Эскортная группа сократилась до трёх «Зеро», но даже не это было самым стра­ш­ным – капитан-лейтенант Сигемацу уже видел, что из-за своего приступа мо­лодецкой удали полчаса назад он теперь гарантированно не сможет выполнить по­с­тав­лен­ную перед ним задачу. Одно дело – оборонять плотный строй, что во­з­можно достаточно эффективно осуществить даже ма­лы­ми силами (что недав­но наглядно продемонстрировала всего пара «Уайлдкэтов» 3-й истребительной, ос­у­ществлявших не­по­с­ред­с­твенное прикрытие торпедоносцев с «Йорктауна»), и со­в­сем дру­гое – пытаться защитить уже рассредоточенные по ог­ром­но­му про­стра­н­ству одиночные пи­ки­ров­щи­ки, каждый из которых про­ры­вал­ся к цели по сво­е­му маршруту и на свой страх и риск. Оставалось лишь попытаться отвлечь на се­бя хотя бы какие-то истребители противника.

Несмотря на простреленную плоскость, «Уайлдкэт» старшего лейтенанта Мэтсо­на сохранял боеспособность, поэтому тот про­дол­жил поиск целей, и цель не за­ставила себя ждать – судя по всему, пилот очередного «Вэла» не знал о том, что их эскорт наконец соизволил появиться на поле боя, поэтому он продолжал из­о­бражать истребитель. Далее всё шло по уже сло­жив­шей­ся за эти пять минут тра­диции – идущий в лобовую атаку пикировщик получил первые пули в капот и ре­зко пошёл на сни­же­ние. Имевший печальный опыт Мэтсон не стал испы­ты­ва­ть надёжность своих «Браунингов» отрицательной перегрузкой, и вме­сто то­го, что­бы «клюнуть носом» вслед за снижающимся японцем, сделал широкую «бо­ч­ку» и зашёл к нему с траверза.

Сближаясь с японским бомбардировщиком американский пилот не мог избави­ть­ся от ощущения, что что-то идёт не­пра­виль­но. И только на дистанции прице­ль­ного огня он понял, что именно: стрелок-радист «Вэла» даже не пытался вес­ти по нему огонь. Причина была проста – второй член экипажа сидел лицом впе ­ рёд , а турельный 7,7-мм пулемёт обр. 92 был вообще по-походному спрятан в ни­шу фюзеляжа. Длинная очередь, прошившая самолёт от капота до хвоста, ск­о­­рей всего сразу убила обо­их лётчиков, и «Вэл» свалился в беспорядочное сни­же­ние, но поскольку это не сопровождалось никакими пиро­тех­ни­чес­ки­ми эф­ф­е­к­тами, то следовавший за командиром звена лейтенант Басс на всякий случай до­бавил ещё и от себя.

Оба аме­ри­кан­с­ких пилота не обратили внимания на маркировку на хвосте вра­жеского самолёта, но с очень высокой вероятностью там дол­ж­на была быть ко­мандирская «лычка» – командир 2-го тютая (дивизиона) бомбардировочной эскадрильи «Хирю» капитан-лей­те­нант Ми­ти­дзи Ямасита в этом вылете пред­почёл занять место стрелка-радиста, чтобы иметь возможность сосредо­точить­ся на ко­ман­до­вании своим подразделением.

Таким образом, несмотря на общую бестолковость и неорганизованность дейс­т­­вий, за первые пять минут боя шесть пи­ло­тов 4-го ди­ви­зиона 3-й истребитель­н­ой «Йорктауна» и примкнувший к ним стар­ший лейтенант МакКаски успели ра­збить строй вра­же­с­ких самолётов, сбить восемь «Вэлов» – почти половину японск­ой эскадрильи – и один «Зеро», а кроме того, заставить ещё как минимум два пи­ки­ровщика избавиться от бомб.

Од­на­ко при этом почти все пилоты дивизиона уже успели пол­но­с­тью расстре­лять боекомлект, а у самых хлад­но­кров­ных (или запоздавших) его ос­та­ва­лось на считанные секунды ведения огня. Меж­ду тем, в воздухе имелось ещё восемь «Вэл­ов» с бомбами, плюс три наконец-то вмешавшихся в процесс японских истреби­те­ля, так что справиться с ними 4-й дивизион уже не мог.

Ситуацию могли спасти «Уайлдкэты» 2-го дивизиона, которые диспетчер ПВО 17-го Оперативного соединения уже давно отправил в район пе­ре­х­вата. Но од­ин из этой шестёрки, упомянутый выше старший лейтенант МакКаски, тоже уже ус­пел рас­ст­релять бое­ком­п­лект, а двое взлетевших последними пилотов, лейтенанты Марк Брайт и Джордж Маркхэм уже не увидели никого из своих под облаками, после чего на­с­то­лько чётко при­няли целеуказание диспетчера, что, во-первых, полетели силь­но не в ту сторо­ну, а во-вторых, почему-то ре­ши­ли, что речь идёт об атаке торпедоносцев и по­этому да­же не пытались набрать высоту. В результате, это под­крепление све­ло­сь все­го к трём машинам.

