«Давай вернемся и постараемся немного поспать. И закуски. Я хочу жареных соленых огурцов с соусом ранч. О! И Кай приготовил мне свежее пико-де-гайо и гуакамоле. Ладно, новый план. Сначала буфет на кухне, потом сон», — затараторила Сейдж, двигаясь по пещере и собирая одежду.

«Где мы возьмем жареные соленые огурцы в такой час?» — прошептал Слоан мне и остальным парням.

«Черт его знает, но нам лучше понять, как их приготовить, прежде чем она начнет злиться», — ответил Брам, и в его голосе послышался оттенок настоящего страха.

«Я сбегаю и разбужу Кая. Он будет знать, что делать», — объявил Фарис, и мы все кивнули в знак согласия.

«Слава богу за шесть пар, — с усмешкой пробормотал я, но мое сердце было полно; я был благодарен, что мы все предлагали ей разные вещи.

Слова Слоана пронеслись в моем сознании, и мой желудок сжался от волны тревожной энергии. Он был прав. Я боролся с самим собой всю свою жизнь, и я надеялся, что, получив собственное тело, эта тьма внутри меня будет изгнана из моей души.

Чернота начала просачиваться на края моего зрения, и я моргнул, запаниковав, когда она не исчезла сразу, как в прошлом. Что должен делать человек, когда монстр, с которым он боролся всю жизнь, на самом деле оказывается им самим?

«Готов, Гуп?» — спросила Сейдж, беря меня за руку. Я выдавил фальшивую улыбку и отвернулся, прежде чем она смогла увидеть сквозь эту маску.

«Да, сладкая. Пойдем домой».

Я убрал беспорядок, который устроил из жареных соленых огурцов, которые заказала моя Детка, и ухмыльнулся при воспоминании о ее маленьких стонах удовольствия, когда она пожирала их. Я приготовлю ей все, что она захочет, когда она захочет. Я никогда раньше не готовил домашние жареные огурцы, но, черт возьми, я на мгновение позволил себе похвастаться. Они получились потрясающими.

Пятеро из них исчезли наверху, чтобы еще немного поспать, но я был совершенно бодр и жаждал чем-то заняться. Схватив полотенце, висящее на ручке духовки, я вытер руки и оглядел комнату. Хм, должно быть что-то. Мои глаза остановились на моем коврике для йоги, прислоненном к углу. Прошло много времени с тех пор, как я занимался йогой, но на этой неделе я чувствовал себя лучше, чем за последнее время. Возможно, выполнение моего давнего обещания Слоану убить его отца было именно тем, что мне нужно, чтобы выбраться из той хандры, которая овладела мной, отказываясь отпускать.

Я взял коврик и вышел на улицу. Солнце только начинало подниматься над горизонтом, разбрасывая розовые и оранжевые лучи по небу. Это было мое любимое время суток, и я поймал себя на том, что стою неподвижно, запрокинув голову, чтобы чувствовать тепло утреннего солнца на коже. Заземленность. Вот что я чувствовал, когда мои босые ноги касались травы, мягкой и податливой. Нежный ветерок ласкал мои волосы, проносясь по ландшафту, как шепот в ухо любимого человека, когда он находится между сном и бодрствованием. Он был там, мимолетный и нежный, достаточно, чтобы дать тебе знать, что ты не один.

Природа всегда меня заземляла, и я чувствовал, что надо было ударить себя за то, что не делал этого раньше. Забавная штука — депрессия. Несмотря на знание того, как можно справиться и улучшить свое состояние, в некоторые дни ты просто не можешь найти энергию или желание что-то с этим делать. Что ж, я собирался стать отцом, и я не хотел подводить своих девочек своим нерешенным психическим здоровьем. Я шел по траве с решимостью, пульсирующей в моих венах. Я сильный. Я достоин. Мои навязчивые мысли — это искаженные, вредоносные вещи, которым не место в моем мозгу.

Я расстелил коврик; звуки птиц сегодня будут моей музыкой. Я очистил голову от всего, позволяя стрессу и беспокойству стекать с меня, отдавая их земле. Мое тело вошло в привычный ритм, мышечная память делала всю работу за меня. Я потянулся, чувствуя жжение в мышцах, когда мое тело превратилось в размытое пятно длинных линий и изогнутых силуэтов. Пот стекал по моей спине, и я дрожал от напряжения. Я действительно вышел из практики.

