— Приветики! — услышала я знакомый и не совсем приятный мне голос. Будто кто‑то провёл ногтем по школьной доске — противно, но, увы, неизбежно.

Подняла голову — и я не ошиблась: перед нами стояли Рома и его белобрысая пиявка. Она повисла на его руке, точно брелок на ключах, — и улыбалась так приторно-лучезарно, что хотелось зажмуриться.

Значит, когда он вчера приглашал меня на пляж, снова подразумевал отдых втроём. Ну, конечно. Кто бы сомневался…

— Здорово, Ромыч! — бодро отозвался Ваня, поднимаясь на локтях и потягиваясь так, что мышцы на руках красиво перекатывались.

— Здорово, Вано, — хлопнул его по плечу Рома. Парни обменялись дружескими рукопожатием.

— Привет, — попыталась я радостно поздороваться с ними. Но радости в моём голосе было примерно столько же, сколько снега в июле. Сама не понимаю почему. Ну не нравится мне эта пара — и всё тут!

— Мы вам хоть не помешали? — с невинной улыбкой спросил Рома, хотя в глазах у него плясали чёртики.

Я промолчала, лишь пожала плечами. Они правда не помешали. Точнее, он не помешал. И лучше бы он пришёл сюда без своего «самовара».

— Не, падайте рядом, — дружелюбно махнул рукой Ваня. — Майка и Миха тоже будут?

— Вроде должны, — ответил Рома, расстилая покрывало в двух шагах от нас.

«Отлично, — мысленно вздохнула я. — Скоро тут будет вся компания. И прощай, тихий отдых с Ваней».

— Я пойду поплаваю, — сказала я, резко вскакивая с подстилки. Мелкая галька тут же налипла на влажные ноги, и я невольно поморщилась, стряхивая её на ходу.

Пока шла к воде, отчётливо почувствовала, что по моей спине, талии и ягодицам обжигает чей‑то пристальный взгляд — будто кто‑то провёл горячим пальцем вдоль позвоночника. Чей, интересно?

Я резко обернулась — и неожиданно успела заметить сразу две пары оценивающих глаз. И Ромы, и Вани. Оба тут же сделали вид, что просто разглядывают море, но я‑то всё видела!

«Эх, Леся, Леся, пока ты что‑то ищешь в своей сумке, твой парень бесстыдно меня рассматривает», — мелькнуло в голове. И хочется заметить: у меня действительно есть на что посмотреть. И талия, и ноги, и грудь — всё у меня прекрасно. Нескромно? Возможно. Зато честно.

Я улыбнулась парням голливудской улыбкой, поправила лямку от купальника, встряхнула волосами, как в рекламе шампуня — эффектно, медленно, с зависанием прядей в воздухе… И не успела ничего понять, как уже лежу на земле, а моё лицо старательно облизывает Арсен.

— Ай, Арсен, фу! — рассмеялась я, пытаясь увернуться от его влажного языка. — Вот точно бандит! Сбил с ног — и моё дефиле перед парнями закончилось позорным падением. Прямо на глазах у публики, без страховки и репетиций!

Повернула голову — Лиса‑Леся хохотала, прикрыв рот ладошкой, но плечи всё равно тряслись от смеха. Она пыталась сказать что‑то, но только махала рукой и давилась смехом, а из глаз уже выступили слёзы.

Парни уже шли ко мне. Рома на ходу вытирал слёзы от смеха, чуть ли не сгибаясь пополам, а Ваня, хоть и старался сохранять серьёзность, всё равно улыбался уголком рта — и я заметила, как подрагивают его плечи от сдерживаемого хохота.

— Арсен, ты чего накинулся? Купальник, конечно, что надо. Но ты же мужчина, должен уметь держать себя в руках, — шутил Рома, протягивая мне руку. Он говорил это с такой серьёзной миной, что его подрагивающие губы и искрящиеся смехом глаза только усиливали комичность ситуации.

— Вставайте, мисс Голливуд. Без вас шоу теряет половину очарования, — произнёс Ваня с нарочито галантным поклоном и тоже протянул мне руку.

«Видела, хитрая Лися? Выкуси! Все рыцари сбежались ко мне, даже Арсенчик, и тот поражён моей красотой», — торжествующе подумала я, стараясь не расплыться в улыбке.

Я ухватилась за их руки и кое‑как поднялась, отряхивая гальку с бёдер и пытаясь одновременно оттереть следы собачьей слюны с щеки.

— Спасибо, спасатели Малибу, — я как могла старалась сохранить остатки достоинства. Краем глаза заметила, что Лиса‑Леся всё ещё давится смехом, а Арсен виновато виляет хвостом, будто понимает, что перегнул палку.

