– Что это было? Что со мной произошло? – словно просыпаясь, обращаясь к алтайцу с волнением в голосе, спросил он.

– Ты побеспокоил дух шамана! Этого делать нельзя. Это может делать только другой шаман. Он вызывает духов и просит их о помощи. Духи везде: духи рек, гор, земли, неба, огня. Духи могут быть жестоки! Духов нельзя беспокоить понапрасну. Они могут наказать тебя. Сегодня меня понял дух Хозяина, Дух Алтая, и пощадил тебя. Впредь будь осторожен.

С этими словами Карчага поднялся.

– Надо готовиться к ночлегу. Скоро солнце упадёт за гору в следующее ущелье, станет быстро темно. Разведём огонь и приготовим еду. Завтра предстоит нелёгкая дорога.

Утомлённые за день юноши после сытной еды быстро и крепко уснули.

Карчага, набрав хвороста и сушняка в окружающем небольшую долину лесу, сидел возле разгоревшегося костра. Ночью тянувший с гор холодный ветерок-тягун был опасен. Незаметно он подкрадывался к спящему человеку и пронизывал его: пробирал все косточки, каждую мышцу, заполнял грудь. Утром путник просыпался уже нездоровым, хрипело в груди, ныли натруженные дорогой ноги. Камень забирал силу человека за одну ночь.

Алтаец поддерживал огонь в костре, сохранявший необходимое тепло, пил горький отвар, заваренный на травах. Это горячее зелье придавало силы. Оно было известно алтайским воинам, охотникам, промысловикам. Медленно отпивая по небольшому глотку, прикрыв глаза, Карчага вслушивался в опустившуюся ночную тишину.

Алтай дышал ночной свежестью. Яркая луна освещала вершины старых гор и макушки могучих кедров и елей. Они, словно застывшие стражи, охраняли покой горного ущелья. Пасущиеся невдалеке лошади изредка негромко всхрапывали. Сюда не стремился смертный человек. Его народ оставил эту землю шаманам, которые приходили сюда для разговора с духами. Отсюда они уходили в царство Ночи. Карчага привёл сюда молодых русских воинов, зная, что не встретит здесь иного человека. Далёкие от маленькой Земли звёзды разбрасывали своё холодное сияние. Алтаец открыл глаза и устремил свой взор к небу.

– Завтра будет солнце! Спасибо тебе, Дух Светила, за твою щедрость к маленькому человеку, – произнёс алтаец.

– Карчага, ты почему не ложишься? – раздался неожиданный голос Тихона.

– А ты, хозяин, почему не спишь? – ответил удивлённый алтаец.

– Не могу уснуть. Сколько дней нам ещё идти? Ведь напрямки до Белоярской крепости на лошадях день ходу! А мы вроде в обратную сторону путь держим? Так, Карчага?

– Да, Хозяин. Горные тропы извилисты, завтра пополудни повернём к реке. А не сплю потому, что зашли мы туда, куда человек не должен ступать. Здесь царство Духов, вот я и прошу их, чтобы они не гневались на нас и пропустили через свою землю.

– Карчага, всё хотел тебя спросить, почему ты ушёл из своего племени и служишь нам, православным? Ты так хранишь устои своего народа, а живёшь с нами, с русскими? Почему?

– Сложный вопрос ты задал мне. Не знаю, поймёшь ли, молод ты! Вот послушай. Земля моя древняя и заключает в себе несметные богатства! Много золота и сверкающих каменьев в земле Алтая, но не даёт она его людям, которые не слышат его Духа. Чужие люди, алчущие богатств Алтая, пришли на нашу землю. И началась битва за свет, добро и красоту. Много витязей погибло, защищая Алтай. Видел одинокие большие камни, которые стояли возле горных троп, ручьёв, в лесу?

– Да, не раз такие великаны встречались нам в пути! – удивлённо ответил юноша.

– Камни – застывшие витязи! Там, у реки Госпожи мы ещё встретим их. Народ мой древний, поклоняется духам, дарящим ему жизнь. Но духов так много! И нет самого могущественного Духа, который бы сумел объединить всех, чтобы победить пришедшее зло! И народ мой разъединён. Каждая семья живёт своей жизнью. Вот так и настигла стрела смерти, выпущенная джунгарином, мою семью. Что мне делать? Подумал я. Вы пришли на наши земли не с войной, а с миром. Дух ваш не алчет золота и камней самоцветных. Вы защищаете нашу землю, землю Алтая, от ненасытных племён чужеземцев. С вами свет! А воины-чужеземцы несут зло, разоряя и убивая мой народ. Я хочу победить Тьму!

