При заключении сделок драгоценный металл взвешивали с помощью небольших весов. Такие весы были необходимы любому человеку Х столетия, который занимался торговыми сделками. По размерам и форме они были похожи на современные аптекарские весы, состояли из двух литых чашечек и коромысла, которое могло быть складным. В комплект торговых принадлежностей обязательно входили бочонковидные гирьки, выверенные по массе до десятых и даже сотых долей грамма. Для того чтобы монета точно соответствовала определенной массе, ее иногда резали на части. По-видимому, именно отсюда происходит название одной из весовых денежных единиц Руси — «резана».

Вот как описывает такую весовую сделку одна из больших родовых «саг об исландцах» — «Сага о Людях из Лососьей долины»:

«Однажды, когда Хаскульд вышел развлечься с некоторыми людьми, он увидел великолепный шатер в стороне от других палаток. Хаскульд вошел в шатер и увидел, что перед ним сидит человек в одеянии из великолепной ткани и с русской шапкой на голове. Хаскульд спросил его, как его зовут. Тот назвал себя Гилли.

— Однако, — сказал он, — многим больше говорит мое прозвище: меня зовут Гилли Русский.

Хаскульд сказал, что много о нем слышал. Его называли самым богатым из торговых людей.

Тут Хаскульд сказал:

— Ты, видно, сможешь продать нам вещи, которые мы охотно бы купили.

Гилли спросил, чтобы он и его спутники желали купить. Хаскульд сказал, что он хотел бы купить рабыню.

— Если у тебя есть рабыня на продажу.

Гилли ответил:

— Вы думаете поставить меня в затруднительное положение, спрашивая о вещи, которой, как вы полагает, у меня нет в продаже. Однако дело обстоит не так, как вам кажется.

В. М. Васнецов. Варяги. На рисунке изображена сцена призвания Рюрика на русское княжение. Художник изобразил скандинавов в доспехах норманнов с ковра из Байе, относящегося к ХI веку — длинных кольчугах, заостренных конических шлемах. Славяне и финны, приглашающие варягов, разложили перед ними главные богатства своих земель — меха и мед. Видны на рисунке и коровьи рога, широко применявшиеся в качестве ритуальных кубков.

Хаскульд заметил, что шатер был разделен надвое пологом. Тут Гилли приподнял этот полог, и Хаскульд увидел, что там сидело двенадцать женщин. Тогда Гилли сказал, что Хаскульд может пройти туда и присмотреться, не купит ли он какую-нибудь из этих женщин. Хаскульд так и сделал. Все они сидели поперек шатра. Хаскульд стал пристально разглядывать этих женщин. Он увидел, что одна из женщин сидела недалеко от стены, она была одета бедно. Хаскульд обратил внимание на то, что она красива, насколько это можно было разглядеть. Тут Хаскульд сказал:

— Сколько будет стоить эта женщина, если я ее куплю?

Гилли отвечал:

— Ты должен заплатить за нее три марки серебра.

— Мне кажется, — сказал Хаскульд, — что ты ценишь эту рабыню довольно дорого, ведь это цена трех рабынь.

Гилли отвечал:

— В этом ты прав, что я прошу за нее дороже, чем за других. Выбери себе любую из одиннадцати остальных и заплати за нее одну марку серебра, а эта пусть останется моей собственностью.

Хаскульд сказал:

— Сначала я должен узнать, сколько серебра в кошельке, который у меня на поясе.

Золототканая тесьма. Современная реконструкция. Экспортируя сырье, Русь активно ввозила предметы роскоши. На фото показана узкая (до 1,6 см) шелковая лента, узор на которой выполнен золотой или серебряной нитью, которая пропускалась вторым утком. Такая лента поступала на Русь из Византии, а главным центром ее производства была мусульманская Испания — ал-Андалус. Лента широко применялась для отделки одежды русской знати — князей и бояр, а также воинов-дружинников, купцов и зажиточных горожан.

Он попросил Гилли принести весы и взялся за свой кошелек. Тогда Гилли сказал:

— Эта сделка должна совершиться без обмана с моей стороны. У женщины есть большой недостаток. Я хочу, Хаскульд, чтобы ты знал о нем, прежде чем мы покончим сделку.

Хаскульд спросил, что это за недостаток. Гилли отвечал:

— Эта женщина немая. Многими способами пытался я заговорить с ней, но не услышал от нее ни одного слова. И теперь я убежден, что эта женщина не может говорить.

Тут Хаскульд сказал:

— Принеси весы для денег, и посмотрим, сколько весит мой кошелек.

Гилли сделал так. Они взвесили серебро, и оно было три марки весом. Тут Хаскульд сказал:

— Дело обстоит так, что наша сделка должна совершиться. Возьми серебро, а я возьму эту женщину. Я признаю, что ты в этой сделке вел себя, как следует мужу, потому что, очевидно, ты не хотел меня обмануть».

Женщина, приобретенная таким образом, оказалась ирландской принцессой, дочерью короля Мюркьяртана…

Нельзя исключать того, что Гилли получил свое прозвище именно из-за своей торговли на Руси, возможно также и то, что именно с выгодной русской торговлей было связано его богатство.

Однако Волжский, Днепровский и Двинский пути — это далеко не все транспортные артерии Руси, а лишь самые большие и известные из них. Многочисленные мелкие реки пронизывают все пространство Русской равнины, и каждая из этих рек могла использоваться как торговый путь.

Древнерусский воинско-купеческий костюм. Не вполне понятно, что подразумевается в исландской саге под «русской шапкой» купца Гилли, но нельзя исключать, что речь идет о круглой шапке с меховым околышем. Такие шапки хорошо известны по более поздним изображениям русских князей. Такая беседа (участники — купец-рус и скандинавская девушка) вполне могла происходить на улице древнерусского торгового города, например, Ладоги или молодого Новгорода. Авторы реконструкций М. Савинов и О. Филипенкова.

Бывает так: на каком-нибудь небольшом славянском или финском поселении археологи находят цветные привозные бусы, потом серебряный арабский дирхем, а за ним — и еще один. Один из дирхемов отчеканен в Багдаде при халифе из династии Аббасидов, а другой — на пятьдесят лет позже, в Средней Азии, при эмире Нухе ибн Мансуре. Значит, предприимчивые дельцы, скупщики мехов, пробирались на своих лодках к жителям деревни по крайней мере на протяжении этих нескольких десятков лет…

Итак, купец — такой же строитель древнерусского государства, как и воин. Международная торговля привлекала на Русь энергичных, предприимчивых людей, способствовала росту торговых городов. Образы купцов попали даже в былинный эпос. Вспомним, например, знаменитого новгородца Садко — он именно купец, судовладелец, и былина о нем содержит множество точных деталей древних торговых экспедиций, включая, например, жертвоприношение морскому божеству!

А теперь мы вновь возвратимся в мир войны и попытаемся ответить на вопрос — как же сражались русские воины X столетия, какие приемы использовали в бою? В поисках ответа нам поможет реконструкция древнего оружия и доспехов.

Летопись, рассказывая о войнах и сражениях, зачастую скупа на мелкие детали. У летописца другая задача — передать общий ход боя, отметить его жестокость (если она была особо выдающейся), назвать самые тяжелые для обеих сторон (или только для той стороны, которой летописец сочувствовал) потери и, конечно, сказать, кто в сражении победил. Для изучения приемов боя летопись нам не подойдет — она их будет упоминать мельком и лишь в тех ситуациях, когда это важно для сюжета летописного рассказа, например, рассказа об убийстве.