— Ну что, едем?

Парни согласно закивали. Кто-то даже заметил:

— Рилевский князь на совете сказал, что не так уж у него и опасно. Да и много нас. Кто нам помеха?

— Ладно, ладно, мало ли, — осадил десятник и ещё раз бросил недовольный взгляд на княжон:

— Всё из-за вас!

Отряд двинулся по дороге в лес. Проехали не так уж много вглубь, как внезапно навстречу людям меж деревьев выпрыгнули лаюны. Хорук остановил коня, увидев больших собак, и на всякий случай подал знак воинам быть наготове, но беды не ждал. Сразу понял, что за оборотни к ним приближаются. В Риправе не одного такого не жило, но все знали, что в Рилеве большие лесные псы давно с людьми дружат.

Лаюны подошли к всадникам и приняли человеческий облик.

— Здоровы будьте, Риправцы, — произнёс один из них. — Я следопыт Рилевы Северсвет.

Хорук и остальные с интересом рассматривали оборотней. Назвавший себя Северсветом ещё и следопытом Рилевы назвался, а значит, он у князя на службе. Поняв это, десятник отозвался на приветствие:

— И вы здравствуйте, лаюны.

— Князь Рилевы получил ваше послание и шлёт вам приветствие, — сказал Северсвет. — И сам скоро приедет. А пока приказал нам вас сопровождать.

— Хм... — Хорук задумался, но кивнул: — Это хорошо, благодарю. Проводники нам не помешают.

Лаюны окружили риправский отряд и вместе с ним двинулись по дороге.

Воины посматривали на больших собак, а Софья с Мариамьяной с нетерпением ждали встречи с князем. Особенно Софья. Еле выдержала этот месяц! Всех святых духов благодарила, что до игр в Данатии не так долго. Без них никакого повода и не найдёшь в Рилеву попасть! Так что эту возможность она упустить не могла. И когда впереди на дороге показались всадники, сердце княжны забилось чаще. Сразу увидела впереди высокую фигуру и светлые волосы Ивана.

Князь ехал в обычной одежде, без кольчуги, в свободной рубахе, стянутой по талии. Рядом с ним брат Ланита и помощник Бава. Подъехав к риправскому отряду, он первым делом обратился к старшему.

— Приветствую, воин, — сказал Иван, — звание есть у тебя?

Хорук поклонился:

— Я десятник риправской дружины. Зовут меня Хорук.

Иван, ведя взгляд по лицам воинов, внезапно увидел Софью. Княжна сидела на коне в простой одежде, волосы убраны назад, и не видать, что длинные, никаких украшений. Но едва коснувшись её глазами, князь замер, и щёки сразу загорелись от того, что кровь в теле поднялась.

Софья посмотрела на Ивана открыто и с улыбкой, а он, усилием воли подавив дрожь, поклонился обеим девушкам:

— Приветствую, княжны.

— И тебе здравствовать, князь, — ответила на приветствие Мариамьяна, а сама искоса поглядела на Софью.

Та довольная сидела, как подсолнух. Молчала пока, но явно уже не терпелось ей с князем поговорить.

Иван, глядя на обеих девушек, понял, что они совсем не стесняются встречи и не боятся, даже наоборот — приятно взволнованны. Князь еле заметно перевёл дыхание.

— Время к ночи идёт, в лесу оставаться не стоит, — произнёс он. — Будьте моими гостями в Рилеве. Попируем за встречу.

Софья и Мариамьяна уже собрались согласно кивать, но Хорук, заметив это, опередил их.

— Нам не велено! — строго вставил он.

Девушки метнули в него молнии зелёными глазами.

— Не велено, — невозмутимо повторил десятник. — Прости, князь Иван, но князь Миша строго приказал никуда по дороге не заезжать. Никуда и ни к кому. Сказал, если узнает, что мы где-то задержались, мне голову свернёт.

— Так ты же не по своей воле, мы же просим, — усмехнулась Мариамьяна.

— Ха! Вам-то ничего не будет, а мне?! — Хорук не собирался сдаваться, но вдруг увидел, как щёки молодого князя Рилевы побледнели, и он зажмурился, будто в глазах больно стало.

А почти так и было. Поняв, что Софья сейчас поедет дальше, и надо её отпустить, Иван испытал разочарование такой силы, что сердце на один удар остановилось. Забыл, что хотел душу себе не тревожить, забыл, что хотел просто проводить княжну до границы своих земель, вообще обо всём забыл. Дивей это понял по лицу брата и едва заметно улыбнулся. Да стоило ждать, что увидев Софью, Рилевич разум потеряет.

