Три самца, караулили добычу у поселения, а самка, оставалась в стороне, дожидаясь результата охоты и возможности получить свою часть добычи, когда самцы насытятся. Но эту версию нужно было проверить. Выйдя из комнаты, Солсбери принялся проверять двери на другой стороне коридора. Так, обходя все помещения по периметру, он получил полное подтверждение своей гипотезе и немного успокоившись, решил заняться насущными делами.

Прежде всего, нужно было найти помещение, где установлен генератор и попытаться запустить его. Генератор, это, прежде всего, тепло. Он и так уже давно ощущал неприятный озноб. Нужно было срочно сменить бельё и согреться, в противном случае, всё может закончиться пневмонией. Любое недомогание в подобной ситуации, это долгая, и мучительная смерть. Далее, вставал вопрос с питанием.

О воде, Солсбери не беспокоился. В крайнем случае, можно было натопить снега. Но сначала, генератор. К своему сожалению, Солсбери даже не попытался выяснить, знает ли кто-нибудь из военных план устройства русского поселения. Бегая по коридорам в поисках открытых помещений, профессор неожиданно понял, что и понятия не имеет, как устроен этот комплекс. Устройство поселения разительно отличалось от того, в котором жила его экспедиция.

Вспомнив, как грендели прорвались в их поселение через окна, Солсбери снова вышел в коридор, и принялся старательно закрывать все двери, которые до этого сам же и открыл. Вернувшись к входной двери, он поднял свой ящик и, отнеся его к углу ближайшего коридора, отправился исследовать задние. Включив фонарик он задумчиво посмотрел на желтоватое пятно света и, покачав головой, пошёл искать генераторную.

Как оказалось, уходившие люди, запирали двери не только в жилых помещениях, но и двери между секторами. Убедившись, что без ключей или крепкого инструмента, пройти в технический отсек у него не получится, Солсбери растеряно замер. Даже при его силе, выбить эти двери не получится. Русские строили так, словно готовились к ядерной войне, или к обороне от огромной кучи противников.

Вспомнив, что входная дверь без проблем перенесла взрыв заряда пластиковой взрывчатки, профессор прислонился к стене и, закрыв глаза, попытался привести мысли в порядок. В тех нескольких помещениях, куда он сумел попасть, можно было набрать немного мебели на топливо для небольшого костра. Но разводить костёр на деревянном полу, не самый умный поступок. К тому же, такой способ обогрева вполне мог привести к гибели от угарного газа.

Значит, ему нужно искать не просто помещение, где пол имеет хоть какое-то негорючее покрытие, а ещё и само помещение оборудовано вентиляцией. Придя к такому выводу, Джек принялся судорожно вспоминать, где в поселении может быть такое помещение. Вывод напрашивался сам собой. Это могли быть, или душевая, или столовая. Потом, вспомнив, что русские всегда душевой предпочитали баню, устало вздохнул.

Нужно искать столовую. Столовая, это место, где можно развести костёр, и место, где рядом может оказаться кладовая с продуктами. Мрачно оглядев тёмный коридор, профессор двинулся в обратный путь. Добравшись до входной двери, он наткнулся взглядом на висящий на стене план пожарной эвакуации и, сняв его со стены, задумался. Русского языка он не знал, но общие обозначения и часто встречавшиеся буквы кириллицы помнил.

Как оказалось, он пошёл не в ту строну. Столовая, баня, и остальные вспомогательные помещения находились в другой стороне. И попасть туда можно было по боковому коридору, на углу которого он сейчас и стоял. В очередной раз вздохнув, Солсбери побрёл в нужную сторону. Проверяя по пути все двери подряд, он в очередной раз проклял спокойствие и аккуратность бывших обитателей.

Словно в насмешку, двери оставили не запертыми только в те помещения, где не было ничего, способного помочь ему выпутаться из сложной ситуации. Дойдя до дверей столовой, профессор с замиранием сердца взялся за массивную ручку и, потянув её на себя, чуть не вскрикнул от злости. Эта дверь тоже оказалась запертой. Это стало последней каплей. Буквально рыча от злости и обиды, Солсбери бросился на дверь, колотя по ней кулаками и пытаясь вынести её вместе с косяком.

