– Приготовь этих двоих, а я займусь вампиршей.
– Спайк, Либ – присмотрите, – я со второй парой бойцов проследовал за владельцем этого места.
Как хорошо жить, когда можно вообще не считать деньги!
Соседнее здание оказалось уменьшенной копией первого, только что здесь клеток было всего шесть и разумный там был только один. За зачарованными прутьями толщиной с мою руку и обвязанная целой сетью цепей сидела… ну, буду честен сам с собой – сидело нечто. Девушкой, тем более привлекательной этот запёкшийся комок грязи и крови назвать язык не повернётся.
– Она умудрилась порвать четверых, пока её «упаковывали», – пожаловался торговец, подходя к решётке. – Сами понимаете, распутывать её исключительно чтобы дать сучке помыться – перебор.
– А почему нельзя просто усыпить и держать в таком виде всё время? – полюбопытствовал я. По крайней мере, это первое, что пришло мне в голову. – Или, например, внутри заклинания какого-то обездвиживающего.
– Ну, сейчас это ни к чему – она слишком обессилена, не вырвется. Да и «негатор» не позволит выкинуть никакой из этих её трюков. А вот на аукцион я думал везти без сознания – на всякий случай, – мужик приложил руку к замку, и умная магия-автоматика послушно открыла дверь. – А как вы её забирать будете? Если тех двоих ещё можно просто заковать получше, то её… даже не знаю.
– О, не переживайте, – я вошёл внутрь клетки вслед за ним, стараясь рассмотреть девушку. Если обращённые вампиры как будто застывают в том возрасте, когда их укусили, но у высших это происходит около двадцати-двадцати пяти лет. Самый расцвет сил. Думаю, если её отмыть да причесать – та ещё конфетка получится. Вот только компьютер показывает возраст в как минимум несколько тысяч лет, так что в постели удивить эту малышку мне не светит… – Сейчас просто цепи с неё снимем и всё.
– И всё!? – побледнел торговец. – Да она же нас всех…
Отыскав на коже замотанной девушки участок почище, я положил на него ладонь. Рабский поводок – атлантовское заклинание, за использование которого по отношению к свободному жителю Тальтахора сразу отправляли на зону. А в случае повторного использования вполне могла последовать смертная казнь. Чтобы провернуть что-то такое нужны, во-первых, та ещё отмороженность, а во-вторых – ты должен в десятки, если не сотни раз превосходить жертву по силе. Ибо печать почти что выжигается в ауре бедолаги. Как раз наш случай. Снять её, конечно, можно, вот только для этого понадобится моё непосредственное участие, как изначально колдующего. Девушка дёрнулась, но не издала не звука, настороженно-презрительно глядя на меня исподлобья.
– Ну хоть скажи что-то. Не хочешь? Ладно. Знаешь, что такое «Yukt aatm lagh»?
– Знаю, – хрипло прошептала вампирша, глядя на меня уже не с презрением, а со священным ужасом. – Ты не… Как?
Речь у неё была с явно заметным акцентом – всё же в землях Тэрсуаш вампиры жили немного обособленно, в отрыве от остальных народов и версия языка там отличается. Хм… может, правильное слово будет не столько «акцент», сколько «диалект»? Как русский, белорусский, украинский… Основа одна, но тысячи лет изоляции (или просто не очень тесной коммуникации) сделали своё дело.
Я лишь пожал плечами:
– Отойдёшь от меня на пару километров – почувствуешь боль. Пару десятков километров – БОЛЬ. И сразу советую выбросить из головы любые кровожадные идеи – у твоего нового хозяина, – я приблизился к самому уху кровососки, – припрятана капсула резуректа. Клянусь своим посмертием, что она у меня есть. И очень далеко отсюда. Настолько далеко, что до моего возвращения оттуда ты не доживёшь – сама себе глотку вскроешь. Мы друг друга поняли?
– Да, – шевельнула губами девушка.
– Отлично! Таут, снимайте цепи!
– Вы уверены? Я, конечно, понимаю, что вы чародей, но…
– Уверен-уверен, – я посторонился, позволяя ему начать ковыряться в замках. – Во-первых, она не в том состоянии, а во-вторых, это не в её интересах. И ошейник тоже долой.
