После того как крики сначала сменились хрипом, а потом просто бульканьем и Крыса испустил дух, девушка убрала топоры и осмотрела остальных бандитов. Только в этот момент они вышли из оцепенения, винтовки полетели на пол, а сами они упали на колени.

— Прошу, не убивайте нас, мы признаем тебя новым боссом, — пролепетали они один за другим, глядя на меня.

— Отлично. Но, прежде чем мы приступим, выстройтесь вон там и оголите правую руку.

Мужчины, пересматриваясь, встали в ряд, закатали рукава и, вытянув руки, повернули их ладонями кверху.

— Сейчас я наложу метки, что будут отличительным знаком банды. Я их называю метки преданности. Вы не должны сопротивляться, а также должны подтвердить, что принимаете их добровольно. Считайте это клятвой верности мне.

Лица их бандитов мрачные, но никто не стал возражать. Надеюсь, то, что я задумал, сработает.

Я подошел к первому и начал накладывать заклинание. По идее, они поступают добровольно, ведь я не приставляю к их голове пистолет и не пытаю их. С другой стороны, можно сказать, что и принуждаю, пусть и косвенно. Все сведется к их моральному ориентиру — если можно так выразиться. Если подобное подчинение, что я устроил, для них кажется нормальным, не выбивается за рамки понятий — тогда и наложение заклинания пройдет гладко.

Я начертил в воздухе над рукой бандита чуть ниже запястья знак в виде круга, внутрь которого вписан треугольник с оком на вершине. Пока я это делал, на коже бандита этот знак проявлялся зеленым пламенем. Его дыхание участилось, на лице появился пот, он задышал чаще, но руку не убрал. Когда рисунок был готов, огонь на миг усилился, а затем погас, и на руке остался четкий знак, похожий на татуировку, только сделанный темно-зеленой тушью.

Так заклинание подчинения, которому меня в свое время научил Феистол, постепенно было наложено на всех двадцати пяти бандитов. Осталось проверить, как оно работает.

Я подошел к одному из столиков, на котором небрежно валяется кем-то оставленный пистолет. Стоя спиной и закрыв тем самым обзор бандитам, я быстро разрядил пистолет, и убрал патроны в инвентарь. После чего передернул затвор, пустой магазин с щелчком вставился в рукоятку. Я повернулся и, подойдя к одному из бандитов, передал его ему в руки.

— Приставь дуло к своему виску и нажми на спусковой крючок! — приказал я на ломаном немецком, повторяя за тем, что мне транслирует автопереводчик в чипе.

Я не знаю, как заклинание работает, потому и использовал эту формулировку, вдруг заклинание каким-то образом «знает», что в пистолете нет патронов и если бы я сказал: «убей себя», то заклинание заставило бы бандита бить себе рукояткой пистолета по голове, или он бы вообще пошел, зарядил пистолет и только тогда выстрелил.

Бандит нерешительно оглянулся на товарищей, лысая голова заблестела от пота, в серых глазах появился страх. Он замешкался, но внезапно печать на руке вспыхнула. Мужчина зашипел, а его рука с пистолетом сама стала подниматься к голове.

— Стоп… нет… по… мо… ги… те… — сквозь сжатые зубы простонал он.

Рука, дрожа, поднялась, дуло направилось на висок, палец плавно нажал на спусковой крючок. Раздался щелчок, стоящие рядом бандиты вздрогнули.

— Отлично, передай теперь мне пистолет, — приказал я.

Бандит бодрее выполнил приказ.

— Что ты с нами сделал? Это не просто метки! — взревел Вепрь.

— Да, это заклинание подчинения. Теперь вы не можете пойти против меня или ослушаться приказа. Увы, просто на доверие по отношению к бандитам я рассчитывать не могу. Даже если меня вы убить не можете, это не значит, что не попытаетесь сбежать, саботировать приказы или еще как-нибудь вредить. Так что пришлось перестраховаться. Зато теперь я уверен, что вы будете послушными. Поверьте, это полезно и сделано даже для вашего блага. На всякий случай говорю, что если пытаться срезать кожу или отрубить руку, это ничего не изменит, печать проявится выше, так как договор заключается на духовном уровне, с помощью маны. Так что будете теперь мне служить, пока я сам не решу отпустить вас.

Лица их побледнели, словно они увидели перед собой дьявола во плоти.

Пауль с опаской посматривает на бандитов, но в целом мне удалось его убедить, что будет все в порядке. Я запретил бандитам хоть как-то прикасаться и вредить остальным людям. Как я успел разобраться, всех выживших тут использовали в качестве рабов — мужчины убирались и прислуживали, женщин в основном насиловали. Ну теперь будет все по-другому. Как я успел убедиться, приказы мои абсолютны и ослушаться их они не могут. Также я у Феистола еще раз уточнил некоторые детали заклинания.

