«Нет. Нет. Нет!» — выругался я, вскакивая и отступая от них.

«Слоан, все в порядке. Все в порядке». Голос Фишера успокаивал меня, но слишком ненадолго.

«Помоги ему, Фишер, пожалуйста», — закричала Рыжая, выглядя все более и более раненой.

«Оставайтесь сзади. Я должен превратиться. Превратиться. Превратиться. ПРЕВРАТИТЬСЯ!» — Я расхаживал, проводя руками по волосам. Я не мог причинить им вред. Я не мог.

«Слоан, посмотри на меня», — крикнул Фиш, и мои глаза метнулись к нему. «Хорошо, так хорошо. Я помогу тебе, но ты должен понять, что все, что ты там видел, было ненастоящим».

«Это было настоящим! Я знаю, что видел! Это было так же реально, как этот момент здесь и сейчас!» — закричал я, отступая от них.

«Ты истекаешь кровью», — встревоженно сказала Сейдж, когда что-то влажное потекло у меня изо рта. Тыльной стороной ладони я вытер это и увидел ярко-красный цвет. Идеальное время для кровотечения из носа.

Мое сердцебиение снова начало замедляться, и успокаивающий груз опустился на мои плечи. Мои колени подогнулись, и я упал на землю.

Фишер и Сейдж снова обнимали меня, проводя руками по моей коже, шепча слова, которые в данный момент не имели для меня смысла. Я не знаю, что реально. Что реально?

«Мы реальны. Это реально. Ты сбежал, и они, должно быть, обманули тебя с помощью оборотней или чего-то в этом роде», — предположила Сейдж, целуя меня в грудь. Она чувствовалась такой хорошей.

«Мне так жаль, Рыжая. Я чуть не... раньше, я имею в виду, я не хотел...» — Проклятье, я не мог даже говорить, когда думал о зверстве, которое чуть не совершил.

«Мы знаем это, Слоан. Тебя накачали адреналином. Они заполнили твою клетку им, и это что-то спровоцировало. То, что чуть не произошло, не на тебе, чувак. Это на них. На твоем гребаном отце», — прорычал Фишер.

Мой отец. Рык вырвался из меня, прежде чем я успел его проглотить.

«Он мертв».

Я поднял глаза, мой взгляд метался между двумя людьми, о которых я заботился больше всего на свете.

Слова, когда они пришли, были не более чем шепотом. «Что ты сказала?»

Рыжая взяла одну мою руку и переплела наши пальцы. Ее рука была маленькой, теплой и идеальной, и я понял в тот момент, что никогда раньше не держал никого за руку. Я сглотнул, осознавая, что мне это нравится. Я никогда не хотел отпускать ее руку.

«Кай убил твоего отца», — сказал мне Фишер, и я потянулся за его рукой тоже. Такие разные, мои две любви. Там, где ее рука была изящной и женственной, рука Фишера была почти такой же большой, как моя, но ощущалась так же хорошо.

«Скажи что-нибудь», — мягко сказала Рыжая, все еще голая, как в день своего рождения.

«Он обещал мне, что сделает это», — сказал я им. Когда никто не заговорил, я продолжил. «Когда мы были детьми, в ночь первого превращения К, на самом деле... Он обещал мне, что однажды сделает это». Я видел, как Сейдж бросила на Фишера беспокойный взгляд, и я покачал головой. «Я думаю, я сейчас в оцепенении? Я никогда не чувствовал себя так раньше. Я рад, что он мертв. Он заслужил что-то более худшее, чем то, что получил. Даже если это была самая ужасная смерть, которую человек может получить... Он. Заслужил. Худшее».

«Нормально чувствовать оцепенение. Ты только что пережил травматическое событие», — рассудил Фиш. Возможно, я был в каком-то шоке.

«Мы любим тебя», — твердо сказала Рыжая, привлекая мое внимание к своему красивому лицу.

Мои большие пальцы медленно поглаживали их руки. «Я не знаю, что реально. Это тоже может быть трюком», — заметил я, мой голос звучал почти механически.

Сейдж пододвинулась ближе, и, прежде чем я понял, она выдернула свою руку из моей и оседлала мои бедра, обхватив руками мою шею. «Почувствуй меня, любовь моя. Почувствуй, насколько я реальна», — пробормотала она у моего горла, и я застонал, когда ее твердые соски коснулись моей груди. Рука Фишера покинула мою, скользя вниз по моей руке.

Я позволил своей руке скользнуть вверх по позвоночнику Сейдж к затылку, прежде чем притянуть ее ближе, чтобы наши губы встретились. Я издал глубокий стон в ее рот, который, клянусь, исходил из моих яиц.

