«Они травят его!» — прошептала я, бросаясь к своему дракону. Парни были у меня на хвосте.

Слоан ревел от агонии, когда пар становился гуще, скрывая его из виду. Я забарабанила кулаками по стеклу, пытаясь разбить его. Что угодно. Пожалуйста!

Смех с другой стороны загона заставил Кэма подойти ко мне сзади, его руки схватили мои кулаки и удержали их. «Слушай, детка», — прошептал он мне на ухо.

Рычание Багиры пробивалось сквозь панику Слоана по ту сторону загона.

«Мы подкрадемся к ним», — тихо сказал Хол, и я кивнула.

«Не теряйте из виду ребенка», — напомнил нам Брам.

Мы начали обходить клетку, когда я оглянулась. Фишер стоял у стекла, прижавшись к нему ладонями и глядя на бушующего внутри дракона.

«Рыбка», — позвала я, стараясь не кричать. Он не ответил, поэтому я попробовала телепатически. «Рыбка».

Его голова дернулась в мою сторону, выражение лица было болезненным. «Прости, сладкая. Я никогда не видел его в этой форме, и он так несчастен. Испуган. Зол. Нет... не зол. В ярости. Если он выберется оттуда в таком состоянии, я думаю, мы все в опасности».

Я ахнула. «Он не причинит нам вреда», — возразила я по нашей связи, отказываясь даже рассматривать такую возможность.

«Он бы не причинил, но он сейчас сам не свой. Что бы ни было в этом тумане» — он указал на пар — «оно влияет на него».

«Я попробую кое-что», — тихо прорычал Кэм. Вспышки молний бегали по его рукам, когда его глаза обратились к небу.

Крик мужчины пронзил комнату.

«Кай», — прошептала я.

«Это был не Кай», — ответил Кэм, спокойный как всегда. С идеальной точностью он выпустил молнию в вентиляционное отверстие наверху загона, полностью уничтожив его и открыв небольшой зазор. Пар перестал поступать к Слоану, к счастью, но большой дракон, казалось, становился все более взволнованным.

Звук открывающегося замка заставил всех затаить дыхание. Мы с ужасом смотрели, как дверь загона распахнулась, и земля задрожала, когда зверь внутри сделал шаг к свободе.

«Звездами...» — выдохнул Хол. «Двигаемся, сейчас!» — рявкнул он, и мы все побежали вокруг края загона к рычанию Багиры, которое звучало невероятно злобно. «Мы в жопе!» — закричал высокий мужчина на Багиру, когда они кружили друг вокруг друга. «Его клетка открыта, и с таким количеством адреналина в его системе он снесет здание вместе со всеми нами!»

Багира оскалил зубы, его хвост хлестал, как кнут. Наполеон сидел на плечах Багиры. Это была...

«Это мышь, размахивающая шприцем как оружием?» — спросил Брам в неверии. Он был прав, но мое внимание было сосредоточено на другом.

«Кто этот человек?» — прошептала я, мое беспокойство росло с каждым толчком земли.

«Это отец Слоана», — ответил Кэм сквозь зубы.

«Гребаный сын шлюхи», — прошипел Рыбка, и я посмотрела на него, открыв рот. Я редко видела, чтобы Фишер терял самообладание. «Что ты с ним сделал, ублюдок?!» — взревел он на отца Слоана.

Багира не удивился нашему присутствию, вероятно, учуяв нас в тот момент, когда мы вошли в эту лабораторию ужасов. Но отец Слоана... Его взгляд метнулся от Багиры к нашей группе.

«А, вот и он». — Он мрачно усмехнулся. «Мой сын-педик». Он выплюнул эти слова, словно они отравляли его язык.

«Что ты сделал?!» — глаза Фишера сузились, и я уже видела, как в них просачивается чернота.

«То, что нужно было сделать уже давным-давно! Я освобождаю его! Он станет величайшим оружием, которое когда-либо видели Бесмет и наш мир. Я просто благодарю звезды, что он знает, как трахать женщину, потому что это первое, что он сделает. Одна уже в пути, видите ли? Полноценная самка дракона, готовая и созревшая, чтобы принять его семя».

Я сглотнула желчь, обжигающую горло. Нет.

«Ты больной, — закричала я. — Твой сын в сотню раз лучше тебя!» Я рванулась вперед, готовая убить придурка, но сильные руки удержали меня. Отец Слоана просто рассмеялся надо мной в совершенно снисходительной манере, которая еще больше меня разозлила.

«О, милая. Я понимаю, почему он тебя любит», — сказал он с одобрением, не сводя глаз с Багиры. Он создал огонь в своих руках, и Багира держался на расстоянии.

