Мои челюсти стиснулись. Демоны хаоса просто создали хаос-людей нам на замену. Эти хаос-люди со временем разовьются интеллектуально, причем достаточно быстро, учитывая, что у них сохранится память, пусть и частичная, тех, из чьих тел их сделали. После чего они создадут для богов хаоса и принципиально новое оружие, и другие разрушительные технологии, что даст им сил для захвата своей вселенной, а после и нашей.

Когда мы подошли ближе, некоторые монстры угрожающе было поднялись, но, увидев Феистола, тут же пали на колени, в том числе и хаос-гигант. Пока мы шли через стихийно образовавшийся живой проход из коленопреклоненных монстров, я чувствовал, будто все взгляды направлены на меня, пронизывают насквозь. Но это было лишь мое воображение, монстры даже не смели поднять головы.

Наконец армия врагов осталась позади, и я смог выдохнуть свободней.

— Все это очень странно, — произнесла Ласка.

Я тем временем опять извлек аппарат для полета — все-таки на нем быстрее, чем на своих двоих, а лететь мы будем низко над землей по пустынным полям, так что все должно быть хорошо, только перед городом вновь спешимся.

— Что?

— Пока мы шли, я заметила, что некоторые в дальних рядах перешептываются. Похоже, они уже освоили язык и могут переговариваться. Ну ты и сам видел и костры, и то, что они вполне себе умеют и консервы вскрывать, и готовить себе похлебку, — сказала Ласка.

— Ну и что в этом странного?

— А странно то, что демоны хаоса продолжают направлять их на нас, вместо того, чтобы оставить и с этими двумя миллиардами построить цивилизацию, освоить технологии, а потом победить нас.

Я почесал подбородок.

— Тоже не понимаю. Ну, мы и согласились на эту миссию только ради того, чтобы узнать все подробности. Ладно, полетели.

Мы забрались на борт нашего своеобразного воздушного судна, после чего понеслись в полуметре над землей.

Луна яркой серебряной монетой застыла на небе. От нее исходит белый свет. Но его все еще маловато, чтобы даже на равнинах пустоши хотя бы сносно видеть. Ветер воет в ушах, треплет одежду, хватается за волосы, в общем, в полной мере пользуется своей безнаказанностью.

Пока мы летели, несколько раз замечали в стороне колонны с тысячами и тысячами хаос-людей, тащащих отцепленные от фур фургоны, прицепы от машин и прочее, забитыми едой. Надо сказать, что помимо хорошо видимой внешней трансформации, хаос-люди претерпели и внутреннюю. Они стали многократно сильнее физически, чем обычные люди, — что-то на уровне, близком к воинам Алиона. И именно этот факт заставляет бежать по коже мурашки, потому что эффективность оружия, сделанного из магии и технологий, как и говорил, зависит в том числе и от статов владельца. Если хаос-люди начнут выковывать оружие и доспехи, а потом перейдут и к пороховому оружию, то учитывая, что их несколько миллиардов, страшно представить, что сможет остановить такую мощную орду. Даже после массовой мобилизации в данный момент у нас насчитывается всего около миллиона воинов Алиона, порядка десяти миллионов пехоты, и еще около десяти подготавливается.

Впереди я заметил деревню — одну из тех, что ранее служили опорными пунктами. Уже хотел сворачивать, но заметил свет в некоторых окнах.

— Владыка?

— Тим?

— Давайте залетим в деревню, нужно кое-что проверить. Это возможно?

— Да, конечно, владыка.

За полкилометра до нее мы спешились и, приняв форму демонов, пошли к деревне. Первое, что я услышал, — это детские крики. Подойдя ближе, мы увидели, как несколько детей с криками носятся вокруг дома. У них также торчат щупальца из спин. Одеты в примитивные рубашки и штаны.

Внезапно дверь дома открылась, и оттуда вышла женщина. Она выдала длинную грозную фразу на непонятном языке. Нет, фонетически он похож на один из земных языков, но слова непонятны. На слух — смесь английского, русского и китайского.

Дети, понурив головы, двинулись внутрь. И только в этот момент женщина увидела нас. Охнула и встала на колено, наклонив голову и не смея смотреть в глаза.

