Мои глаза скользнули по заваленным обломками полу и наткнулись на блеск стали. Меч. Похоже, кто-то из стражи выронил его в суматохе. Идеально.

В голове мгновенно созрел план. Простой, как удар молнии, и столь же смертоносный. Убить Алариэна. Здесь и сейчас. Замаскировать убийство под несчастный случай, свалить все на пожар. Кто заподозрит злой умысел в этом аду? Все спишут на стихию. А я стану героем, оплакивающим безвременную кончину Его Величества. И кто знает, может быть, именно это откроет мне двери к власти в этом королевстве.

Меч взметнулся в воздух, готов обрушиться на ничего не подозревающего короля. Но в этот момент Алариэн, не поднимая головы, произнес:

— Я знаю, Весиан. Знаю, что ты задумал.

Мое сердце пропустило удар. Откуда он знает?

Я медленно опустил меч.

— Ваше Величество? — процедил я, стараясь сохранить невозмутимый вид, — Я лишь хотел убедиться, что с вами все в порядке.

Алариэн выпрямился и повернулся ко мне. В его глазах не было ни страха, ни отчаяния. Лишь холодное презрение.

— Не трудись, Весиан. Я все знаю. О твоих планах, о твоих связях, о твоей истинной цели. Ты думал, я слеп? Ты ошибался.

Я не мог поверить своим ушам. Он все знал! Как? Кто ему рассказал?

— И что же ты собираешься делать, Алариэн? — спросил, сжимая рукоять меча, — Ты же не думаешь, что я позволю тебе остановить меня?

— Ты уже проиграл, Весиан, — усмехнулся он. — Твой брак с моей дочерью будет считаться недействительным. Ты никогда не станешь королем этого королевства.

Ярость захлестнула меня. Все мои планы рушились в одно мгновение. Он собирался лишить меня всего!

— Ты пожалеешь об этих словах!

Я замахнулся мечом, но тут мой взгляд зацепился за что-то, находящееся над головой короля. Огромная обугленная балка, поддерживающая потолок, держалась лишь на тонкой, почти перегоревшей веревке. Мой шанс.

Усмехнувшись, отступил назад, спрятав меч за спиной. Алариэн ничего не заметил, поглощенный своей триумфальной речью. Я выждал момент, когда он наклонился, пытаясь что-то достать из-под обломков, и резким движением обрубил веревку.

Треск дерева прорезал оглушительный гул пожара. Алариэн обернулся, но было уже слишком поздно. Огромная балка, словно гигантская дубина, рухнула прямо на него, погребая под собой в вихре искр и пыли.

Я отвернулся, прикрывая лицо от жара. Все произошло так быстро, что я едва успел осознать случившееся. Алариэн мертв. Мой план изменился, но цель достигнута. И его слова больше ничего не значат.

Сквозь грохот рушащихся конструкций услышал предсмертный хрип Алариэна, но не обернулся. Мой взгляд был устремлен в будущее, где я, Весиан, стану королем этого проклятого королевства. И ничто не сможет меня остановить.

Обернулся и увидел вдали Лариэта. Он с ужасом наблюдал за происходящим.

Откинув оружие в сторону, выбежал из библиотеки, игнорируя его присутствие.

— Где Король?! — обратился ко мне кто-то услуг.

— К сожалению… Его Величество погиб, — заключил я и посмотрел на управляющего.

Тот кивнул.

— Да, я видел… видел, как Господин пытался его спасти… но… балка… — голос задрожал.

Отлично, этот идиот не стал ничего говорить, все еще играет в верного щенка. Теперь осталось расправиться с Фиэль.

Габриэль

Темнота сгущалась, словно кровь, кипящая в венах. Мгновение назад, после фарса брачной церемонии, я и представить не мог, что Птичка сама осмелится прилететь ко мне. Стояла в тени моей комнаты, закутанная в балахон, призрачная и нереальная. Сон? Проснуться после такого — все равно что вырвать себе сердце.

Что она здесь делает? Я, собственноручно, отдал ее под венец этому… эльфу! Высокомерный ублюдок, не достойный и пылинки с ее крыла. Как и я, впрочем… Но ревность — ядовитый зверь — терзала грудь, требуя утоления. И только ее поцелуй мог его усмирить.

Она — настоящая! Я пил ее нежность, как путник — воду в пустыне. Каждый вдох, каждый трепет ее кожи — бальзам на израненную душу. Губы, шея, плечи… В эту ночь не существовало ничего, кроме нас. Забыты планы, стерты сомнения. Лишь я и она.

Фиэль заражала меня своим светом, своей невинностью. Хотелось зажмуриться, как довольный кот под первыми лучами весеннего солнца.

А утром она упорхнула. И тьма нахлынула с новой силой.

То, что я так тщательно держал под замком, вырвалось на свободу. Света Фиэль не хватит, чтобы спасти такого, как я. Весиан — мальчишка, делающий первые шаги на пути зла, по сравнению со мной.

Эти порывы… они не случайны. Предательство — моя вторая натура. Унижения, вседозволенность, упоение властью… Я словно создан для этого.

Как я вообще попал в этот мир? Последнее, что помню — Темный захватил мое тело. Моя вина, я не смог ему противостоять. Дальше все виделось словно сквозь мутное стекло. Он, используя меня, начал воплощать свой чудовищный план. И Избранные ему помешали. Среди них была и Рейна, дочь моего врага. Воспоминания о ней, о тех пытках, что я ей причинил, вспыхнули с новой силой, отравляя разум.

Сердце каменело, вновь погружаясь во мрак. Темный повержен, а меня выбросило сюда. Вернуться — нереально. Там, наверняка, считают меня мертвым. Значит, нужно строить новую жизнь здесь. Но для обычного смертного, без власти и влияния, это невыполнимая задача. Я верну себе то, что потерял!

Фиэль… Ноющая боль в груди. Сомнения? Чушь! Прочь! У меня есть цель, и я буду ей следовать. Она — лишь одна из многих… А сколько их еще будет впереди?

План прост и циничен, как и моя душа. Стравить эльфов и людей — вечная вражда, что может быть проще, чем подкинуть им ту, кого они презирают? Фиэль последует за мной, я в этом был уверен. Она больше не та испуганная девочка, чьи слезы когда-то доставляли мне извращенное удовольствие. Теперь она — закаленная воительница, и, что самое опасное, она доверяет мне. Этой слепой верой я и воспользуюсь.

Подстроить пожар оказалось до смешного легко. Эльфы, эти надменные создания, оказались насквозь прогнившими. Король, сломленный горем, погряз в своих страданиях, не видя, что происходит у него под носом. Обвести их всех вокруг пальца — плевое дело. Я словно кукловод, дергающий за ниточки этих марионеток.

Я мог сдать Фиэль эльфам сразу, как только привел ее в ловушку. Но зачем спешить? Решил растянуть удовольствие, выжать из этой ситуации максимум выгоды для себя. Я это заслужил. После всего, что мне пришлось пережить…

Она полностью в моей власти. Такая сильная и одновременно хрупкая. Ее глаза, полные решимости и… надежды? Нет, надо выкинуть ее из головы! Она всего лишь пешка в моей игре. Есть я, и больше мне никто не нужен. Так я себя убеждаю. Но червь сомнения уже гложет изнутри. Что, если… Нет! Нельзя поддаваться слабости. Я должен оставаться хладнокровным, расчетливым. Иначе все рухнет. И тогда я потеряю все.

Ее растерянность, страх и обреченность — то что я увидел, когда ее схватили и поволокли в дом. В этот момент я ничего не чувствовал. Внутри меня был холод.

Обсудив план действий с одним из старейшин, а также управляющим в этом небольшом городе, направился к ней.

Преодолев все свои сомнения, вошел в дом. Меня спокойно пропустила охрана, которая лишь довольно ухмылялась.

— А ты молодец, Габриэль… мы в тебе и не сомневались, — послышалось мне в спину. Но мне было на это совершенно наплевать.

Лунный свет проникал сквозь зарешеченное окно, освещая ее заплаканное лицо. Фиэль сидела на полу, прижавшись спиной к холодной стене. В ее глазах больше не было света. Только пустота и смирение. Она приняла свою судьбу. Сдалась. И это было хуже всего. Я должен был ненавидеть ее. За ее доброту, за ее наивность, за то, что она заставляла меня сомневаться в своем плане. Но вместо этого… я чувствовал жгучую боль. Боль от осознания того, что именно я отнял у нее все. Ее свет, ее свободу, ее надежду. Я отнял у нее саму себя. И смотрел, как она умирает внутри. И не мог ничего сделать. Или не хотел? Вопрос, на который я боялся найти ответ.