Большая рука провела по моим волосам, и я улыбнулся в губы своей женщины, зная, что Фишер здесь, очень даже часть нас.

«Ты теперь веришь, что мы реальны?» — спросил он, его голос был глубоким и соблазнительным. Боги, прошло слишком много времени с тех пор, как я слышал этот голос, обращенный ко мне. Мой член дернулся, коснувшись лона Сейдж.

«Думаю, он начинает верить». Моя девочка ухмыльнулась Фишеру, и на ее щеках расцвел красивый румянец.

«Хм, — задумчиво хмыкнул Фишер. — Наверное, нам стоит убедить его дальше, как думаешь, сладкая?» Он протянул руку и провел большим пальцем по губам Сейдж, прежде чем наклониться и страстно поцеловать ее. Луной, я не испытывал их обоих так, как в тот раз, когда мы возились в ее саду. Это казалось целой жизнью назад.

«Вы двое пытаетесь взять инициативу в свои руки?» — я приподнял бровь на двух сексуальных созданий передо мной.

Фишер усмехнулся. «Я забыл, ты здесь уже некоторое время. Есть кое-что, о чем ты не знаешь. С тех пор, как я освободился от Фариса, появились новые вещи, которые мне нравится... практиковать», — туманно объяснил он, и мне вдруг отчаянно захотелось узнать больше. Я жаждал любой информации об их жизни с тех пор, как меня не было. Даже до того, как я ушел, если считать все те способы, которыми я был таким идиотом.

Рыжая потянулась к Фишеру, стягивая с его плеч тактический жилет. Их губы встретились, и я с жадностью наблюдал за мельканием их языков. Моя рука потянулась к подолу рубашки Фиша, помогая Рыжей снять ее через голову. Я вдохнул, увидев его татуировку на груди, которую видел сотни раз. Крылья дракона... мои крылья дракона.

«Святое дерьмо», — выдохнула Сейдж, и мы оба провели пальцами по замысловатому рисунку. «Это ты, Слоан».

Мой взгляд поднялся к моему мужчине, моему якорю. Человеку, который проявил ко мне сострадание и любовь, несмотря на мои сексуальные предпочтения и очаровательную личность.

«Это всегда был ты», — объявил он. Если кровь в моем теле обычно была горячей, сейчас она просто кипела. Руки Рыжей скользили по Фишеру и мне, когда мы прижались лбами друг к другу. «Хозяин...»

«Нет», — хрипло сказал я. Он отпрянул, глядя на меня в замешательстве. «Я не хочу, чтобы ты так меня называл. Это не мы. Не сейчас».

Фишер моргнул несколько раз, прежде чем открыть рот. «Я называл тебя так, потому что ты был таким. Не в унизительном для меня смысле, но когда я был так неуправляем и кружился в спирали, ты был хозяином моих эмоций. Но если ты больше этого не хочешь, я понимаю».

Я сглотнул комок, внезапно образовавшийся в горле. «Дело не в этом. Я просто чувствую, что те имена, которые мы дали друг другу — те отношения, которые у нас были — это не то, что у нас есть сейчас. Я хочу быть с тобой. Я хочу настоящих отношений с вами обоими». Я вздохнул, пытаясь объяснить то, что чувствовал. Это было нелегко. Чувства все еще заставляли меня вздрагивать от опасения.

«Ты хочешь начать с чистого листа». Рыжая убрала выбившиеся волосы с моих глаз, погладив мою щеку ладонью.

«Да».

Фиш с редкой улыбкой толкнул меня вперед, укладывая на землю. Мои глаза расширились. Это было так необычно для нас. Но я хотел этого; мне был нужен этот опыт. Когда его губы встретились с моими, я застонал. Когда рука Рыжей сжала мой член, я прошипел, мои бедра уже приподнялись в поисках сладкого трения.

«Смочи его хорошенько для меня, сладкая», — приказал Фишер Сейдж, помогая ей устроиться над моими бедрами. При первом же трении ее мокрой киски о мой член я мог бы кончить, как фонтан. Она чувствовалась так чертовски хорошо. Горячая и скользкая, теплая и, блядь, моя.

«Встань, Рыбка. Я хочу снять с тебя штаны», — прерывисто сказала Рыжая, тихо застонав, когда мои руки легли на ее бедра и подтолкнули ее тереться об меня сильнее. Мой мальчик встал, его глаза были прикованы к нашей девочке, когда он перешагнул через мою талию, вставая прямо перед ней.