Когда она подошла совсем близко я вышел из за стола и обратился к ней:

— Юлия Сергеевна, это я Анохин. Вы со мной договаривались вчера о встрече.

Подойдя вплотную ко мне, Заварзина протянула мне свою ладонь. Я пожал её и вдруг заметил как по её лицу пробежала гримаса удивления.

Когда мы вместе уселись за столик, Заварзина спросила меня:

— Итак, Виктор, что вам интересно, и, что вы хотели бы узнать?

Я вновь рассказал ей обо всех обстоятельствах связанных с делом Вики Потоцкой, а так же своих недоумениях связанных с ним, которые я так и не разрешил до сего дня.

Юлия Сергеевна молча, не сводя с меня своего внимательного взгляда выслушала меня, а когда я закончил спросила:

— То есть вы хотите знать, связанно каким то образом дело о нападении на вашу однокурсницу, с тем, чем занимались в кружке Аруханова?Я правильно вас поняла?

— Вы поняли меня совершенно правильно, уважаемая Юлия Сергеевна, знаете столько лет прошло, а эта загадка так и не даёт мне покоя. Я когда в уголовном розыске служил пытался навести кое — какие справки. Но всё бесполезно. А отец Виктории подполковник Потоцкий, так прямо запретил мне заниматься этим.

— Подполковник Потоцкий, дал вам совершенно правильный совет и совершенно правильно запретил заниматься обстоятельствами этого дела,- сказала как отрезала Заварзина,- знаете есть дела в которые лучше вообще не совать нос, как бы не было интересно. Ибо чревато. А особенно если учесть ваше происхождение.

— А, что с ним не так?- удивлённо спросил я.

Заварзина ничего не ответила мне, лишь кивнула на моё обручальное кольцо и спросила:

— Женаты?

— Конечно. Много лет уже. На однокурснице.

— А жена в курсе вашего подлинного происхождения? Ну или хотя бы догадывается о нём?

— Я решительно не понимаю вас!

— Знаете я уже много лет не встречала людей, скажем так, вашего типа,- задумчиво произнесла Заварзина,- похоже вы очень ловко сумели замаскироваться. Так,что никто и ни о чём не догадался. Что же поздравляю, вам очень повезло. Иначе мы не сидели и не разговаривали бы здесь, в этом прелестном уличном кафе. Пожалуй случай с Викторией Потоцкой это единственный ваш прокол. А насчёт вашего интереса я вам вам вот, что скажу. Как понимаю вы в своё время давали подписку о не разглашении? Верно?

— Верно. Подполковнику Захарову.

— Тогда, как офицер милиции в прошлом вы должны понимать чем может обернутся для вас лично нарушение такой подписки.

— Ну КГБ того больше нет. Да и страна у нас сейчас другая.

— Верно. Но есть подписки которые не теряют силу ни при каких обстоятельствах. Как и дела, которые не будут рассекречены и через двести лет. Надеюсь вам всё ясно?

— Всё ясно,- пробормотал я,- простите за отнятое у вас время.

Заварзина поднялась со стула и глядя на меня своим пронзительным взором сказала:

— Впрочем в утешение я скажу вам, что того человека, который покушался на вашу однокурсницу, и теперешнюю родственницу уже давно нет в живых. И постарайтесь навсегда забыть обо всём этом. В противном случае вы можете навлечь беду не только на себя, но и на своих близких. Хорошо?

В ответ я растерянно кивнул головой. Заварзина молча, не прощаясь вышла из за стола и покинула кафе. Глядя ей в след и вспоминая её пронзительный взгляд, я вдруг почувствовал себя очень и очень не в своей тарелке.

— Прямо настоящая ведьма,- подумал я,- и как ей студенты зачёты и экзамены то сдают? Не понимаю.

Но делать мне в этом кафе было больше нечего и поэтому я покинул его, направившись к припаркованной неподалёку моей машине.