было совсем непросто – успевать за Яном в таком ритме! Их ноги практически не касались пола,
все вокруг кружилось с такой скоростью, что глаза не успевали разглядеть обстановку. И
только рука Яна на её спине, его ладонь, в которую Настя вцепилась с испугу, держали её на
протяжении всей этой волшебной карусели всполохов вращений, вспышек поворотов и мгновенного
перемещения от одного конца зала в другой.
Надежный. Сильный. Уверенный. Голова кружилась, мысли путались, и хотелось только, чтобы Ян
держал её, держал – и не отпускал. Никогда!Внезапно раздался громкий голос
Алессандро, говорившего какую-то речь, и Настя увидела Мирона и Никиту, которые тащили к
выходу Валерию и Лику. Те упирались, плакали, о чем-то просили братьев, но те притащили их
через весь зал, выставили их за двери, следом выкинули их шубы.
Мирон проходя мимо сделал знак головой, приглашая пойти с ним. Ян и Настя поднялись, и
подошли к помосту. Все братья тоже были тут, стояли полукругом и, казалось, чего-то ждали.
- Милое дитя, - обратилась мать Алессандро к Насте, - подойди ко мне.Настя совсем
потерялась и перестала что-либо понимать. Мысли разбежались и никак не хотели собраться в
кучу. Еле отцепившись от руки Яна, она подошла к помосту.- Я говорила тебе,
просто поверь в чудо, - сказала госпожа Дивино, - сегодня необычный вечер. И в такие вечера
обязательно случается волшебство. Ты веришь в волшебство?- Д-да… - еле слышно
прошептала Настя.- У тебя, наверное, в голове все перемешалось, да, девочка
моя? Хочешь что-то спросить?- Очень! Очень хочу! Я… я не понимаю. Я ничего не
понимаю! Столько всего случилось за последнее время…, - Настя повернулась к братьям, - вы
все, вы такие… такие заботливые, вы носитесь со мной, как с писаной торбой! Я как будто в
сказке, вот только не могу понять, в какой… как это? Почему? Почему это все так? Ян! Это
сказка, да? Сон? Или реальность?Слезы готовы были брызнул из Настиных глаз. Ян
подошёл, обнял за плечи, нежно погладил по голове.— Это сказка, Насть. Самая
настоящая сказка… Но не сон.- Кто вы? Кто вы такие? Почему? – уткнувшись в
грудь Яну, Настя все-таки заплакала. Плечи её вздрагивали, всхлипы становились всё громче.Госпожа
Дивино спустилась с помоста и приобняла Настю.
- Пойдем, девочка моя, поговорим в другом месте, - и не отпуская, повела Анастасию в
соседний зал.Там было темно, лишь в центре горел камин, освещая языками пламени
небольшой круг, да едва мерцали темно-синие звезды, инкрустированные в потолок. Стены были
украшены горельефами в виде деревьев, выполненными так искусно, что казалось, деревья живые
и растут прямо в стенах.Вокруг камина стояли кресла, по шесть с каждой стороны,
образовывая как бы полукругу. Между ними было пустое место, куда служители принесли два
высоких кресла с помоста. Одно кресло стояло напротив. К нему и подвела Настю госпожа
Дивино, усадила, ласково погладила по голове.Семья Дивино и братья заняли свои
места напротив, и Анастасию поразил порядок рассадки – молодые сели справа, братья постарше
– слева… Центральные места заняли Алессандро с матерью. Обстановка что-то смутно напомнила.
Что-то такое из детства, то ли сказочный фильм, то ли картина. Но мысль ускользала и никак
не хотела формироваться окончательно.- Как я тебе уже говорила, моя дорогая, -
госпожа Мария обратилась снова к Насте, - на нашем балу воможно любое волшебство. Правда,
достанется оно не всем. А только тем, у кого большое и доброе сердце, чистая душа, кто умеет
сопереживать и сострадать, и кому больше всех нужна сейчас помощь, поддержка и любовь. За
это отвечает мой сын, Алессандро – вы уже знакомы.Анастасия не могла поверить ни
своим глазам, ни своим ушам, ни всему происходящему вкупе. Волшебство? Прямо сейчас? Прямо
здесь? И опять в голове промелькнуло что-то знакомое, но уловить пока не получалось…-
Я наблюдал за тобой. – продолжил Алессандро, - Помнишь, дедушку в магазине? И варенье,
которое ты ему купила? Посмотри-ка на Николая повнимательнее…
Николай встал и вышел в освещенный камином круг. Слегка ссутулился, и вроде как даже стал
ниже ростом, посмотрел на Настю. Господи! Эти голубые глаза, как льдинки у Байкала, были
точь-в-точь, как у того дедушки. И борода такая же…Неужели?!По залу как будто
пронесся холодный ветерок, а с потолка медленно начали падать крупные снежинки. Невероятно
красивые, сверкающие… Прямо как в тот вечер!