Мы прошли мимо нее, углубившись в деревню. Пустовавшие и ранее превращенные сначала в укрепления, а потом разбитые дома наскоро восстановлены, во всех горит свет. То от одного дома несет запахом еды, то от другого.

К нам навстречу выбежали несколько мужчин, вооруженных копьями с металлическими наконечниками и преклонили колени. Одеты они в явно сшитую недавно одежду — есть небольшие аккуратные вырезы для щупалец на спине. Помимо них вышел мужчина постарше, с изъеденным морщинами лицом, седыми усами и волосами.

— Владыки, — прохрипел он, также преклонив колено. — Я глава деревни Ульваг, приветствую вас. Могу ли поинтересоваться с какой целью вы прибыли?

Говорит он с трудом, многие слова произносит, делая неправильное ударение.

— Зачем? — холодно и даже чуточку надменно спросил Феистол.

— Чтобы как можно лучше и быстрее угодить вам.

Феистол посмотрел на меня.

— Ульваг, расскажи о своей деревне, как вы обживаетесь, как у вас с пропитанием, чем занимаетесь. Воины пока могут быть свободны и продолжать нести дозор.

Ульваг поднял удивленный и немного растерянный взор, затем повернулся к воинам и произнес на непонятном языке несколько фраз.

После этого он начал рассказ. Я не подавал виду, но с каждым новым предложением у меня все сильнее сжималось сердце. Похоже, скорость, с которой развиваются хаос-люди, невероятна. Они уже на основе нескольких языков, что остались в обрывках памяти, создали свой язык. В конкретно этой деревне появился кузнец и еще портной. Помимо запасов, что им привезли из покинутых супергородов, сами местные промышляют охотой, но знают, что скоро к ним прибудут животные для развития подсобного хозяйства.

Услышав все это, я велел позвать кузнеца. К нам вышел массивный мужчина с длинными, подвязанными ремешком волосами. Я потребовал от него рассказать, как он научился кузнечному делу. Мужчина на миг замялся, после чего начал рассказывать о снах и видениях. Только благодаря переводчику в виде старейшины, пусть это и было сказано в простых словах, я понял, что кузнец видел видео про кузнечное дело, в котором показывалось, как ковать металл. Вероятно, до перерождения этот человек любил смотреть видео в сети, причем самое разное, и в том числе о том, как кузнецы-любители или самоучки изготавливали разные изделия: в основном либо оружие из разных игр, либо обычные предметы типа ножей, но из необычных металлов или материалов — типа брали металлический канат или несколько старых прутьев, скручивали и, разогрев, перековывали, придавая новую форму. Видимо, память у хаос-людей пусть и обрывчатая, но очень хорошая, раз помнят подобное до мелких деталей. Похожая история оказалась и у портного.

Спустя полчаса мы покинули деревню.

Лицо Ласки было мрачнее некуда.

— Видел копья с металлическими наконечниками? — спросила она.

— Угу.

— Если у этих хаос-людей еще и специализации появятся, они освоят магию и алхимию — нам конец. Единственное, не могу понять, откуда дети так быстро взялись?

— Ну тут просто, ведь в хаос-людей обращали не только взрослых, но и детей. Либо они превратились в них, уже попав под укус другого хаос-человека, — пояснил Феистол.

— Ладно, продолжаем путь. Нужно быстрее добраться до города.

Мы вновь полетели. В деревнях больше не останавливались, облетая их стороной. Темнота ночи сыграла нам на руку, и не пришлось делать огромные крюки. Так как мы летели на запад, то ночь для нас будто растянулась. Вскоре пустошь сменилась редкими лесами, нам стали попадаться даже небольшие городки, заброшенные во время переселения в супергорода, но сейчас оживающие с новыми жителями.

Наконец на востоке начало светать, а впереди появились стены супергорода Евразии-1, расположившегося на территории, где когда-то давно была страна под названием Польша.

Убрав транспортное средство, мы вновь вошли в режим владыки демонов и переместились к дороге, по которой уже пошли к самому городу. Навстречу нам то и дело попадаются хаос-люди, тянущие за собой отцепленные фургоны и прицепы, забитые разного рода едой, но в основном консервами. При виде нас они сначала несколько мгновений пристально всматривались, потом тут же преклоняли колено. Как и сказал Феистол, его «аура» защитила нас от разоблачения.