— Не ушиблась? — спросил Ваня.

— Всё в порядке, спасибо! — ответила я. — Разве что самолюбие немного пострадало, но это не смертельно. Будет что внукам рассказать.

Рома пошёл первым в море. И теперь у меня выпала возможность рассмотреть и его. Вот это да. Он остановился у кромки воды, и солнце подсветило рельеф его плеч — каждая мышца чётко проступала под загорелой кожей. «Они там что, на винодельне в качалке целый день проводят?» — мелькнуло в голове. Широкие плечи, руки — будто из железа.

Песчаная крошка всё ещё неприятно колола кожу, и я машинально стряхнула её с предплечья. Чтобы не захлебнуться слюнями от восхищения, я всё‑таки решила окунуться в воду и освежиться.

«И чего пялиться‑то на чужого парня? Как говорится, на чужой каравай рот не раскрывай», — напомнила я себе. Это я ещё с детства запомнила. Но, честно говоря, соблюдать это правило рядом с такими видами было почти невыполнимой задачей.

Поэтому я поспешно отвела взгляд и решила всё‑таки позвать к нам его девушку — пусть займёт его чем‑нибудь: поплещутся в воде, как влюблённая парочка, а я как раз, глядя на их счастье, выкину дурацкие мысли из головы.

— Лися, иди к нам! Море тёплое! — громко крикнула я.

Рома хохотнул:

— Она Леся.

— Блин, Леся! — спохватилась я, прикрыв рот ладонью.

— Я не хочу, — буркнула та.

— Ты Бастинда что ли? — решила пошутить я.

Лися замерла, хлопая глазами.

— Кто это? — спросила она удивлённо, чуть наклонив голову.

Мы с Ромой переглянулись.

— Это модель Виктории Сикрет, — со всей серьёзностью ответил Рома. — Очень известная. Одна из главных ангелов. У неё даже своя линия купальников есть.

— А, тогда спасибо, — крикнула Лися, явно польщённая. Она невольно расправила плечи и поправила волосы. — Не знала, что я на неё похожа!

— Всегда пожалуйста, — подмигнула я, еле сдерживая смех.

Ваня, который всё это время стоял рядом, посмотрел на нас с Ромой с недоумением:

— Чего ржёте? Кто такая эта Бастинда?

Рома наклонился к нему и шёпотом ответил:

— Порнозвезда. Только Леське не говори, обидится.

— А‑а‑а, понял, — протянул Ваня, кивая с видом «теперь всё ясно». Он бросил взгляд на Лесю, которая как раз в этот момент любовалась своим отражением в зеркальце.

Мы с Ромой снова переглянулись, с трудом сдерживая хохот. Я закусила губу, чтобы не расхохотаться в голос, а Рома сделал вид, что закашлялся.

— Ну что, Вано, на перегонки, как в детстве? — спросил Рома друга, вытирая слёзы смеха с глаз.

— До нашего камня? — тут же подхватил Ваня, уже заходя глубже в воду.

— Ага!

— Погнали!

Парни разом оттолкнулись от дна и поплыли от меня, энергично рассекая волны. Рома сразу взял быстрый темп, а Ваня чуть замедлился, чтобы выбрать оптимальный угол захода.

Я проводила их взглядом, улыбаясь. Веселье ещё витало в воздухе — отголоски нашей глупой шутки, общий смех, лёгкость момента… Но солнце припекало всё сильнее, и кожа уже начинала слегка пощипывать.

Решив, что пора отдохнуть, я развернулась и пошла к берегу. Галька уже начала обжигать ступни, а тень от зонта уже манила прохладой. Как раз к Бастинде подошли Майя и Миша — все трое тут же втянулись в оживлённый разговор.

— Привет, Лин, — махнула рукой Майя, заметив меня.

— Привет! — я помахала в ответ, стряхивая капли воды с волос.

— Тархун будешь? — спросила Майя, протягивая пластиковый стаканчик. — Холодненький, с лимоном и мятой. В такую жару — самое то!

— Ой, класс! Буду, конечно! — обрадовалась я, чувствуя, как во рту пересохло после смеха и плавания.

Майя протянула мне стаканчик, и я жадно сделала глоток — освежающая прохлада разлилась по телу, а мятный аромат ударил в нос. Прикрыла глаза от удовольствия и, сделав ещё пару глотков, начала выискивать глазами Рому и Ваню в море.

— Прикиньте, ребята, Лина сказала, что я похожа на известную модель Виктории Сикрет — Бастинду, — донеслось от Леси.