— Ну, да, — кивнул он. — Точно, да. Жизнь течёт, всё меняется. Только дядя Лёня всегда на месте. На месте. Так что, если чего надо… надо, всегда знаешь, где найти.

— Знаю, конечно. Сосед-то мой не появился?

— Сосед? Нет. А Наська-то хорошая девчонка. Хорошая. Красивая, добрая. Я-то думал, у вас шуры-муры, ну… Понимаешь, да? Тити-мити, думал…

Соломка взглянул мне в глаза и тут же включил заднюю.

— Ну ладно, ладно. Молчу… А чё, характерами не сошлись, или как?

— Дядя Лёнь.

— Да я так, чисто для себя интересуюсь. Для себя, Серёжка. Как мамка-то?

— Нормально. Работает.

— Тоже давно не видал. Ты надолго приехал?

— Нет, дядя Лёня, не особо.

— Ну да, да. Ладно. Ты уж не пропадай. Не забывай родные палестины.

Мы вместе зашли в подъезд и на моём этаже попрощались. Он пошёл дальше, а я зашёл к себе. Квартира долго стояла пустой, но знакомый и ставший уже родным запах ещё не выветрился. Я зашёл в мамину спальню. Достал из тайника баксы. Закрыл всё, подошёл к окну, постоял, глядя на двор, занесённый снегом.

Котлован стоял без движения. Стройку пока никто не начал. А вот снега намело много. Зима была снежной. Я прошёлся по комнатам, собрал нужные вещи. Потом позвонил Ангелине, сказал, что скоро заеду. Спустился и, перед тем как сесть в «Ларгус» Кашпировского, оглянулся и поднял голову. В окне кухни, как всегда, стоял Соломка. Включился свет в Настиной комнате. И тут же погас. Я кивнул, открыл дверцу, бросил рюкзак на заднее сиденье и уселся рядом с Витей.

В Дубай мы прилетели ночью. Было тепло и сыро. Но пока спускался по трапу подул холодный пробирающий ветер. Я поёжился, дожидаясь, пока спускалась Ангелина.

Роскошный микроавтобус, отделанный кожей, отвёз нас в вип-лаунж. Там мы без очереди прошли пограничные процедуры, вышли наружу и уселись в машину, которую прислала за нами Женя. Встреча с ней была назначена на утро.

Поехали в отель. Я выбрал его неподалёку от дома и офиса Евгении, на Пальме. Не дешёвый, но и не самый роскошный. Ангелина не возражала.

Зашли в номер. Из окна открывался прекрасный вид. Я посмотрел на яркие огни, на чёрную гладь воды. Город не спал, ночная жизнь кипела, неслись машины, светились вывески. Ангелина пошла в душ, а я, размышляя над тем, что предстояло сделать, так и стоял у окна.

Зазвонил телефон. Я сразу снял трубку.

— Джейн! — сказал я.

— Ха-ха! Точно! Привет!

— Привет. Давно не слышались. Ты уже приехала?

— Да. Евгения позвонила, сказала, что ты хочешь нанять меня для нового дела.

— Так и есть. Ты когда прилетела?

— Сегодня.

— Отлично! Я вот тоже сегодня. Буквально только зашёл в отель. Ну что, завтра утром увидимся?

— Уже сегодня, — поправила она. — Ты в отеле?

— В отеле.

— Ну? А как ты смотришь на то, чтобы не дожидаться утра?

— Я думал, мы встретимся в офисе… Ты хочешь, чтобы я приехал?

— Вообще-то… я уже сама приехала, — сказала она и засмеялась. — Я в отеле.

Я нахмурился.

— Ты имеешь в виду, в «Сент-Риджисе»?

Она не ответила, и тут же щёлкнул замок входной двери. Я обернулся и увидел её. Она стояла в дверях, улыбалась и помахивала карточкой.

— Мастер-ключ, — засмеялась она.

Я тоже засмеялся и покачал головой.

— Вот это да, — сказал я, чувствуя себя героем анекдота и направляясь ей навстречу. — Вот это сюрприз.

Она мягко закрыла дверь и подошла прямо ко мне. Улыбнулась. В глазах плясали озорные огоньки.

— Ну что? Вспоминал обо мне?

— А ты?

— Вспоминала пару раз, — сказала Джейн.

Она притянула меня к себе и поцеловала.

Щёлк.

Открылась дверь в ванную. Джейн с удивлением обернулась. Я тоже обернулся и увидел изумлённую Ангелину, в халате, с мокрыми волосами и полотенцем в руках.

— Ого! — сказала Джейн.

— Здрасьте… — кивнула Ангелина…

В завершение «Ревизора» Николай Васильевич Гоголь использовал неординарный приём. Приехал наконец-то долгожданный инкогнито из Петербурга — и бабах, гром среди ясного неба. Тык-дык, тык-дык, тык-дык — понеслись мыслишки у персонажей. Замерли чиновники, превратились в статуи, в скульптурную группу, почище того древнегреческого Финея. Прекрасный драматургический приём, надо отметить. Но то сцена, с её преувеличениями, гиперболами и гротеском. А здесь была реальная жизнь.

Но сказать, что в реальной жизни получилось так же убойно, как у Гоголя, я бы не смог. Все, конечно, замерли, но ненадолго. Яна резко повернулась к Ангелине и выбросила руку вперёд. Выпрямила ладонь и представилась:

— Я, Джейн. Фрилансер. Сотрудничаю с Сергеем.

— А я… Ангелина… — растерянно сказала Ангелина и пожала предложенную руку.

— Ну что, Сергей? — снова повернулась ко мне Яна. — Приятно снова увидеться, но, я так понимаю, наша встреча посвящена не нежным объятиям и воспоминаниям о былых подвигах.

Я усмехнулся, потому что вся работа мысли Ангелины очень чётко отражалась на её лице.

— Насколько я поняла из разговора с Евгенией, — продолжила Яна, — у тебя есть дело для меня и для моих парней.

— Всё верно, — кивнул я. — Есть небольшое дельце.

— Я подумала, что если мы обсудим всё прямо сейчас, то к утренней встрече у Евгении я при необходимости смогу уже предложить что-то конкретное. Что думаешь?

— Просто отлично.

— Тогда пойдём в бар, выпьем кофе и обсудим в общих чертах проблему.

— Вы можете оставаться здесь, — обрела наконец дар речи Ангелина.

— Нет, — сказал я. — В баре нам будет удобнее, а ты спокойно ложись.

Дар речи-то она обрела, но забывать того, что видела, пока не собиралась. Видела она, конечно, не так много, но… финальную часть поцелуя, я думаю, отсканировать успела. На мои слова она просто пожала плечами, развернулась и скрылась в ванной. Впрочем, тут же выглянула обратно, хмуро глянула на Яну и добавила:

— Приятно было познакомиться, Джейн.

Не дожидаясь ответной реплики, она закрыла дверь.

Джейн подняла брови и покачала головой, взглянув на меня взглядом, подразумевавшим что-то вроде, а ты ходок, Серёжа.

— Пойдём, — сказал я.

В лифте было тихо, сияли зеркала, стоял дорогой аромат.

— Твоё появление было эффектным, — сказал я. — И приятным.

— Не будем об этом, — сказала она, повернулась к зеркалу и поправила причёску. — Не было никаких обещаний. Не было никаких несбывшихся надежд. Давай лучше обсудим дело, ради которого ты меня позвал.

Мы зашли в бар и заказали кофе. Сели за дальним столиком. Посетителей почти не было.

— Ну рассказывай, — кивнула Яна.

Я сделал глоток. И рассказал. Разложил всё по полочкам, чётко и по делу, начиная с Царя Гороха.

— Здесь, в Дубае скрывался мой человек Панюшкин, — сказал я. — Скрывался он под вымышленным именем, а московский гангстер Давид захотел до него добраться. Он обратился к некоему албанскому авторитету Бледару, для того чтобы тот нашёл этого самого Панюшкина. Бледар подтянул под это дело местную группировку, содержащую элитный бордель, где, собственно, Панюшкин и был обнаружен. Взят тёпленьким.

— Не слишком-то он пытался остаться незаметным, похоже, — покачала Яна головой.

— Да, не говори, бестолочь, бывший начальник службы безопасности. Я отправил сюда Александра, того самого Александра, с которым мы работали в прошлый раз, помнишь?

— Помню, конечно.

— Отправил чтобы он опередил людей Бледара, и увёз Панюшкина в третью страну. Но, судя по всему, Александр не успел. И несмотря на свои связи, сам попался на крюк. Его взяли. Он дал похитителям телефон Евгении, бандиты позвонили ей и сказали, что хотят получить за него выкуп. Вот такие исходные данные. Ну, а я собираюсь сегодня днём встретиться с тем самым Бледаром по рекомендации того самого Давида. Я уже с ним договорился.

— Довольно запутанная история. Хочешь решить проблему ходом сбоку?