- Узнаешь дедушку, Настя? – Николай ласково улыбнулся, и достал из неизвестно откуда
взявшейся сумки банку варенья. Ту самую.Настя не могла произнести ни слова от
шока. В горле стоял ком, ни вздохнуть, ни выдохнуть. Она смотрела на братьев, сидящих
полукругом. Языки пламени в камине отбрасывали причудливые тени с их фигур, и ей казалось,
что это не тени, а сложенные крылья за их спинами освещаются всполохами света, и пропадают в
темноте.Алессандро продолжил.- Своей доброй душой, своим открытым,
горячим сердцем и состраданием ты покорила и меня, и маму, - госпожа Дивино согласно
кивнула. - Ну а дальше ты почти знаешь… Я приехал к Валерии, упомянул о броши…
- Подождите!!! Подождите! – Настя судорожно вцепилась руками в подлокотники, - Николай! Это
ведь вас я видела у остановки вечером того же дня? Вас еще джип белый забрал?-
Да, Настя. Меня. А за рулем был Яков…Яков встал, и вышел к Николаю в круг. Да!
Это был он, водитель джипа! Настя никогда бы не перепутала его ни с кем. Снежинки западали
гуще, мягким ковром устилая пол.- А в офис «ИньЯн» меня подвозил…-
Я. – Третий брат встал рядом с Яковом. – Федор. Быстро довез? Понравилось?
Легкие вихри взметнули снежное покрывало с пола, снежинки в один миг стали мелкими,
колючими.
- Ну а меня-то ты точно знаешь! – Марк, прихрамывая, вышел к братьям, - да и с остальными
братьями ты уже знакома…
Снег с пола внезапно пропал, с потолка потянуло свежестью и теплом, пламя в камине заиграло
от этих легких порывов быстрее, вычурнее, тени на полу и стенах зашевелились. Насте
почудилось, что крылья за спиной братьев слегка расправились и сложились снова. Что за
видение? Нет же у них никаких крыльев… Настя встряхнула головой, и видения пропали.К
братьям вышел Ян. Её Ян! Господи, какой он красивый…
Анастасия невольно залюбовалась. Камин освещал его языками пламени, свет играл в его
волосах, и казалось, как будто нимб светится над ним. В зале стало еще теплее, ласковые
потоки теплого воздуха словно гладили Настины щеки, и ей казалось, что она слышит пение
птиц.- Я нашел твой эскиз на полу в офисе, потом выдернул из почты заявку, и был
очарован твоим талантом. А потом – и не только талантом. Ты само воплощение доброты и
нежности, и я полюбил тебя всем сердцем…
Настю от этих слов оглушило, разобрало на молекулы и собрало заново! Он… любит её?! Он?!
Любит?! Мамочки! Это… это все на самом деле?! Или она спит?! Господи, пусть это будет не
сон!- Ты была добра не только к людям, но и к животным, - к братьям вышел
Андрей, - а мои собаки абы кого к себе не подпустят.
В зале послышалось пение соловья, ветки деревьев покрылись нежно-зелёной листвой. Настя
смотрела на братьев, на стены… где-то она что-то похожее видела. Или читала?Мирон,
Никита и Илья встали со своих кресел. Подошли к братьям в круг. В зале стало совсем тепло,
на деревьях распустились цветы, пол покрылся мягкой травой. И тут Настя вспомнила! Вспомнила
эту чудесную сказку, которую она так любила в детстве!
- Вы… Вы – месяцы? Ян! Вы – месяцы?! Это что – сон? Мираж? Почему? Как?!Все
оставшиеся братья тоже вышли в круг. Обстановка в зале начала меняться с невообразимой
скоростью, листья на ветках стали разноцветными и через несколько мгновений пропали,