Когда последний из замков был открыт и все цепи (а был их в сумме почти десяток) оказались на полу, я наконец смог нормально рассмотреть своё новое приобретение. Хотя нет, не нормально. Худая, как щепка, лицо впалое, осунувшееся, волосы цвета налипшей на них грязи. Единственное, что можно было уверенно оценить – это рост. Примерно метр семьдесят с копейками, то есть на полголовы ниже меня.
– Как тебя зовут? – само собой, имя я её уже знаю, но первое знакомство – вещь почти что сакральная. Конечно, оно у нас получилось не очень радужным, но меня мама культурным растила.
– Криста лин Лаэль, – дёрнула щекой вампирша. – Я бы сделала реверанс, но боюсь не удержаться на ногах.
– Н-да, кормили тебя явно из рук вон плохо. А меня Алексом зовут, будем знакомы, – я сунул опешившей девушке под нос своё запястье. – Кушайте, девушка. Тащить тебя на своём горбу я не собираюсь.
Повышенная боевая эффективность вампиров имеет свои недостатки. Главный, само собой – это непереносимость ультрафиолета. Сильные высшие вампиры с этим справляться могут путём частичной трансформации внешнего слоя кожи, вот только моя новая подруга сейчас тупо не в состоянии. Второй же недостаток – это необходимость подпитываться сразу из трёх источников. Первый – это простая человеческая еда. Тут всё как у нас с вами. Дальше идёт кровь млекопитающих. Желательно – человекоподобных. Только в сумме эти два источника ресурсов позволяют им нормально функционировать. То есть даже выпей она сейчас всю мою кровушку – ходить и даже бегать сможет, но это всё равно будет далеко от её максимального потенциала. Ну и третье – это их собственный Источник магии. Тут всё сложно. Заклинания, в привычном для нас смысле, они использовать не в состоянии. При этом магия в их теле есть. При этом доступ к Источнику очень кривой. Дилемма. Учёные Тальтахора решили её, как по мне, гениально – вшили в тэрсуаш небольшой набор заклинаний, которые вампиры могут использовать по желанию. Телепортация в пределах видимости, превращение в туман и гипноз. Немного, но больше вместить не получилось, а эти три отлично подходят для их стиля боя – ворваться в толпу и, за счёт подавляющего превосходства в физических параметрах, всех перебить. Ну, вернее два – гипноз немного не туда, но для работы с другими разумными он незаменим, а шпионаж и разведка как раз и являлись второй специализацией кровососов.
Так вот, если дать Кристе несколько глотков моей крови – шевелиться она будет довольно бодренько. Ну, а со снятием ошейника резерв вампирши наполнится всего за несколько часов, максимум день – и все три навыка также будут девушке под силу. И нет, ничего сакрального в том, чтобы напоить тэрсуаш моей кровью нет – просто захотелось выпендриться. С таким же успехом мы могли ей бродячую кошку скормить.
Таут хотел было что-то вякнуть на моё предложение, но, встретившись со мной глазами, заткнулся. А вампирша очень медленно, как будто ожидая, что я отдёрну руку в любой момент, взялась за моё запястье холодной ладошкой и аккуратно прокусила вену. Лично я никакого удовольствия не испытывал – во-первых больно, во-вторых, нужно следить, чтобы девушка не увлеклась и не сожрала лишнего. Всё-таки ей литр крови всосать – не проблема, а вот меня вполне может после такого отрубить. Впрочем, нужно отдать кровососке должное – сделав с десяток небольших глотков, она медленно отстранилась и облизала губы. Я же, исцелив место укуса, достаточно бодрым шагом направился к выходу, скомандовав как парням, выполнявшим роль массовки, так и вампирше идти за мной. Ах да, ещё пришлось накрыть кровососку защитой от ультрафиолета – даже если она и умеет блокировать воздействие солнца, конкретно сейчас это вряд ли получится. Не та кондиция.
Как оказалось, остальные нас уже ждали снаружи – оба телохранителя торговца, его помощник, Спайк, Либ и парочка бывших бойцов «Меча и пламени» с цепями на руках и ногах. Это, наверное, чтобы не полезли драться и не попытались сбежать.
– А куда вы собирались их продать, если не секрет? – я подошёл тифлингу и айрану и по очереди прицепил к каждому «поводок», пока их магия блокируется «негатором» и они не в состоянии сопротивляться. – Проявлять агрессию не советую – спросите у своей подружки. А вы, господин Таут, можете их тоже развязывать. Включая ошейники – можете себе оставить.
