Фиэль

"Это просто сон… кошмар… Это не может быть реальностью…" — твердила я, царапая запястья до багровых полос. Зажмуривалась, распахивала глаза, но удушающая реальность оставалась неизменной: обветшалый дом, пропитанный пылью и запустением. Комната, еще несколько часов назад казавшаяся просто скромной, теперь давила, как темница. И все потому, что я доверилась ему… любимому мужчине, предавшему меня.

Сердце обливалось кровью, разум отказывался принимать его жестокость. Не мог… Он был таким искренним… Разве можно так целовать и лгать одновременно? Невозможно… С ним все было прекрасно… Что же произошло потом? Ответов не было.

Что ж… мама всегда учила отвечать за последствия. Я была уверена в своей правоте. Как же я ошибалась…

Может, это она видела в своих видениях? Что задумал Габриэль? Использовать меня как пешку в игре против отца и Весиана, против эльфийского королевства?

Я не позволю их планам осуществиться. Если для этого потребуется моя смерть, так тому и быть…

Попыталась встать, найти что-нибудь острое, но не успела. Дверь распахнулась, и на пороге возник он.

Не хотела видеть его таким… чужим.

Знала, что выгляжу жалко и сломленно, совсем не как принцесса. Но мне было плевать… пусть смотрит, что он со мной сделал… Пусть наслаждается.

— Это того стоило? — мой взгляд встретился с его.

Он медлил с ответом. В глубине его темных глаз мелькнула тень сомнения, и я ухватилась за нее, как утопающий за соломинку.

— Габриэль… — прошептала, — Не делай этого.

— Прости, Птичка, но я такой, какой есть. Всегда был таким, — он подошел ближе, прожигая меня взглядом, — Когда я попал в этот мир, память была стерта. Но ночь, проведенная с тобой… вернула ее. К сожалению, это обернулось против тебя. И да… я все спланировал с самого начала, — на его лице расцвела хищная ухмылка.

Я беспокоилась о кознях моего жениха, а Габриэль все это время вел свою игру.

— Как тебе удалось избавиться от ошейника? — этот вопрос почему-то казался жизненно важным. Он уходил от ответа, уклонялся… Почему?

— Я обменял его на документы, — теперь он говорил прямо, не таясь.

Не требовалось гениальности, чтобы догадаться, о чем речь. Но я все равно потребовала ответа, хотела услышать это от него, окончательно добить себя…

— Наши документы?

— Это был я. Не Весиан… Теперь твой отец знает о его планах, как ты и хотела… А я свободен, — он развел руками, с холодной улыбкой, — Возможно, он уже ищет тебя, чтобы разорвать ненавистный тебе союз, но увы… слишком поздно.

Я не знала, как реагировать. Даже плакать не было сил. Внутри словно все умерло. Отвернулась к стене, безразлично глядя в никуда.

— Что со мной будет дальше?

— Пока точно сказать не могу. Совет людей прибудет завтра вечером и тогда будем решать.

Ухмыльнулась. Теперь моя судьба и жизнь в руках людей. Раньше я не понимала такой ненависти своего отца к ним, но сейчас… сейчас я убедилась, что они все до единого, жадные, алчные и жестокие.

— Хочешь что-то спросить? Или, может, есть что высказать? — Габриэль не унимался. Казалось, ему доставляет извращенное удовольствие мое жалкое состояние. Он словно смаковал момент моего поражения.

— Нет, — единственное, что я смогла выдавить из себя. Слова застревали в горле, словно комья пепла.

Несмотря на мое нежелание говорить, Габриэль не спешил уходить. Он стоял, словно хищник, наблюдающий за загнанной в угол добычей. Я не находила в себе сил даже смотреть на него, но любопытство, смешанное со страхом, победило. В какой-то момент я не выдержала и взглянула. То, что я увидела, повергло меня в настоящий ужас. Вокруг него колыхалась чернота, нечто похожее на дым, но гораздо плотнее и зловеще. Она словно обволакивала его, пожирая свет вокруг. Это была не просто тень — это была тьма, живая и голодная. Она сочилась из него, как яд. Воздух вокруг Габриэля, казалось, дрожал от ее присутствия.

