Я медленно села, свесив ноги с кровати. Я ахнула, когда его рука обхватила мое запястье, и меня отдернули обратно на матрас. Он двигался с быстротой и точностью, прижимая меня к кровати своей рукой, обхватившей мое горло.

«Слоан», — выдохнула я, царапая его руку. «Детка. Это я!»

Пот выступил у него на лбу, его глаза метались взад-вперед, словно он не понимал, что делает.

«Слоан!» — прохрипела я, давление на горло усиливалось. Мои царапины на его руках, казалось, не будили его. Отдернув руку, я изо всех сил ударила его по лицу. Хлопок эхом разнесся в моей комнате, и слезы полились из моих глаз, как дождь с небес.

Его глаза сфокусировались на моем лице, и я увидела, как в них промелькнуло узнавание. Его лицо изменилось с панического на растерянное, а затем на абсолютно ужаснутое. Он отпустил мое горло, будто моя кожа обжигала его, и посмотрел на свою руку, словно она принадлежала кому-то другому.

«Что... Какого черта я делаю, Рыжая? Я был... О боги». Его голос дрогнул. «Мне так жаль, так жаль. Зачем я?» — бормотал он, все еще в состоянии сильной растерянности.

Я потерла горло, заставляя свое тело исцелить то, что он сделал, как можно быстрее, чтобы это не мучило его. «Тебе снился кошмар, или ты вспоминал что-то из лаборатории. Когда ты не проснулся, я решила вылезти из кровати, так как ты начал метаться».

«И я применил к тебе силу?» — Он поднял руки, и я увидела, как они дрожат. «Я применил силу к своей паре? Чтобы навредить тебе? Чтобы убить тебя?» — Его голос был почти истеричным, и я приподнялась, садясь. Я взяла его руки и сжала их, поднося к губам, чтобы поцеловать его пальцы.

«Ты не проснулся. Ты бы никогда не причинил мне вреда, детка. Ты понимаешь? Это была не твоя вина. Мы не могли знать, что у тебя будут такие последствия от того, что ты видел». Его дыхание все еще было учащенным, и он не смотрел в глаза, все еще запертый в клетке со своими воспоминаниями. «Эй, — пропела я. — Посмотри на меня, Слоан. Я здесь. Ты в безопасности. Я в безопасности. Все в безопасности. Это реально».

Его ледяные голубые глаза врезались в мои. «Боги, — всхлипнул он, притягивая меня к себе на колени и зарываясь лицом в мою шею. — Ты не представляешь — что они делали. Это будет преследовать меня до конца моих дней. И я не мог остановить их. Мне так жаль», — сказал он мне, его слезы увлажнили мою кожу. Я провела руками по его волосам и спине, успокаивая его, как ребенка.

«Ты в безопасности. Они обманули тебя. Никто не причинял мне или Фишеру вреда, клянусь», — прошептала я.

«Ты не понимаешь». Он отодвинул меня с колен и вскочил с кровати, бросившись в ванную. «Меня сейчас стошнит...»

Когда он закончил и вымыл руки, дверь ванной распахнулась. Он стоял там, выглядя уничтоженным. Его лицо было бледным, волосы дикими, а под глазами были темные круги.

«Мы больше не можем делить кровать», — объявил он, с серьезным выражением лица направляясь к комоду за футболкой.

«Что?»

«На ночь. Или когда я сплю. Пока я не возьму это под контроль. Я не причиню тебе боль», — сказал он мне.

«Но...»

«Никаких "но"». Он подошел к кровати и взял мое лицо в свои большие ладони. «Ты — сокровище. Мое сокровище. Я не могу описать это, Рыжая. Мысль о том, что тебе причиняют боль...» Он покачал головой. «Мысль об этом заставляет меня хотеть зарычать в небо и выжечь землю, в надежде, что тот, кто посмел причинить тебе боль, умрет мучительной смертью».

«Вау», — выдохнула я. Страсть, стоящая за его словами, была такой интенсивной, что мне пришлось сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться.

«Я спущусь вниз и скажу им, что я сделал. Если мне наваляют, не останавливай их. Я заслужил это». Он быстро поцеловал меня в губы и направился к двери. Я растаяла; его поцелуи доставляли мне такое наслаждение.

Подожди, что?!

«Эй! Слоан, подожди!» Я соскочила с кровати, когда он закрыл дверь, и услышала, как он спускается по лестнице. Сын шлюхи. Я быстро натянула одежду, что заняло у меня меньше минуты — новый личный рекорд, — и слетела вниз по лестнице.

