Едва эхо последних слов растворилось над куполами, за спиной раздался резкий шорох. Растолкав опешивших охранников, Марина Мнишек рванулась вперед, понимая, что это ее единственный шанс!

— Слушайте! — звонко, ломая русские слова, выкрикнула лячка. Голос ее сорвался на визг. — Не верьте ему! Я не праздна!

Сотни мужиков внизу замерли.

— Я ношу под сердцем законного наследника! — надрывалась Марина, тщетно пытаясь выдавить слезу и прижимая ладони к животу. — Плод государя Дмитрия! А сей узурпатор Старицкий держит меня в неволе! Он алчет погубить царское семя и забрать престол!

Соборная площадь ахнула. Сдавленный стон ужаса пронесся по рядам делегатов. Посадские попятились, истово крестясь. Наличие законного наследника ломало весь смысл Земского собора.

Боярская оппозиция на крыльце мгновенно ожила. Михаил Нагой переглянулся с братом, хищно оскалив зубы. Инокиня Марфа по-стариковски захихикала, суетливо потирая сухие ладони. Враги поднимали головы, готовые вцепиться мне в горло. Аристократы искренне верили, что юный князь загнан в угол перед всем честным народом.