Боль от разбитый костяшек отрезвила его, и Джек, опустившись на пол, тихо заплакал. В этот момент, дверь в столовую щёлкнула, и тихо скрипнув, открылась. В проёме стояла мужская фигура, освещавшая сидевшего на полу профессора лучом мощного фонаря. Не понимая, кто это, Солсбери растерянно смотрел на появившегося человека, не веря собственным глазам.

— Вы бы ещё головой постучались, профессор, — иронично фыркнул человек, слегка отступая в сторону.

* * *

К зимовью они подошли днём, поминутно оглядываясь, и замирая при малейшем движении в стороне. Обойдя всю территорию зимовья по большой дуге, офицеры взобрались на гребень снежного перемёта и, всмотревшись в окрестности, дружно шёпотом выругались. Оказавшись на, так называемом заднем дворе зимовья, они хотели пробраться в генераторную, чтобы не активировать весь комплекс полностью. Но рядом с ангарами, где располагались все вспомогательные службы, крутился молодой грендель.

Стрелять, и поднимать шум, они не хотели, так что, оставалось только ждать. Ближе к ночи, когда звери будут чувствовать себя более комфортно, бойцы могли угостить гренделя светошумовой гранатой и, пользуясь его беспомощностью, проскочить в нужное помещение. Пара таких гранат нашлась у Вадима, так что, использовать их они планировали только в крайнем случае. Но прежде, было решено попробовать пересидеть зверя. Торчать у пустых ангаров просто так, ни один хищник не станет. Рано или поздно, он захочет есть.

Из разговоров с профессором Васенковым, Руслан понял, что поднявшись из спячки, звери должны быть очень голодны, а значит, они будут искать пищу. И чем скорее они её найдут, тем легче им будет перенести весенние морозы, и долгий переход к океану. Значит, просто подождать, очень даже стоило. Усадив пленника на один из ранцев, бойцы приготовились ждать. Но вдруг, с фасадной стороны зимовья, раздался не сильный взрыв, и яростный рёв. Если быть точным, то рёв нескольких глоток звучал и раньше, но после взрыва, его тональность резко изменилась.

— Похоже, и соседушки наши сюда добрались, — скривившись, прошипел Вадим.

— Только их тут не хватало, — фыркнул Руслан. — Может, закончим начатое?

— Подождём. Они слишком привыкли решать все вопросы при помощи грубой силы. Никак понять не могут, что можно и оборотку получить.

— Не скажи. Их иезуитские хитрости уже в историю вошли, — возразил Руслан.

— Та это в большой политике. А не земле, всё по-прежнему. Главное, свою крутость показать.

Словно в ответ на его слова, у зимовья грохнул ещё один взрыв. Потом, из-за угла появился огромный грендель, который перемещался какими-то странными, неловкими прыжками. Следом за ним, буквально полз ещё один зверь. Грендель, торчавший у ангаров, осторожно подобрался к углу зимовья и, стелясь над самой землёй, выглянул туда, откуда появилась пострадавшая парочка. Потом, последовал стремительный рывок, а через минуту, яростный рёв.

— Ну, и что это было?- удивлённо покосившись на напарника, спросил Руслан.

— Что б я знал, — вздохнул офицер.

— Думаю, это наш шанс, — подобравшись, тихо сказал парень, готовя автомат к стрельбе.

— Следи за местом, я прихвачу нашего друга, — кивнул Вадим, быстро скатываясь с перемёта.

Подхватив пленника под руки, бойцы буквально поднесли его к дверям нужного ангара, и спустя две минуты, вся троица оказалась в генераторной. Заперев дверь, Руслан включил фонарик, и быстро пройдя через машинный зал, занялся техникой. Вадим, ловко усадив пленного на ближайший стул, зафиксировал одну его руку браслетом от наручника, пристегнув второе кольцо к трубе, отопления.

Потом, обойдя помещение, он задумчиво постоял перед дверью, ведущей в зимовье и, повернувшись к напарнику, сказал: