Местные на караван смотрели как на явление вполне обыденное, что было совершенно естественно, учитывая назначение городка в качестве «врат» Северного Парка. Никто не высыпал из домов поглазеть, не тыкал пальцем и не торопился приостановить работу ради праздного любопытства. Лишь несколько мальчишек, игравших у коновязи, оторвались от своих палок-лошадок и с интересом проводили глазами дилижансы, но и те скоро вернулись к своим игрищам.

Таисия, сидевшая на козлах рядом с Наленским, огляделась по сторонам и чуть нахмурилась.

— Признаться, дорогой Чаз, я представляла себе Первую Станцию несколько менее… городской, — она выглядела одновременно восторженной и при этом разочарованной. — В моих записях значилось «укрепленное поселение Гильдии», а я вижу настоящий город с банком и фонарями. Пусть и свечными.

Наленский хохотнул, довольный предоставившейся возможностью сесть девушке на уши, и тут же пустился в пояснения с присущей себе важностью.

— О, милая Таисия, ваши записи, видимо, составлялись еще до прошлого промышленного бума! — как и всегда, он не упускал возможности скользнуть взглядом по фигуре Таисии. — Когда-то так оно и было. Клянусь Вечными Ангелами, лет двадцать назад здесь стояло всего-то три десятка домов, церковь и штаб Гильдии. Я сам, будучи еще студентом, проезжал через эти места и останавливался в единственной тогда ночлежке, где клопов кормили, не побоюсь этого слова, получше, чем постояльцев. Причем постояльцами же и кормили!

— Какой ужас, дорогой Чаз! — притворно хохотнула Таисия, хотя Арди вовсе не понял, в чем именно заключалась шутка. — И что же изменилось?

— Экономика, милая Таисия, экономика! — Наленский приосанился и, кажется, даже подкрутил несуществующие усы. — Стране нужно все больше угля и металла, знаете ли, а сидеть на готовых залежах и не разрабатывать их — это, уж простите мне прямоту, преступление перед казной, Императором и перед здравым смыслом. Причем все разом.

— Но ведь главные шахты в нескольких днях пути. Я читала об этом в колонке моего коллеги, господина Клочкова. Там прямо указывалось, что основные добывающие предприятия расположены к юго-востоку от Парка.

— Совершенно верно, милая Таисия, — даже сильнее прежнего воодушевился Наленский. — О свет, как же приятно беседовать с образованной женщиной! Так вот. Главные шахты действительно южнее, и добраться до них можно только по узкоколейке. Но здесь, вокруг Парка, совсем недавно обнаружили несколько весьма перспективных угольных жил и два нефтяных пятна. Года четыре или пять тому назад, если память мне не изменяет. И вот результат, перед вами, так сказать, во всей красе. То, что еще недавно было оплотом одной только Гильдии Охотников, прямо на наших с вами глазах превращается в полноценный добывающий городок.

Кобыла Ардана немного нервно фыркнула, и юноша заозирался по сторонам, но так ничего особенного и не приметил.

— Невероятно, как быстро меняется мир, — Таисия наклонилась чуть ближе и позволила Наленскому скользнуть взглядом туда, куда тот, судя по всему, давно намеревался скользнуть. — А лесозаготовки? Я заметила у северной окраины огромные штабели бревен.

— Ах, лесозаготовки! — Наленский буквально расцвел. — Это отдельная статья доходов и, между нами говоря, одна из самых прибыльных. Северная сосна сейчас сильно востребована. На шпалы для железной дороги и для постройки новых кварталов в небольших городах. Вот этот самый проспект, по которому мы с вами едем, возможно, стоит на сваях, срубленных в тридцати верстах отсюда!

— Вы так интересно обо всем этом рассказываете, дорогой Чаз, — Таисия чуть приподняла неизвестно когда появившийся в ее руке веер и посмотрела на Наленского поверх вышитой кромки. — Я непременно упомяну ваш рассказ в статье, с указанием авторства, разумеется. «Со слов Старшего Магистра Чаза Наленского, первого помощника главного исследователя Аномалий центрального отделения Гильдии Охотников…»

— О, это было бы очень лестно, милая Таисия, очень лестно!

Ардан ехал немного позади и жалел, что не может переместиться от дилижанса подальше. Он уже перестал удивляться тому, с какой легкостью госпожа Шприц переключала голоса и интонации.

