Джеймс указал на нее.

— Умная.

— К тому же, эль Диабло или нет, но что-то с ним случилось — сказала она — Я хотела бы знать, кто или что обладает такой силой, пока это не стало серьезной проблемой. Если это объясняет этих гонщиков, тем лучше. Если и есть что-то, чего я не выношу в своем округе, так это кучу проклятых вопросов.

Кивнув, я повернулся к Джеймсу.

— Ты готов?

— А почему бы и нет?

О боже.

Я стоял на краю парковки у бара, пока Джеймс, прислонившись к передку своего джипа, возился с телефоном. Во время поездки между нами возникла странная атмосфера, не откровенная напряженность, но достаточно близкая к ней, чтобы мне это не понравилось.

— Откуда нам знать, что он появится? — Спросил я, в основном, чтобы нарушить молчание.

Джеймс приподнял брови, но не оторвался от того, что он набирал на своем телефоне.

— Он появится — сказал он, а затем усмехнулся так, что я понял, что он переписывается с женщиной, возможно, с несколькими.

Я взглянул на часы.

— Заклинание уже должно было быть готово.

— Чувак, это заклинание заняло бы полночи. И я все еще не верю, что оно сделало бы и половину того, что ты утверждал.

Поскольку стандартное охотничье заклинание привело бы нас к Сантане, я предложил изменить его, чтобы найти испорченные образцы крови оборотня. Я рассудил, что это приведет нас к месту, где были нанесены его раны, и, возможно, даже к самому преступнику. Но, поскольку я никогда не произносил этого заклинания, я действовал гипотетически? Мне просто не нравилось, когда меня вызывали для этого. Джеймс утверждал, что знает более быстрый способ.

— Ну — сказал я, ковыряя ногой гравий — я не уверен, что обращение к торговцу наркотиками в баре, это хороший вариант.

— Эй, в прошлый раз это сработало.

— Если под "сработало" ты подразумеваешь, что его отвезли на отдаленный склад и угрожали пистолетом, то да, это было гениально.

Джеймс пожал плечами, словно не понимая проблемы.

— В любом случае, все это напрасно, если никто не придет — сказал я — Он и так опаздывает на полчаса.

На стоянку въехал внедорожник и покатил в нашем направлении. Джеймс помахал ему рукой, засовывая телефон в задний карман.

— Что ты хотел сказать, профессор?

Я нахмурился, не уверенный, что нарушать тишину было такой уж хорошей идеей.

Когда машина подъехала к нам, стекло со стороны водителя опустилось, и я увидел мужчину с опущенной головой и выпирающим кадыком на тонкой шее. Он посмотрел на нас с Джеймсом, медленно моргая.

— Это у вас кровавый след? — спросил он.

— Это мы — сказал мой напарник — Я Джеймс Вессон, а этот парень с морщинами беспокойства на лице — Эверсон Крофт.

Когда я бросил на Джеймса недовольный взгляд, мужчина вышел из машины и вяло пожал наши протянутые руки.

— Юрген — угрюмо ответил он.

Юрген работал на Эмиля Блехера, местного дилера, который также оказался оборотнем-стервятником. Мы консультировались с Блехером по предыдущему делу, когда полагали, что имеем дело со сверхъестественным наркотиком. В обмен на информацию мы удалили штраф за превышение скорости из системы шерифа. Я не знал, что Джеймс предлагал ему на этот раз, и, поскольку это не касалось меня, мне было все равно. Но, к чести Джеймса, в способностях Юргена к выслеживанию не было ничего гипотетического. Его аура также свидетельствовала о том, что он был оборотнем-стервятником.

— Мы нашли его здесь — сказал я, указывая Юргену на кусты, за которыми прятался Сантана.

Ноздри Юргена слегка раздулись, когда он подошел ближе. Я ожидал, что он наклонится и обнюхает ветки, прежде чем вспомнит, что обоняние стервятника прекрасно работает в воздухе. Вытянув шею, Юрген повернул голову на северо-восток, где высокогорная пустыня терялась в темноте.

— Сюда — сказал он.