Звук разбитого стекла и опрокинутой мебели говорил о том, что время уходит.

«Нам нужно уходить», — сказал Брам с ноткой беспокойства в голосе.

«Что? Нет!» — возразила я. «Мы не уйдем без него. И без Энни».

«Детка, — хрипло сказал Кэм, притягивая меня к себе. — Здесь небезопасно. Это выходит из-под нашего контроля. Нам нужно хотя бы убраться в безопасное место, пока то, что происходит со Слоаном, не пройдет...»

Я собиралась ответить, когда оглушительный рев сотряс стены, и мои руки автоматически взлетели к ушам, защищая их.

Затем произошло несколько событий одновременно, и все это было как в замедленной съемке.

Багира всем весом бросился на отца Слоана, принимая огненный шар в грудь, но не сбавляя скорости. Я закричала, когда челюсти Багиры сомкнулись вокруг горла злого человека.

«Лохматый!»

О звезды. Этот голос. Этот маленький голосок...

«Энни!» — закричала я, когда она вынырнула из-под стола и бросилась в объятия Хола.

Я не успела шагнуть в ее сторону, как летящие обломки от ярости Слоана полетели в нашу сторону. Большой микрофон задел Фариса по голове, и он упал на пол.

«Черт!» — закричал Брам. «Мы уходим, сейчас».

«Забери Кая», — крикнул Кэм Браму. Мой демон бросился в действие, оттаскивая Багиру от хрипящего куска дерьма.

«Хол, иди. Уведи Энни отсюда, — рявкнула я. — Забери Фариса и Кэма с собой. Я приведу Фишера!»

«Какого хрена нет», — рявкнул Кэм, шагнув ко мне.

Хол наклонился с Энни на руках и схватил Фариса за руку, взваливая его на плечо, словно он ничего не весил. Кай с рычанием превратился обратно, на его груди был огромный ожог, а с подбородка капала кровь. Я моргнула, сдерживая слезы при виде моих мужчин, моей любви, страдающих.

«Кэм, тащи свою задницу сюда», — скомандовал Хол.

Мой повелитель гроз поднял средний палец, не оборачиваясь.

«Я не могу оставить его, Рыбка». Я протолкнула мысль через нашу ментальную связь. «Тогда мы не уйдем», — с решимостью ответил он.

Фишер шагнул передо мной, когда Хол двинулся к Кэму.

«Мы вернемся как можно скорее», — сказал Кэм Фишеру.

Фиш кивнул. «Да, мы вернемся». С этими словами он сильно толкнул Кэма назад, чтобы Хол смог схватить его за плечо. В мгновение ока четверо из них исчезли.

«Клянусь луной...» — Брам нахмурился, глядя на нас двоих, Кай вцепился в его руку, отчаянно пытаясь устоять на ногах.

«Кай», — закричала я, когда его глаза закатились, и он обмяк, чуть не упав на землю, прежде чем Брам подхватил его под руки.

«Уведи его отсюда», — крикнул Фишер, когда по комнате снова полетели обломки.

Болезненный взгляд Брама встретился с моим, и слеза скатилась из моего глаза. «Уведи его в безопасное место, пожалуйста», — умоляла я.

Его ноздри раздулись, он явно колебался между тем, чтобы заставить нас уйти с ними, и тем, чтобы уважить мою просьбу. «Я люблю тебя, Детка. Но я так чертовски зол», — прорычал Брам, его и без того устрашающий рост увеличился еще на шесть дюймов, когда его рога начали скручиваться. «Пошли, Альфа», — сказал он Каю, его голос был глубоким и искаженным. С последним прощальным взглядом они исчезли из виду. Прямо на том месте, где они стояли, пролетел письменный стол и разбился о стену.

«Они напуганы, сладкая. Все будет хорошо, — сказал мне Фишер. — Давай заберем нашего мужчину и уберемся отсюда».

Тяжелые вздохи и острые когти о бетонный пол были единственным, что я слышала сквозь стук своего сердца. Слоан приближался, и теперь, когда туман рассеивался, я видела вспышки чешуи, когда смотрела сквозь загон.

Огромная голова показалась на виду, и я ахнула. Да, я видела Слоана в этой форме раньше, но не так. Не таким... диким. Таким неуправляемым. Его глаза горели, как раскаленные угли, а длинный раздвоенный язык высунулся наружу. Медленно, так медленно, эта массивная голова повернулась в нашу сторону. Фишер заслонил меня своим телом, защищая, и Слоан зарычал так глубоко, что сама агрессия этого звука сотрясла мои кости. Ему не понравился этот жест.