Решив не перенапрягаться и не травмироваться, я закончил сессию, тяжело дыша. Я подолом майки вытер влагу с лица и замер, услышав, что кто-то рядом. Я обернулся и увидел Кэма, отталкивающегося от коттеджа и идущего ко мне.

«В чем дело, чувак?» — выдохнул я, все еще восстанавливая дыхание.

Его изумрудные глаза изучали мое лицо мгновение. «Это выглядело мирно».

Я улыбнулся, приседая, чтобы поднять коврик. «Так и было. Слишком давно я не делал утреннюю йогу. Похоже, пришло время».

«Хорошо. Я рад видеть, что ты делаешь что-то для себя». Кэм посмотрел в сторону леса. Искал ли он что-то или просто любовался пейзажем, я не был уверен, но я присоединился к нему.

«Ты в порядке?» — спросил я его, мои руки были заняты сворачиванием коврика.

Он хмыкнул, всегда невозмутимый большой парень.

«Хм. Так на языке Кэма это означает "я в порядке, но беспокоюсь о чем-то"?» — предположил я, и он покосился на меня и усмехнулся.

«Отвали», — поддразнил он хрипло, толкая меня плечом. Я ждал; что-то было у него на уме. «Я хочу проверить этот объект сегодня. Тот, где, по словам Рика, Азраэль держал драконов. Нам стоит провести разведку, чтобы узнать, что мы можем найти. Если мы сможем получить преимущество, мы должны его использовать».

«Да, я согласен. Я думал, мы сделаем это в ближайшее время. Мне просто нужно сначала принять душ. Кого ты хочешь взять?» — спросил я, уже зная, что он захочет оставить хотя бы нескольких из нас с Сейдж.

Он покрутил бороду пальцами, размышляя. «Я думаю, Слоана, Фариса, Фиша, Брама и Рика».

Я открыл рот, чтобы возразить, но он перебил меня, прежде чем я успел вымолвить ни слова. «Я знаю, ты бы отлично справился, но выслушай мои доводы. Слоан, потому что он сам дракон. Фарис, потому что он быстрый, и Фишер из-за его телепатических способностей. Рик, чтобы он мог указать им путь, и Брам, чтобы он мог переместить парней и мгновенно вернуть их, если потребуется. Я думаю, я, возможно, попрошу Хола присоединиться. У него есть счеты с Азраэлем не меньше, чем у нас».

«Но ты не едешь?» — спросил я удивленно. Кэм был нашим лидером. Он всегда ходил на задания; это было похоже на то, что его потребность в контроле не позволяла ему сидеть сложа руки и позволять другим решать все.

«Ты удивлен?»

«Ну да. Я могу пересчитать на пальцах одной руки, сколько раз ты сидел сложа руки», — заметил я, и он пожал плечами.

«Да, ну, я пытаюсь кое-что новое. Называется быть более расслабленным. Мне не обязательно идти — я не лучший человек для этой работы, и я могу это признать. К тому же, я не хочу, чтобы Сейдж нервничала из-за того, что нас уезжает больше», — добавил он, сохраняя серьезное лицо и поворачиваясь обратно, чтобы смотреть на вид.

Я поднял бровь. «Ооо. Не хочешь, чтобы Сейдж нервничала, да? И это никак не связано с желанием побыть наедине с нашей девочкой?»

Он скрестил руки и посмотрел на меня, застав меня с глупой ухмылкой. «Конечно, нет. Я бы никогда не отправил парней на задание, чтобы монополизировать время со своей маленькой ведьмой. Просто так случилось, что я не самый подходящий для...»

«Да, да. Я все понял, Громовой Папочка. Просто знай, что я начеку, и если ты хочешь так играть, мы можем поиграть». Я размахнулся ковриком, ударив его по заднице. «Кай», — прорычал он, разворачиваясь и преследуя меня, когда я танцевал в сторону коттеджа.

«Догони меня, Громовой Папочка!» — крикнул я, наслаждаясь тем, как его лицо краснеет, когда я дразню его этим прозвищем. Я проскользнул в дом и помчался наверх, смеясь всю дорогу до ванной.

Мысль о том, что Кэм не отправил меня на это задание, потому что знал, что мне тоже нужно побыть с моей Деткой, пришла ко мне только в душе. Особенно после известия о ее беременности, желание быть привязанным к ней 24/7 захлестнуло меня с новой силой.

Спасибо, Громовой Папочка.