Еще полчаса назад она курила на козлах и равнодушно разглядывала бесконечную степь, а теперь уже щебетала, хлопала ресницами и делала вид, что ничего прекраснее Чаза Наленского не встречала за все свои тридцать лет жизни. Ард невольно отметил, что Таисия даже веером обмахивалась так, будто ее в любой момент могло унести порывом безудержного восторга. Юноша мысленно покачал головой. Актриса пропадала в госпоже Шприц такого масштаба, что ее давно пора было звать на Бальеро.

Вскоре караван начал замедляться.

Здание Гильдии Охотников оказалось одним из немногих полностью каменных строений в городе. Двухэтажное, с высокими стрельчатыми окнами и массивным крыльцом под кованым козырьком, оно напоминало те административные постройки, какие в столицах Империи возводили при дедушке нынешнего Императора. С лепными карнизами, пилястрами по углам и чугунной оградой вокруг небольшого палисадника.

Над входом висел бронзовый герб Гильдии в виде подзорной трубы и дубового листа, а по обе стороны от двери скромно примостились массивные каменные урны, в которые кто-то из охотников уже успел набросать окурков.

Караван остановился на площадке перед зданием, и из дверей тут же выскочил человек, от одного взгляда на которого у Арда слегка приподнялись брови. Невысокий, худой до той степени, когда скромность комплекции уже нельзя списать на телосложение; с вытянутым лицом, острым носом и почти полным отсутствием волос на голове, он походил на облезлого лесного хорька, которого долго держали впроголодь и только что выпустили на свободу.

На его плечах покоился Розовый плащ, а погоны украшала гравировка звезд с двумя, снова двумя, тремя, опять тремя и, под конец, вновь двумя лучами.

Маг быстро просеменил к дилижансу Наленского и, не поздоровавшись и не взглянув ни на Таисию, ни тем более на Арда, принялся сыпать словами так резво, будто ему выдали их ограниченный запас и требовалось использовать весь набор, пока не забрали обратно.

— Наконец-то, наконец-то, Наленский, я вас уже третий день жду, слышите, третий день, вы понимаете, что мы выбиваемся из графика, абсолютно выбиваемся, скоро начнутся миграции Рогозубых Плавунов, и тогда все южные тропы Парка станут непроходимыми минимум на две недели, а может и на все три!

Таисия, успевшая в этом потоке слов сделать ровно один взмах веером, повернулась к Ардану. В ее глазах мелькнуло такое откровенное изумление, что Арди едва удержался, чтобы не засмеяться.

Маги, порой, особенно когда относились к числу находящихся на острие научного прогресса, могли быть весьма эксцентричны.

— Господин Звонков, позвольте представить… — начал было Наленский, но тут же оказался перебит.

— Позвольте, позвольте… что вы мне позволяете, Наленский, у нас нет времени на позволения, — Розовый маг наконец соизволил скользнуть взглядом по Таисии, следом по Арду, и тут же неприятно поморщился. — Гомар Звонков, Старший Магистр, главный исследователь Аномалий центрального отделения Гильдии Охотников. Журналистка, как я понимаю? Я, кажется, видел вас на каком-то приеме у герцога Абраилаала в позапрошлом сезоне, впрочем, неважно, абсолютно неважно. А это кто? Охрана?

— Капитан Дар Скофский, частная охрана госпожи Шприц, — представился Ард, чуть склонив голову.

— Угу, угу, — Звонков уже смотрел мимо него. — Наленский, носильщики уже подогнали гусеничные повозки, надо перегружать оборудование немедленно, промедление смерти подобно, понимаете, миграция начнется не позднее, чем через пять дней, и если мы не войдем в Парк до того, как Плавуны выйдут на южные тропы, то вся экспедиция превратится в бессмысленное прожигание бюджета, за который, я напомню, отвечаете вы, а не я!

— Дорогой Гомар, но я же отчитывался письмами при каждой возможности и…

— Письмами он отчитывался! — Звонков всплеснул руками, едва не запутавшись в собственном плаще. — Письма, Наленский, не доезжают до моего стола, потому что почерк у вас хуже, чем у моей тетушки, которая, как и вы, либо вы, как и она, скорее даже вы, как и она, каждую вторую строчку путаете так, что я читаю вместо «караван движется по графику» — «каравай двигает пограничника», и гадай, что вы там имели в виду!