«Ты сделал ЧТО?»

О боже мой.

Я ворвалась на кухню и увидела Слоана, прижатого к холодильнику Каем.

«Отпусти его!» — закричала я, и все шестеро моих парней посмотрели на меня. Я подняла палец и наклонилась, делая несколько глубоких вдохов. «Фух. Твоя девушка совсем не любит быстро перемещаться из одного места в другое», — выдохнула я, обмахиваясь рукой.

«Ты имеешь в виду бег?» — спросил Фарис.

«Не произноси это слово в моем доме», — ответила я с дрожью, и он рассмеялся. Но он был единственным, кто смеялся. Все остальные были напряжены и сосредоточены на Слоане. «Что он сказал, когда спустился?»

Кай прорычал. «Он вошел и объявил, что чуть не задушил тебя в постели».

«Слоан, ты хочешь, чтобы они наваляли тебе? Ты думаешь, что заслуживаешь какого-то наказания за то, что произошло не по твоей воле?» Я подошла к холодильнику и оттолкнула Кая, подальше от моего грустного мальчика-дракона. «Гостиная. Все. Сейчас». Я подтолкнула Слоана в спину, чтобы он двинулся. Я чувствовала напряжение и беспокойство за спиной, как густой туман.

Когда парни расселись, я направилась к Слоану. Он попытался изолироваться на одной стороне секции, но я не собиралась этого терпеть. То, что произошло, не было его виной, и я бы не позволила ему снова закрыться в себе. Ситуации, подобные этой, — именно поэтому мы должны быть друг для друга.

Его глаза расширились, когда я плюхнулась рядом с ним и взяла его за руку. Я держала крепко, потому что полностью ожидала, что он попытается отстраниться. Наши глаза встретились, и я сузила свои, надеясь, что он поймет мои слова без слов.

Даже не думай об этом, мистер.

Он фыркнул, откидываясь на диван, и я отвела взгляд, пряча улыбку. Которая довольно быстро исчезла, потому что мои другие мужчины явно были взвинчены.

«Тогда давай поговорим», — прорычал Кай, в его голосе звучала первобытная нотка, от которой волосы у меня на затылке встали дыбом.

Тишина в комнате была невыносимой. Мы никогда не молчим. Кто-то всегда смеется, дразнит, прикасается или говорит.

Повернувшись к Слоану, я говорила тихо, потому что не хотела смущать его, если ему было некомфортно. «Ты хочешь, чтобы я рассказала им, что случилось? Или ты хочешь?» Его челюсть дернулась от раздражения, но его большой палец вырисовывал круги на тыльной стороне моей руки, поэтому я знала, что он не злится на меня.

Он прочистил горло и посмотрел на парней. «Когда меня схватили, у них был, ну, интересный метод, чтобы заставить меня подчиняться». Я видела, как все выпрямились, за исключением Фишера, так как он уже знал. «Мой отец был там, когда меня схватили, и когда я очнулся, я был привязан к столу в какой-то смотровой комнате. Вошла женщина и сделала мне инъекцию препарата, который подавлял мою магию. Они хотели, чтобы я все время был в своей драконьей форме, чтобы изучать меня. Когда я отказался...» Слоан замолчал и застонал. Боль в этом звуке была настолько очевидной, что Кай заскулил от его явного дискомфорта.

«Все в порядке. Ты здесь, с нами. Мы все здесь, и мы любим тебя», — прошептала я, подбадривая его продолжать, но надеясь помочь ему оставаться в настоящем.

«Люди, которые там работали... у них были вы, ребята. Или я так думал. Все казалось таким реальным. Сначала они пытали их, когда я отказывался превращаться, но они быстро поняли, что, причиняя им боль, превращение в дракона все равно произойдет. Я терял рассудок. Запертый в клетке, без выхода. Я должен был смотреть, как они... смотреть, пока... пока они...» Слоан издал душераздирающий звук, максимально несвойственный Слоану.

«Боже», — прошипел Кэм.

Слоан глубоко вздохнул. Его рука дрожала в моей, поэтому я накрыла ее другой рукой. «Когда стало ясно, что я превращусь, чтобы избежать дальнейшего вреда для Рыжей или Фиша, они начали делать это просто для того, чтобы увидеть, насколько я могуществен, или чтобы наблюдать, как я реагирую на разные сценарии. Они хотели сломать меня... и я думаю, что у них это получилось», — объяснил он, последняя часть прозвучала тихо.