРОЕХАВ ЧЕРЕЗ ВЕСЬ ГОРОД, Кирк направился на большой ипподром в западном пригороде Централ-Сити. Он нашёл Ральфа Восса, секретаря Ассоциации Хантердон-Парка, в офисе ипподрома. Кирк быстро заговорил.

Восс выглядел удивлённым.

– Ты ведь знаешь, что уже поздно подавать заявку для участия лошади в скачках. Однако это в рамках правил.

– Владелица лошади Чайна Бой – мисс Фрэнсис Даррел, – объяснил Кирк. – Она пришлёт сегодня чек на вступительный взнос.

– Чек должен быть в офисе сегодня вечером, иначе её лошадь будет отстранена, – предупредил Восс, а затем с любопытством спросил: – Как получилось, что ты ввязался в скачки, Кирк? Вряд ли это подходит для молодого адвоката.

– Это относится к сфере юридических услуг, – усмехнулся Кирк и вышел.

Он поехал обратно в город, в деловой район. Осталось получить четыреста долларов, долг Уолтера Гарвина, положить их на счёт Фрэнсис, и тогда дело будет сделано – если только Бой выиграет!

Кирка одолевали сомнения. Говорящая лошадь, должно быть, сильно устала от тренировок. А если Бой не выиграет? Но Кирк отогнал эту мысль в сторону – он просто обязан победить, чтобы спасти Фрэнсис от мошенничества!

Кирк понял, что у него нет никаких видимых причин об этом беспокоиться. Никаких причин – кроме того, что при первом же взгляде на Фрэнсис он совершенно потерял голову, что он больше не хотел ничего на свете, кроме как помочь ей, защитить её, просто смотреть на неё и быть рядом с ней до тех пор, пока она позволит ему это. И если бы он мог начать с того, чтобы помочь ей спасти дом, может быть, она…

Кирк оторвался от своих розовых мечтаний. Он приближался к небоскрёбу, где располагались офисы Уолтера Гарвина.

И вот уже Кирка провели через устланные толстым ковром кабинеты во внутреннее святилище Гарвина.

Уолтер Гарвин выглядел как херувим средних лет, страдающий несварением желудка. Его тело было толстым, лицо – полным, а голова – розово-лысой. Но в холодных голубых шариках его глаз не было ничего херувимского.

– Ну, Кирк, ты вручил девушке иск на взыскание? – потребовал он.

Кирк в ужасе сунул руку в карман, где лежала хрустящая сложенная бумага: в волнении он совсем о ней забыл.

– Я так и думал! – прорычал Уолтер Гарвин. – Ты связался с девчонкой Даррела – она тебя как-то перекупила. У тебя есть безумная идея, что ты можешь помочь ей спасти её собственность, выиграв скачки?

Кирк был поражён. Как, во имя миллиона дьяволов, этот маленький херувимчик мог так быстро узнать правду?

Гарвин удовлетворённо улыбнулся.

– Интересно, как я узнал, а? Ну, Ральф Восс из Хантердон-Парка в долгу передо мной и очень хочет мне угодить. Он знал, что ты один из моих адвокатов, и когда ты решил принять участие в скачках, он подумал, что лучше будет сообщить мне. Вот откуда я знаю, что ты только что выставил лошадь дочки Даррела на Золотые Гонки. Думаешь, если она выиграет приз, это погасит её долг передо мной, да?

Широкие плечи Кирка напряглись.

– Ну, и что с того? – вызывающе спросил он.

– Что с того?! – пронзительно закричал Гарвин. – Я нанимаю тебя, а ты переходишь на другую сторону. Что это за юридическая этика?

– Не говори со мной об этике, дешёвый мошенник! – вспыхнул Кирк. – Я знаю, как ты планировал выманить у Фрэнсис целое состояние. Это не сработает!

– Убирайся отсюда! – яростно крикнул Уолтер Гарвин.

– Сначала – четыреста долларов гонорара, что ты мне должен, – напомнил ему Кирк. – Мне они сейчас нужны.

Гарвин сердито потянулся за чековой книжкой, но остановился, и на его круглом лице появилось хитрое выражение.

