Тёплые струи воды смыли остатки былой страсти, как бы банально это ни звучало. Стоя под душем, всё время ожидала вызова с серьги-переговорника. Но нет, или Леди Судьбы не было дома, или она была занята, не до кофе ей. А вот интересно, внезапно подумалось, когда превращаюсь в дракона, серьга остаётся или нет? А, если нет, то куда она девается? Желание узнать ответ на этот животрепещущий вопрос, прямо зудело во всём теле. А, как говорила баба Люда, нельзя отказывать себе в сильных желаниях, бо характер портится. А вдруг во мне уже зародилась маленькая жизнь? Тогда никак нельзя портить характер, я ж буду мамой!

Решено! Прямо сейчас и узнаю! Выскочила из душа, насколько позволила тянущая боль между ногами, приняла драконью форму и поскакала к зеркалу. Нет, но какая я всё-таки лапочка! И крылышки, и маленькие рожки, и аккуратный гребень, а чешуйки на животе совсем крохотные! Пока вертелась перед зеркалом и любовалась, рассматривая себя со всех сторон, забыла, зачем обращалась. И только звук открываемой двери вернул к действительности, и я вспомнила. Сережка оказалась впаянной в чешуйку возле крохотной дырочки, заменяющей драконам ухо.

— Ким, — раздалось от двери.

Я подпрыгнула, поворачиваясь, и с удивлением констатировала — а ничего не болит и не тянет! Значит, драконья регенерация это не вымысел? Ух ты!

— Ким! — уже более требовательно.

Ах, да. Вишна. Он что-то ранее сказал? Не расслышала. Сейчас он начнёт говорить, что прошлая ночь была ошибкой, что во всём виноваты его мужские инстинкты, давай останемся друзьями, бла-бла-бла… Зачем эти разговоры? Ничего не изменить, да чувство стыда или обиды отсутствовало напрочь. Ладно, соглашусь на всё, лишь бы он скорее закрыл дверь с той стороны и не мешал исследовать новую меня. Я ж первый раз себя такую в зеркале увидела!

— Да, конечно, — торопливо ответила ему и вновь вернулась к зеркалу.

Не, а чего он продолжает стоять и лыбиться? Мне свидетели не нужны!!!

— Та хто ж так предложению робыть? — возмутилась баба Люда.

Ага! И она тут нарисовалась! Сидит на пушистой заднице и сверлит глазками бусинками. А раньше где была? У, сводница! Постойте… Какое предложение? Предложение чего?

Теперь я стояла и хлопала своими красивыми длинными угольно-чёрными ресничками.

— Ну, не знаю, — огрызнулся Вишна, на мгновение стрельнув глазами на бабулю. — Я первый раз вот так.

— Воно и видно, — хмыкнула бабуля. — Кольцо принёс?

— Да! Вот! — неловко засуетился большой и смутившийся мужчина, достал из кармана штанов красную коробочку, открыл и продемонстрировал бабе Люде содержимое. Я тоже вытянула шею из любопытства. Нет, ну интересно же!

— Ну, другое дило, — одобрила бабуля. — А то «после того, что между нами произошло, ты, как порядочная девушка, обязана выйти за меня замуж!» — кривляясь, явно копируя кого-то, пропищала она. — Хто ж так замиж кличе?

Вишна приободрился и они теперь оба уставились на меня. Мужчина демонстрировал уже мне раскрытую коробочку. А тв ней очень уютно расположилось колечко с прозрачным камушком, размером с небольшой булыжник.

— Ну? — не утерпела бабуля. — Теперь ты тормозишь! Що значить «да, конечно»? А де смущение? Де очи в пол? — она сурово пошевелила пышными усами. — Хоча, да, чого теперь смущаться, раз вин тебе всяку вже бачил и пробував.

— Ба! — в один голос возопили мы.

— А чого? Ты теж його куштовала всю ночь, не вдавилася, значить, беремо мужика! Вин нам пидходити!

— Ба!!!

— А що? Не понравився? — она с сомнением оглядела внушительную фигуру предлагаемого родственника. — Ну, не знаю тоди, кого тебе треба. Мужик справный, а якщо чого не вмие, так я научу. Теоритично! — блеснула она глазами. — У мене чотырёхсторонний опыт имеетися! Як нияк, а чотыре мужа пройшли через мою хату! И все довольни були.

— Бабуля! — простонал Вишна. — Можно мы сами разберёмся: кто кому как понравился?

Я, кроме «ба!» больше ничего произнести не смогла. Ну не приспособлен драконий речевой аппарат для общения!