– Спасибо тебе, Карчага! Верно, не ошибся в тебе тятя!

– Спи, хозяин! Путь ещё долог. Карчага обещал большому хозяину вернуть тебя невредимым. Карчага сделает это! А теперь спи! Скоро солнце начнёт новый день. Силы тебе нужны будут! А Карчага будет просить духов, чтобы послали нам удачу.

– Хорошо, Карчага! Буду спать!

Тихон опустился на выстланные ветви елей, и могучий сон поглотил юношу.

Предрассветные сумерки растаяли с появлением первых солнечных лучей. Вернее, ещё до солнечного сияния облака, которые не были видны на небосводе из-за стелящегося густого тумана, неожиданно обрели розовый цвет. Их внезапное появление над лесистыми вершинами гор подарило надежду на зарождающийся тёплый солнечный день. Из нежно-розовых, воздушных и невесомых облака обретали всё более яркие оттенки сиреневого, малинового цветов, принимая конкретные очертания и формы.

В одно мгновение солнце ярким и огромным шаром выкатилось из-за горных вершин, осветив своим заревом макушки зелёных пушистых и стройных елей, ветвистых лиственниц. Солнечное сияние разлилось по горным склонам, озарив, казалось, неприступные вершины гор. Лёгкий ветерок, приветствуя начинающийся день, прикоснулся к листьям деревьев, заставив их взволнованно трепетать на восходящем ярком солнце.

Природа, понимая предстоящую зимнюю тоску по ярким краскам, взмахом кисти великого художника подарила это мгновение буйства цвета, первозданную свежесть летнего утра, аромат лесных трав, бесконечную голубизну неба и великолепие Алтайских гор.

Невдалеке от места ночлега путников мирно паслись могучие яки, спустившиеся ночью с поросших лесом гор. Птичьи трели, беззаботное многоголосье слышалось со всех сторон. Всё ликовало! Лесные птахи летали, кружились и пели, а из-за вершин гор поднималось солнце. Гимн жизни начинающегося нового дня встретил ратников.

– Карчага, почто не разбудил нас? – ещё не проснувшимся голосом громко воскликнул Ваньша. – Солнце поднялось выше гор!

– Молоды вы, чтобы сила была, нужны вам сон да пища. Вот питьё приготовил, силы даёт, выносливости и сон отгоняет. Да вот на охоту сходил, птицу Дух Гор мне позволил взять. Мясо и травы ой как сейчас нужны, – пододвигая к юношам жаренную на костре птицу и котелок с ароматным зельем, продолжал рассуждать алтаец, – теперь только с уходом солнца кушать получится.

– Нам Степанида тоже знатную стряпню приготовила в дорогу, – опустошая короб от снеди, промолвил Тимофей.

Расстелив тряпицу, они приступили к походной трапезе.

– Вот это снадобье! – удивился Федул, отхлёбывая приготовленное алтайцем питьё. – Прямо так и привалила силушка, кажись, с ратью готов сразиться!

– Дорогой будем прикладываться к сосуду с чудодейственным отваром. Зелье нужную службу нам окажет. Человек, испивший из сосуда питьё, не устаёт, становится бесстрашен и вынослив. Мой народ издавна знает этот травяной отвар. Но часто пить его нельзя. Иначе злую шутку с человеком сыграет, ума его лишит, а безрассудством заполнит голову.

– Сколь нового мы узнали, Карчага, о твоём народе! – с удивлением воскликнул Иван. – Я после могилы колдуна во всё верить готов! Страсти-то какие! Упаси, Господи!

После сытной трапезы ратники оседлали лошадей и двинулись в путь. Никакой тропы, даже мало-мальски заметной, не было.

– Карчага, почто следа никакого нет? – удивляясь, обратился с вопросом к провожатому Федул.

– Так ведь не ступает сюда нога человеческая. Никто долину не покидает. Заповедная она! Путь в Царство Тьмы открывает пришедшему сюда шаману.

– А не накликаем ли мы беды, ступив в это ущелье? Во что хошь теперича можно поверить!

– Карчага всю ночь разговаривал с Духом долины, просил помощи. Будем дальше путь держать. Тропы нет. Но приходил я сюда с отцом своим, мал ещё совсем был, но всё помню, тропу тоже. Спускаться с гор трудно, тихо надо, чтобы камень не сдвинулся, медленно будем идти. Молчать надо, горы тишину любят.