Мы последовали за ним, пока он петлял среди чапараля и юкки, аромат Сантаны направлял его стремительные шаги, а растущая луна сияла так ярко, что мы с Джеймсом могли ее видеть. Мы прошли, должно быть, мили две, тропа ныряла в два ущелья, второе из которых было достаточно глубоким, чтобы считаться каньоном, когда Юрген внезапно остановился.

Он вытянул шею в одну сторону, затем в другую.

— Тропа заканчивается здесь.

Впереди было еще темнее, в то время как позади нас район автоперевозок превратился в отдаленный ореол, в котором я едва мог различить голубые огни Дворца удовольствий Хельги.

— Здесь? — Джеймс произнес волшебной палочкой заклинание освещения, удостоверяясь, что "здесь" на самом деле находится у черта на куличках — Ты уверен, что не хочешь пройтись вокруг? Может, след приведет куда-нибудь еще?

— По крайней мере, на десять миль вокруг ничего нет — ответил он.

Джеймс взглянул еще раз и пожал плечами.

— Думаю, это все".

Выполнив задание, Юрген превратился в большого грифа с седой головой и впечатляющим размахом крыльев. Когда он поднялся в воздух, взметнулись вихри песка, заставив нас с Джеймсом прикрыть глаза.

— Да, с тобой тоже было приятно работать — пробормотал Джеймс — Придурок.

Я стряхнул песок с волос и прошелся по участку.

— Либо на Сантану напали здесь, но я не вижу достаточного беспорядка для этого — сказал я — Либо на него напали где-то в другом месте и доставили сюда. Но я не вижу никаких следов.

— А ближайшая дорога та, по которой мы пришли — сказал Джеймс.

Он посмотрел на звезды, словно пытаясь представить себе оборотня, падающего с неба, а затем озадаченно покачал головой.

— Кому принадлежит это? – спросил я.

— Это земля Бюро до границы округа, на которой мы, вероятно, и находимся. А дальше? — Джеймс пожал плечами — Думаешь, это важно?

— Может быть — сказал я, не имея ни малейшего представления. Похоже, нам придется полагаться на то, что Сантана скажет нам, когда проснется. Но, по крайней мере, мы знали, где он был в течение часа или около того, предшествовавшего нашей встрече.

Джеймс погасил свой парящий в воздухе световой шар и прошептал:

— Мы могли бы спросить этого парня.

— Какого парня?

Я проследил за его кивком, и мои глаза снова привыкли к темноте. Вдалеке на вершине холма появилась фигура верхом на лошади. Эта фигура вызвала у меня навязчивое воспоминание, вызвав в памяти упоминание Мардж о таинственных всадниках. На мои ботинки посыпался песок, а затем раздался резкий щелчок. Джеймс отскочил назад и выхватил револьверы.

— Этот шутник стреляет в нас! — закричал он.

— Защита! — Крикнул я, превращая трость в меч и посох.

Воздух передо мной сдвинулся, превратившись в защитную стену. Джеймс произнес свое собственное защитное заклинание — серебристый щит, отблеск которого отразился на его блестящем от пота лице. Либо первые выстрелы гонщика были предупредительными, либо он скорректировал прицел, потому что пули начали попадать в наши щиты на уровне груди и лица.

— О, ты хочешь перестрелку? — сказал Джеймс — У тебя получилось, приятель.

Когда его револьверы открыли ответный огонь, я тоже перешел в наступление, направив свой меч на далекую фигуру. Я выкрикнул слово, и свет и сила вырвались из клинка, устремившись к всаднику, как комета. Но в последний момент он уклонился, и заклинание погасло, пролетев мимо него.

Джеймс, стоявший рядом со мной, перезарядил оружие.

— Ты что, попал в него? — Крикнул я.

— Так и должно быть! — крикнул он в отчаянии. Он передернул затвор своего револьвера и возобновил стрельбу.

Тем временем всадник продолжал стрелять. И то ли мой щит ослабевал, то ли удары становились все сильнее.

— Он приближается! — предупредил Джеймс.

Он уже съезжал с холма и, пришпорив коня, помчался во весь опор, из обеих его рук валил дым от пистолета. Это говорило либо о странном равновесии, либо о нездоровых бедрах.