— Ладно, — проворчала баба Люда. — Разбирайтеся. Я вводный инструктаж провела. Надеюсь, не обделите бидну старушку дитячим букетом.

— Каким букетом? — Вишна вконец обалдел от напора деятельной хомячихи.

— Дитячим! — повторила она. — У нас в мире кажуть, що диты — це цветы жизни, — пояснила, уже устремившись на выход. — Зибрав букет — подаруй бабусе!

Я покосилась в зеркало в полной уверенности, что моя морда из белой превратилась в алую. Но нет. Как была белоснежной — везде — красавицей, так и осталась. Только бирюзовые глазки подозрительно заблестели, и пресловутые бабочки в животе ожили, робко поскрёбывая крылышками внутри. Это, оказывается, меня только что замуж позвали!

Бабуля ушла, а мы стояли с Вишной и неловко переминались с ноги на ногу. Не, вру. Это он переминался с ноги на ногу, а у меня — лапки! Я пошевелила пальчиками передних лапок, с интересом рассматривая угольно-чёрные коготки. Наверное, я напоминаю белого медведя. У того тоже шерсть белая, а подушечки лап и когти чёрные. Только я изящная, стройная, с бархатными крыльями и прекрасными бирюзовыми глазами. Ничего, что попа немного толстовата, зато какой хвост!

— Ким! — вывел меня из режима любования драконьей ипостасью Вишна.

— Ур-р-р?

— Ты так и не ответила.

— Как это не ответила? Сказала же — «конечно!» Чего переспрашивать?

— Ты как-то не так сказала, словно отмахнулась.

— Вообще-то, я и говорить не умею в таком виде, только ментально. Ой! — от неожиданности я даже подпрыгнула. — Это, выходит, ты мои мысли читаешь?

— Не злись, пожалуйста, — тут же выставил руки в защитном жесте гад синеглазый. — Мы же с тобой ночью… фу-у-ух, как пацан, честное слово! — психанул он вдруг и рявкнул: — Переспали мы с тобой! И — да! Я читаю твои мысли! И, вообще — пойдёшь за меня или нет?

— А надо? — тоже вспылила. Не всё ему одному воздух в комнате сотрясать. И тут вспомнила о Леди, точнее — о ледях. Их же три! — А у тётушек разрешения спросил? — ехидно сощурилась я.

— Какое? — опешил Вишна, даже руку с коробочкой опустил. А она, между прочим, открытая. Колечко с булыжником, бздинькнув о пол, покатилось под кровать. Я непроизвольно проводила его глазами.

— Жениться, — если бы у драконов были плечи, то я бы ими пожала, а так — пожала чем есть и качнула головой с острым гребнем и чудо-рожками. — Ты ж у них единственный ребёнок!

— Ким!!! — взъярился мужчина и в такой же ярости полез за кольцом. Уже из-под кровати пробубнил: — Детский сад, какой-то. — Вылез, опёрся спиной о ножку кровати и тоже с интересом стал рассматривать мои пальчики на лапках.

— Что? — от этого внимательного взгляда стало нехорошо, и я немного попятилась задом к зеркалу.

— Обратись, пожалуйста, я тебе кольцо надену, — выдал Вишна, сдув со лба маленького паучка на тонкой паутинке. Это так уборку тут проводят? Ну и что, что нас с бабой Людой столько времени не было! Халявщики домовые!

Я нервно дёрнула хвостиком и поёжилась от противного шкрябающего звука: острый треугольный шип на кончике хвоста поцарапал зеркальную гладь с мерзким звуком. Вообще-то я под драконьей шкурой голая, из душа выскочила, и одеться не удосужилась. Как-то не ждала, что прям с утра меня замуж будут звать, а то бы приготовилась — платье надела, туфли на каблуках, причёску сделала. Всё-таки, первый раз туда иду, и, хотелось бы, на всю жизнь, так что надо, чтоб запомнилось тоже на всю жизнь.

— Э-э-э-э, — промямлила неуверенно, — может, ты выйдешь? А через пять минут зайдёшь.

— Нет уж! — нагло заявил Вишна, основательно устраиваясь на полу возле кровати. — Ты опять куда-нибудь пропадёшь! А на мою невесту нападать поостерегутся!

— Понимаешь, я не совсем одета.

— И что? Чего я там не видел?

Похоже, он не понимал. Стесняюсь я! Ночью было темно, и всё происходило под одеялом, местами, правда. А сейчас светло, одеяло далеко. Села на попу, обвила лапки хвостиком, вредно щелкнула по полу шипом и насупилась.