Бандиты посматривают на парня с опаской, потому что когда я послал двоих сообщить Феистолу обстановку и привести сюда его и Пауля с Ханной, то парень предстал перед посланниками в демоническом обличии. На тыльной стороне его руки тоже красуется печать подчинения, но общаемся мы нормально, так что на психологическом, подсознательном уровне у бандитов наверняка уже начнет формироваться паттерн поведения по отношению ко мне, подобный тому, что у Феистола. Ну еще бы — сам демон хаоса подчиняется мне. На полную лояльность я не рассчитываю, но хотя бы во многих моментах не придется применять жесткий приказ, чтобы задание было выполнено, и надеюсь, что не будет попыток саботажа и формального следования указаниям.

Целый день обустраиваем убежище — по моему плану, ему придется функционировать еще долго, потому что вывести всех граждан у нас нет возможности. По крайней мере пока. Так что после того, как мы закончим все, что я планирую провернуть в Евразии-1, мы покинем это место и оставим бандитов и гражданских дальше тут выживать, пока не победим в войне. Надо будет принять меры, чтобы бандиты не вернулись к привычному образу жизни — раздать такие приказы, чтобы обойти они их не смогли.

— Босс, мы все сделали, — сказал Вепрь.

— Отлично, тогда все по постелям. Ночью пойдем на вылазку.

Мужчина сухо кивнул, после чего отправился к остальным. Они позапрыгивали на койки. У многих кислые рожи, оно и понятно, теперь и не выпить, и не закинуться препаратами, и ни девок не помять, слушая их плач и поглядывая на отвернувшихся в бессилии мужей, закрывающих уши ладонями. Ну ничего, привыкнут.

Я заметил, что Феистол общается с Паулем, а Ханна пристает к нему, пытаясь привлечь внимание, чтобы он с ней поиграл. Удивительно, как они быстро привыкли к демону хаоса.

— Тим, ты сам не хочешь поспать? — спросила Ласка.

— Учитывая наши показатели статов, мы можем по несколько суток не спать — тела наши выдержат без проблем, да и потом будет просто дебафф на уменьшение очков жизни…

Я глянул на девушку и оборвал речь. Несмотря на то, что физически мы не устали, в глазах девушки можно прочитать моральную усталость после всего пережитого. Все-таки сон — это не только для отдыха физического, но и для душевного.

— Да, давай поспим, — сказал я.

Мы подошли к койке, что стоит отдельно от остальных. Она довольно просторная, чтобы мы поместились вдвоем, — все-таки мы довольно худенькие, но даже так девушка наполовину залезла на меня: закинула ногу и руку, прижавшись всем телом сбоку, а также положила голову на грудь, словно проверяя сердцебиение.

Вот странно все это — сердцебиение у существа, состоящего из цифр. Я и Ласка не состоим из атомов, а состоим из нулей и единиц, которые только создают имитацию человека. Вены, кровь, сердцебиение — все это имитируется, все выглядит со стороны неотличимым от реального, но стоит начать пытаться рассматривать все на атомарном уровне, и тогда там вместо атомов будут цифры.

Как же все теперь перемешалось. Раньше было понятно: вот реальность, вот материя, все состоит из атомов, а те — из более мелких частиц. Теперь же я вроде цифровой, но вполне себе реальный и даже материальный. Да и наша планета, смешавшись с Алионом, перестала быть привычной. Не говоря о том, что из космоса она выглядит как черная дыра, разве что не ведет себя так же — не засасывает все в солнечной системе. Говорят, что черные дыры могут вести в иные измерения. Так может, так оно и есть? Вот так оно и выглядит? А еще становится понятно, почему мы не можем обнаружить обитаемых планет с высокоразвитой расой. Если они пошли по тому же пути, что и мы, то тоже создали свою виртуальную реальность, которая прорвала ткань реальности, и по итогу эти планеты, тоже слившись с виртуальными мирами, стали черными дырами. Если так, то во сколько еще реальностей и иных вселенных открыты пути? И как бы так не получилось, что мы, победив богов хаоса и, наконец, выйдя в космос, вдруг столкнемся с другими богами из других вселенных, которые не проиграли в своих войнах? Так наша вселенная может наполниться сотнями, тысячами, миллионами разломов, ведущих в другие, самые удивительные вселенные, откуда к нам могут прийти самые жуткие и необычайно могущественные монстры, что в конце концов устроят в нашей вселенной эпичную войну.