У пилотов 2-го дивизиона было больше времени на набор высоты, а его коман­дир, старший лейтенант Ричард Кроммелин, на опыте Кораллового моря чётко запомнил, что в случае столкновения с «Зеро» лишней высоты не бывает. Поэ­то­му он на всякий пожарный забрался аж на 5500 метров, при этом почти не удаляясь от соединения. Однако на этот раз данное решение ока­за­лось ошибочным.

Первая обнаруженная им в разрывах облаков цель – группа из пяти японских пи­ки­ровщиков, в очередной раз сколоченная из разбитого строя кем-то из коман­ди­р­ов звеньев – шла всё на том же эшелоне около 3000 метров, так что Кроммелину и его ведомому лейтенанту Джону Бэйну предстояло долгое пикирование, в кон­це ко­то­рого они набрали такую скорость, что ни о каком прицельном огне речи не было.

Дав несколько очередей «в ту сторону» пара «Уайлдкэтов» проскочила японский строй и быстро набрала высоту для новой атаки. На этот раз они добились нес­к­о­льких попаданий, но «Вэлы» продолжали по­лёт, и американские пилоты впос­ледствии не претендовали на сбитие кого-то из этой группы.

Во время этого второго захода лейтенант Бэйн слишком сосредоточился на стр­е­льбе и в результате оторвался от ко­ман­ди­ра в самый неподходящий момент – на­чав набор высоты для третьего захода тот выскочил на сократившуюся до трёх машин эс­корт­ную группу «Зеро». Для старшего лейтенанта Кроммелина это означало повторение кошмара Кораллового моря – дог­файт с качественно и количественно превосходящими японскими истребителями, причём на изряд­но потерявшем в ма­нёв­рен­ных характеристиках F4F-4.

Но, к удивлению, на этот раз его не только не сбили, а он сам претендовал на по­­вреждение одного и уничтожение другого «Зеро». Так или иначе, расстреляв боекомплект невредимый Кроммелин вышел из боя, спикировав к са­мой воде, ему очень помогло то, что в этот момент внимание японцев отвлёк другой пи­лот его дивизиона, лейтенант Ричард Райт, тоже влетевший в эту свалку. В ре­зу­ль­та­те, подкрепление из трёх машин 2-го дивизиона не смогло сбить ни одного «Вэ­­ла» – все семь сохранивших бомбы пикировщиков продолжали лететь к «Йо­р­ктауну».

Приближение и отход японских пикировщиков с точки зрения эсминца «Хьюз» (Время по Гринвичу).

Но у командира авиагруппы «Йорктауна» капитана 3-го ранга Оскара Педер­со­на, исполнявшего обязанности диспетчера истребителей ПВО 17-го операти­в­но­го соединения, имелся последний козырь в виде опции «звонок другу». Стро­го говоря, за помощью к своему коллеге, диспетчеру ПВО 16-го ОС капитану 3-го ранга Леонарду Доу он обратился ещё в 11:57, сразу после того, как послал все свои истребители на перехват приближающейся групповой цели.

16-е оперативное соединение в тот мо­мент находилось в 30 милях [55,6 км] к юго-востоку от 17-го и имело в воздухе целых девятнадцать истребителей. Три из них были из де­жур­ного боевого охранения, почти выработавшими топливо, а остальные срочно подняли в воздух, чтобы полностью освободить палубы для посадки воз­вращавшихся ударных машин. Капитан 3-го ранга Доу решил отправить все вос­емь «свежих» истребителей с «Хорнета» на помощь соседу, в то время как вось­мё­рка с «Энтерпрайза» должна была занять блокирующую позицию на се­ве­ро-западном направлении на случай, если японские самолёты вдруг повернут к 16-му ОС.

Но, как обычно, «гладко было на бумаге». Из восьми «Уайлдкэтов» с «Хорнета» лишь половина услышала этот приказ и по­ле­те­ла на северо-восток. В район боя они прибыли как-раз во время начавшейся свалки с «Зеро», и одно из звеньев под ко­ман­до­ва­ни­ем капитан-лейтенанта Уоррена Форда, пользуясь преимуществом в высоте, сразу же спикировало на тройку японских ис­т­ре­би­телей. Судя по заяв­кам пилотов, все три «Зеро в ходе этой атаки были сбиты, что явно было неко­то­рым преувеличением, потому как один из этих «сбитых» вскоре вышел в лоб­о­вую атаку набирающему высоту Форду.