— Князь? — позвал Хорук. — Что с тобой?

Иван заставил себя ответить:

— Всё хорошо.

Девушки смотрели на него, обе очень расстроенно.

— Прости, князь, — тихо сказала Софья. — Мы не должны приказа отца ослушаться.

Иван, глядя в глаза княжны, вдруг увидел, что она ждёт. И будто сама взглядом спрашивает, что он теперь будет делать. Но он всё боялся, что ему просто этого хочется и он сам себя обманывает. Только внезапно... Софья махнула длинными ресницами и чуть задержала их у нижнего века, словно сказала: давай!

И князь решился.

— И вы меня простите, — резко сказал он, — но по моим землям ночью чужому отряду ехать нельзя. Опасно. Я вас не отпускаю.

Хорук нахмурился, услышав последние слова:

— Не отпускаешь?

Иван, со стучащим сердцем, прямо в висках стучащим, утвердил своё решение:

— Не опускаю до утра, Хорук. Если в город вам нельзя, то устроим ночлег на берегу реки. У нас палаточный городок там. И постели тёплые есть, и костры ночные, и еда вкусная. И сами с вами переночуем.

— И домой не поедете? — удивился десятник.

— Как я могу? — ответил Иван. — Теперь ваша охрана и моя забота.

Софья смотрела на него как никогда — с улыбкой, довольная. А Иван снова почувствовал, что ему дышать трудно.

— Ну и дорога у нас в этот раз, — покачал головой Хорук.

Но возражать князю Рилевы после всех его слов уже было нельзя. Риправский отряд на его земле гость. И раз он их дальше не пускает, делать нечего, надо подчиниться.

***

В палаточном городке у реки уже знали, что едут гости. Дивей прислал сокола, а потом и Бава приехал, чтобы всё подготовить. Княжеский помощник, едва прибыв, отпустил строителей домой. Остались только воины. Небо вечерело, время шло к ужину, так что установили котелки на огонь, приготовили уху и запекли картошку на углях. Когда князь привёл отряд Риправы на берег, уже всё было готово к приёму неожиданных гостей.

Риправцы были рады. Хоть и не так сильно устали за путь, но погостить у самого князя в рилевских землях и познакомиться с его воинами было интересно, да и когда ещё придётся?

Люди расположились вокруг костров, беседовали, кушали и запивали медовым напитком. А Иван удивился тому, как легко оказалось разговаривать с княжной. Софья смеялась, спрашивала его про Рилеву и с удовольствием слушала всё, что он говорил, при этом ни разу не отвела от него взгляд. Князь её не смущал ну ни чем.

Иван ждал совсем не такого. Думал, что увидит высокомерную красивую чародейку и, может быть, она соизволит поговорить с ним. А вместо этого Софья веселилась от души, пила медовый напиток и болтала со всеми без умолка.

Но постепенно людей у костров становилось меньше, воины расходились по разбитым вдоль пляжа палаткам. И младшая княжна тоже устала. Но всё равно сидела, подперев подбородок кулачками, и сонно слушала Дивея и Мариамьяну. Они ещё говорили.

— Софья, — позвал Иван.

Та посмотрела на него.

— Ты ведь спишь уже, — произнёс князь.

Девушка кивнула.

— Пойдём со мной, — Иван встал и подал руку княжне, — покажу, где ночевать будете.

Софья взялась за его ладонь, тоже поднялась, а Иван сжал её пальчики. Как не хотелось их отпускать, но вести княжну за руку он не мог. Так что, помедлив секунду, всё же отпустил её и повёл вдоль ряда палаток к той, в которой они обычно ночевали с Дивеем.

Ланита и Мариамьяна проводили их взглядами и оба улыбнулись. Не сговаривались, само собой получилось. Потом посмотрели друг на друга, поняли, чему улыбаются и засмеялись.

— Сильно скучал князь? — хитро щурилась Мариамьяна.

— Ой, — Дивей аж языком цокнул, — словами не опишешь.

Дойдя до палатки, Иван приоткрыл полог, впуская Софью, и сам зашёл. Внутри пол покрывала добротная толстая циновка, на ней две постели. И вещи княжон тоже сюда занесли. Сумки с одеждой и чародейскими принадлежностями стояли вдоль тканевых стенок.