– Ты же не хочешь получить эти деньги для участия лошади в скачках? – потребовал он ответа. – Восс сказал, что ты тянешь с оплатой.

Лицо Кирка его выдало. Гарвин издал триумфальный крик.

– Я так и думал! – воскликнул бизнесмен, не добравшись до чековой книжки. – Ну, мистер, за это ты не получишь от меня ни цента!

– Но ты мне должен! Я могу заставить тебя заплатить! – гневно заявил Кирк.

– Конечно, можешь, – пробурчал Гарвин. – Но на это уйдут недели. А скачки Золотые Гонки уже завтра.

– Ну ты, ничтожная креветка! – воскликнул Кирк, угрожающе приближаясь к нему.

Гарвин поспешно нажал одну из кнопок на своём столе, и в кабинет быстро вошли два человека – два крупных, громоздких, недоброжелательных мужчины.

– Шэг и Муркел, – сказал Гарвин разъярённому молодому адвокату, – специализируются на мелкой работе, например, вышвыривают людей. Так что вы собираетесь с ним сделать?

Два здоровенных головореза стояли в ожидании, глядя на Филипа Кирка, и тот понял, что, начав спорить, он не получит ровным счётом ничего.

– Чайна Бой будет участвовать в гонках – и победит! – горячо сказал Кирк, поворачиваясь к двери. – Твоя хитрая схема не сработает, Гарвин!

– Ну, желаю удачи, Кирк, – насмешливо сказал ему вслед бизнесмен, захлопывая дверь.

Кирк был в глубоком унынии, когда ехал обратно через солнечную послеполуденную сельскую местность на ферму Даррелов. Он сказал Фрэнсис, что она может рассчитывать на него в плане вступительного взноса, а теперь он её подвёл, и от всего сердца проклинал Восса и Гарвина.

Он прокручивал в голове невероятные планы, как раздобыть четыреста долларов, но ни один из них не был реальным. Он всё ещё был в тупике, когда остановил свою машину рядом со старым каменным домом.

Кирк услышал голоса у сарая и вошёл туда. Он обнаружил Фрэнсис с Боем в большом стойле для лошадей. Девушка ругала пучеглазого мужчину с квадратным коричневым лицом, Ника Джори, непорядочного наёмного работника, как догадался Кирк.

В руке у Ника была пустая бутылка, и Кирк заметил, что в глазах Чайна Боя появился новый блеск.

– Привет, приятель! – громко окликнул Кирка конь, громко икнул, а затем воскликнул: – Всё готово для меня на ипподроме? Я бы хотел, чтобы скачки начались прямо сейчас. Бой-бой-бой, я чувствую себя превосходно!

Фрэнсис обеспокоенно повернулась к молодому адвокату.

– Ник снова давал Бою спиртное! – сказала она Кирку. – Я поймала его только что, когда он держал бутылку, чтобы тот выпил.

– О, я просто дал ему полпинты – это для него всего лишь капля, – хрипло пробормотал Ник Джори. – Он сказал, что ему нужна небольшая доза.

– Конечно, только чуть-чуть, чтобы я сегодня хорошо выспался, – поспешно добавил Чайна Бой.

Лошадь выглядела такой же виноватой, как и работник.

– Кто слышал, чтобы скаковая лошадь тренировалась на виски?! – бушевала Фрэнсис и с горечью обвинила Ника: – Это всё твоя вина, ведь это ты приучил его пить эту дрянь!

Ник повесил голову.

– Ну, мне было одиноко на ферме, не с кем было выпить, – неубедительно оправдывался он. – А Бой, что мог разговаривать и всё такое, заставил меня считать его своим приятелем.

– Конечно, – подхватила лошадь и снова икнула. – Мы много раз с Ником видели, как восходит солнце, так ведь, Ники, дружище?

– Ну, больше ни капли, – объявила Фрэнсис. – Ты должен помнить, что всё зависит от твоей завтрашней победы.

Кирк понял, что наступил момент поведать своё неутешительное известие.

– Боюсь, что Бой завтра не будет участвовать в гонках, – горестно сказал он девушке.