Мои глаза расширились от страха, тело задрожало. Что это? Что с ним происходит? Неужели он демон? Или же его разум и душу поглощает некая темная сущность? Внутри меня нарастало чувство первобытного ужаса, от которого хотелось кричать и бежать. Но я могла лишь молча смотреть на него, не в силах произнести ни звука. Габриэль похоже заметил перемену моего состояния, при этом не спешил, как-то реагировать на это. Наоборот, он просто развернулся и ушел.

Мысль о том, что отец узнал правду и мог послать за мной помощь, терзала меня, как незаживающая рана. Все могло сложиться иначе, если бы я не сбежала из замка, поддавшись порыву. Дала волю эмоциям, глупая, наивная девчонка. Что же сейчас происходит в королевстве? Как там Весиан? Неужели его изгнали, опозорили? Лишь бы не началась новая война… Моему королевству просто не выдержать, ресурсов почти не осталось.

Я обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь. Тяжело вздохнула, отчаянно цепляясь за ускользающую надежду. Ведь я видела в его глазах свет… проблески человечности, я уверена. Может быть, у меня еще есть шанс повлиять на него? Габриэль сейчас стоит на распутье, на краю пропасти. Должен быть хоть какой-то способ образумить его, вытащить из этой тьмы.

Нет… я отбросила эту мысль. Сейчас надо думать о себе и об отце. Надо бежать! Но как? Обмануть охрану? Смогу ли я? Слишком рискованно.

— Я хочу воды… — голос дрожал, непослушно вырываясь из пересохшего горла. Говорить было мучительно трудно.

В ответ — лишь тишина. Прислушалась. У входа слышались приглушенные голоса. Значит, стража все еще там.

— Помогите мне! — постаралась крикнуть как можно громче, вцепившись пальцами в холодные прутья решетки.

Какая же ирония судьбы… Некогда за подобными прутьями томился Габриэль, а теперь пленницей стала я.

Наконец-то послышались торопливые шаги.

— Что случилось? — в проеме двери появился один из охранников. Его взгляд, полный ненависти и презрения, словно кинжал, вонзился в меня.

— Я умираю от жажды, прошу вас… не откажите, — изо всех сил старалась не обращать внимания на его злобный тон, хотя и понимала, что заслуживаю такого отношения. Частично.

— Ишь чего захотела! Интересно, как у вас… у мерзких эльфов с заключенными обходятся?

— Мы никогда не отказываем в еде и питье, — слова сами сорвались с губ, — Не думаю, что ваша цель — уморить меня здесь голодом. — Удивительно, откуда у меня сейчас берутся силы на подобные разговоры.

Стражник несколько секунд сверлил меня взглядом, словно пытаясь разгадать мои намерения, потом резко развернулся и ушел. Вскоре он вернулся, держа в руках грязную миску и что-то отдаленно напоминающее стакан. Рядом с ним стоял его напарник. Тот, в отличие от первого, смотрел на меня равнодушно, словно я была не живым существом, а куклой.

— Только попробуй что-нибудь выкинуть! — прорычал стражник, пока его напарник неуклюже возился с замком на решетке.

— О, я смотрю, вы уже готовите заключенную? — в дверном проеме возник тот самый мужчина, которого я видела на площади, незадолго до того, как меня схватили.

— Готовим? — оба стражника удивленно переглянулись.

— Да, поступил приказ о переводе эльфийки в другое место. Там уже все подготовлено.

Стража снова обменялась недоуменными взглядами.

— Я сам ее заберу.

— А если… — попытался возразить один из охранников.

— Вы что, думаете, я с какой-то девкой не справлюсь?! — рявкнул мужчина.

Я молча наблюдала за их перепалкой, не понимая, что происходит. Сердце бешено колотилось в груди. В моем измученном разуме робко затеплилась надежда. Неужели Габриэль передумал? Осознал, что натворил? Не знаю почему, но все еще верила в его чувства ко мне, в глубине души цеплялась за эту слабую нить.

Мужчина вошел в камеру и грубо протянул руку.

— Вставай! — приказал он.

Я ухватилась за его руку и поднялась. Неуверенно последовала за ним. Перед самым выходом из этого проклятого места на мои руки защелкнули тяжелые стальные браслеты, соединенные цепью.