Вид из кормовой оборонительной точки «Мицубиси» G4М1, вооружённой 20-мм автопушкой обр. 99 мод. 1 на базе «Эрликон» FF

Истребителям было приказано возвращаться к соединению, тем более, что ма­ш­ины 2-го дивизиона после резкого набора вы­со­ты и последующего боя на по­л­ной тяге двигателей уже летели на последних каплях бензина. Однако в воздухе всё ещё на­хо­ди­лось три японских «подранка», оказавшихся в стороне от основ­но­го боя. Возможно, они смогли бы уйти или хотя бы по­пы­та­ть­ся сесть на воду, если бы не пилоты пикировщиков «Дуглас» SBD-2 «Донтлесс», которые тоже решили по­участвовать в ме­ро­при­я­тии.

Самолёт заместителя командира 2-й разведывательной эскадрильи капитан-лейтенанта Эдварда Аллена был среди тех одиннадцати SBD, которым при­ш­лось сро­чно подняться в воздух, чтобы освободить палубу от заправленных машин. Заметив уходящие японские бом­ба­р­ди­ро­в­щи­ки, он спикировал на один из них и добил его из пары носовых 7,62-мм стволов. Вторую японскую машину приш­лось ата­ко­вать более оригинальным способом – не успевая набрать высоту, Ал­лен просто пролетел под ней, дав своему стрелку-ра­ди­с­ту возможность расстре­лять беззащитное «брюхо» японца из турельного 7,62-мм пулемёта.

А последнему самолёту 2-го тю­тая откровенно не повезло, он успел отдалиться от американского соединения уже на 80 миль [148 км] и имел все шансы уце­ле­ть, если б не нарвался на возвращавшийся из дальнего патрулирования «Донт­лесс» тоже заместителя командира, но уже 2-й бо­м­ба­р­ди­ро­во­ч­ной эскадрильи капитан-лейтенанта Уолтера Генри. Все девять машин 2-го тютая были уничтожены.

Тем временем 1-й тютай в составе восьми бомбардировщиков под командованием капитана 3-го ранга Такудзё Ито наконец нашёл американские корабли, и в 17:00 командир эскадрильи доложил об этом в Рабаул. Радар «Лекс­и­н­гтона» в свою очередь обнаружил новую групповую цель в 16:49 всего в 30 ми­лях [55,6 км] от себя, то есть в момент, когда в воздух уже поднялись послед­ние четыре истребителя.

Однако из-за несовершенства техники, а также большого количества самолётов в воздухе – остатки первой волны японцев, 27 своих истребителей и пи­кировщиков, плюс пикировщики, возвращавшиеся из дальнего патруля – эта новая засечка далеко не сразу была идентифицирована, как самолёты против­ни­ка. Вторично новая цель была обнаружена лишь в 17:00 на расстоянии всего девять миль [16,7 км] от корабля, а в 17:02 наблюдатели на авианосце об­на­ру­жи­ли « ст­рой из шести или восьми бомбардировщиков » уже и визуально.

Даже в случае хорошо скоординированной атаки вторая группа «Бетти» не смо­гла бы появиться на сцене в настолько уда­ч­ный момент. Семь оставшихся «Уай­лд­кэтов» 1-го и 3-го дивизионов преследовали уже снизившиеся бомбарди­ров­щ­и­ки из первой группы и серьёзно отдалились от соединения. Пять истребите­лей 2-го дивизиона, в свою очередь, выстроились в круг над ави­а­но­с­цем в ожи­дании по­садки.

Таким образом, единственными, кто стоял между «Лексингтоном» и прибли­жа­ю­щимися на высоте 3000 метров японскими бомбардировщиками, было оставленное в резерве звено старшего лейтенанта Эдварда О'Хэйра. Ему наконец-то предо­с­та­вилась возможность тоже немножко пострелять. Получив целеуказание два «Уа­й­лдкэта» отправились на перехват.

Порядок и направление атак старшего лейтенант Эдварда Г. О'Хэйра, 20 февраля 1942 года (Реконструкция Джона Ландстрома)

В качестве первой жертвы О'Хэйр выбрал правое звено из трёх самолётов, ата­куя сверху-справа он расстрелял правый дви­га­тель правого ведомого, а затем, аккуратно сместив прицел, также правый двигатель уже левого ведомого. Обе машины за­го­ре­лись, начали терять высоту и вывалились из строя. Стараясь не столкнуться со сбитыми им самолётами, старший лейтенат О'Хэйр проскочил сквозь японский строй и начал набирать высоту для нового захода уже с про­тивоположной стороны.

По­лу­чив время оглядеться, О'Хэйр не обнаружил своего ведомого – как ока­за­л­ось, у того заклинили пулемёты, и он был вынужден крутить фигуры высшего пилотажа в надежде, что перегрузки помогут передёрнуть затворы. Таким об­ра­зом старший лей­те­нант остался единственным защитником «Лексингтона». Вто­рая атака была проведена уже не поперек строя, а по диагонали, слева-сзади. Пе­рвой очередью он поджёг левый двигатель крайнего левого самолёта 3-го неполного двухсамолётного звена, а за­тем, продолжая движение, также левый двигатель левого ведомого 1-го звена. Набирая высоту для следующего захода О'Хэйр заметил, что на первом из подожжённых им во втором заходе самолёте сработала система пажаротушения, пламя исчезло, и оставляющая шлейф лью­щегося из пробитого бака бензина «Бетти» упорно нагоняет строй.

К этому моменту пять оставшихся в строю японских бомбардировщиков уже по­чти достигли точки сброса и вокруг них на­ча­ли рваться снаряды 127-мм зе­ниток «Ле­ксингтона». Не обращая внимания на разрывы одинокий «Уайлдкэт» начал третий за­ход. На этот раз целью была выбрана командирская машина, на ко­то­рой должен был находиться наиболее опытный бомбардир под­ра­з­де­ле­ния. О'Хэйр прицель­но расстрелял левый двигатель «Бетти», причём настолько ус­пе­шно, что огром­ный двухрядный 14-цилиндровый двигатель «Мицубиси Касэй» весом в три че­т­верти тонны сорвало с креплений, и он улетел в сторону.

Взрыв был настолько впечатляющим, что уцелевшие японские лётчики доложи­ли затем о прямом попадании зенитного сна­ря­да в самолёт командира эскад­ри­льи. Лишившуюся двигателя и части мотогондолы машину развернуло влево, и она начала падать. Однако находившийся в ней главный бомбардир эскадри­льи уже успел вывести подразделение в точку сброса, и через считанные секун­ды че­тыре оставшихся в строю «Мицубиси» G4М освободились от своих восьми бо­мб, а старший лейтенант О'Хара тем временем атаковал свою шестую цель, но, выдав короткую очередь, пулемёты замолчали – у «Уайлдкэта» за­ко­н­чи­л­ся бое­комплект (по 430 патронов на каждый из его четырёх 12,7-мм стволов).

«Мицубиси» G4М командира эскадрильи капитана 3-го ранга Такудзё Ито. Хорошо видно отсутствие левого двигателя с большей частью его мотогондолы, а также шлейф бензина из правого крыльевого бака. Съёмка с борта авианосца «Лексингтон», 20 февраля 1942 года.

С момента первого захода и до окончания боезапаса прошло всего четыре минуты, и всё это время на «Лексингтоне» принимали истребители 2-го дивизиона. При эт­ом авианосец не мог идти постоянным курсом на ветер – это превратило бы его в иде­а­ль­ную мишень для бомбардировщиков противника – поэтому пилотам (а та­к­же посадочному сигнальщику капитан-лейтенанту Дибреллу) пришлось за­дей­ствовать весь свой опыт, чтобы посадить пять машин на полётную палубу кора­б­ля, описывавшего ши­ро­кую циркуляцию на скорости 30 узлов [55,6 км/ч] с ру­лём, зафиксированным на 30°.

В 17:09 последний самолёт коснулся па­лу­бы и Дибрелл едва успел покинуть свой пост на корме и прыгнуть в укрытие, когда за этой кормой начали рваться ави­а­бомбы. Вторая группа сработала намного точней первой – ближайший вз­рыв по­днял столп воды всего в 30 метрах от корабля, и уходившие японские лётчики при­няли это за прямые попадания.

А в это время мичман Ватанабэ, пилот самолёта командира эскадрильи смог ка­ким-то чудом остановить падение по­те­ря­в­ше­го двигатель бомбардировщика, вы­ровнять машину и направить её на американский авианосец. Но командир «Ле­ксингтона» уже мог маневрировать и развернул корабль кормой к прибли­жаю­ще­муся самолёту. Тот уже входил в зону поражения сре­д­ств ПВО ближнего рад­и­уса, и на авианосце отчётливо видели отсутствие левого двигателя и яркие «лы­ч­ки» командира эс­ка­д­ри­льи на киле «Бетти».