— Хорошая идея! Тогда в следующем месяце собираемся у нас. Объявим костюмированную вечеринку. Интересно, в каком костюме придет Алиса, — смеется Денис, заходя в лифт.

Но между пятым и шестым этажом я нажимаю кнопку "стоп", поворачиваюсь к нему, медленно задирая юбку.

— Что бы это значило? — вкрадчиво произносит мой муж и в его голосе уже дрожат возбужденные нотки. — Секс-экспресс в необычных местах? Мою любимую тянет на экстрим? Уже задаюсь вопросом, где это произойдет в следующий раз, — резко прижимает меня к стенке лифта, впиваясь в мои губы, пока я расстегиваю пуговицу на его джинсах. Мы странным образом научились чувствовать друг друга, или же мой мастер поцелуев настолько опытен, что каждый раз угадывает, как именно я хочу. Сегодня страсть налетела ураганом и закружила нас в смерчевой воронке, быстро, сильно, жестко, со взрывом ярких ощущений. Ему это нравится, выражение его глаз кружит мне голову еще сильнее, мою любовь уже отксерила каждая клеточка моего тела, чувствую, как наполнена любовью к моему Шахову с ног до головы. Думаю, он прекрасно видит, сколько чувства плещется в моем взгляде.

— Обожаю, как же я от тебя балдею, Ева, — шепчет Денис. — Я смотрю, тебе понравилось заниматься этим без резинки. Хотя мне тоже так больше нравится. Ты готова, если что стать матерью так рано?

— А ты готов? — Киваю, пытаясь отдышаться.

— О, да. Чем больше Шаховых, тем лучше. А иметь детей от любимой женщины... думаю, это особое счастье, которое я хотел бы испытать. Родим штук пять и станем передовиками в семье Шаховых.

— А мне почему-то кажется, что Алиса тебе этого не позволит, — смеюсь, выходя вслед за ним. Люблю возвращаться домой. Даже удивительно, как быстро его дом стал и моим домом тоже. — Алиса не позволит себя обогнать, судя по ее характеру – она вожак стаи. Поэтому, если мы решим иметь пятерых детей, она родит семерых маленьких Катастроф.

— Ага, и чтобы не путаться назовет их днями недели: Понедельник, Вторник, Среда и так далее. Нужно будет подбросить ей эту идею, — фыркает Денис. — Я восхищен тем, как закончился этот день. И очень надеюсь, что завтра нас ждет не меньше интересных событий.

Улыбка моментально сползает с моего лица:

— То есть ты запланировал мою встречу с биологической матерью на завтра?

— Ты же сама не хотела откладывать. Я уже с ней связался и договорился.

— Боже, — приземляюсь в ближайшее кресло, пытаясь совладать с дрожью. Это нервное. С одной стороны мне хочется это сделать, а с другой мне страшно. Вдруг мне не понравится эта женщина или причина моего появления на свет настолько трагична, что это отравит мою жизнь?

— Ну чего ты так разволновалась, глупышка? Ведь все было так хорошо, — Денис прижимает меня к себе, успокаивающе поглаживает по спине, целует в макушку.

— Не хочу, чтобы оказалось, что я просто чья-то ошибка, о которой многие годы пытались забыть, — бормочу, уткнувшись в него лицом. — Ведь тот факт, что она меня отдала на усыновление, уже говорит о том, что я была ей не нужна.

— Все может оказаться совсем не так, как ты себе навыдумывала. Я бы не предлагал тебе встретиться с матерью, если бы не был уверен. Поверь, меньше всего я хочу тебя огорчить.

— Значит, ты что-то знаешь? — вскидываю голову, требуя взглядом немедленного ответа. Конечно, он знает! Этот разведчик уже отследил и прощупал все ниточки, собрал информацию, убедился в ее надежности и спрогнозировал результат.

— Знаю лишь некоторые общие факты. Я хочу, чтобы Ирина тебе сама рассказала. Киса, я буду рядом. Ты ведь у меня не трусиха? И уж точно не паникерша, — я уже знаю этот его взгляд, если Денис уперся, из него даже клещами не вытянешь. Придется ждать завтра. И как теперь уснуть, когда мысли осиным роем жужжат в голове? Есть только одно надежное средство: под один бок положить любимого, под второй котенка, который мурчит и вибрирует всем телом. Денис называет его лысым сверчком.

Как ни странно, утром меня окутало удивительным спокойствием. Ведь если мой муж уверен, почему я должен сомневаться, придумывая себе страхи. Улыбаюсь его сонному лицу, заряжаюсь бешеной энергетикой этого шикарного мужчины почти до состояния невесомости и с легкостью закрываю дверь нашей квартиры. Интересно, как долго теперь лифт будет напоминать нам о прошедшем вечере? Денис загадочно улыбается, я краснею, чувствуя прилив страсти, переглядываемся без слов и беремся за руки.

— Дорога длинная, нам придется ехать в другой город, но мы должны успеть до начала спектакля, — заводя машину, произносит Денис, но теперь мне кажется, что эту фразу он собирался мне сказать, как только я проснулась, просто никак не мог подобрать момент.

— Какой еще спектакль?

— В театре. Твоя биологическая мать актриса драматического театра. Сегодня она как раз выступает. Глядя на сцену из зрительного зала, попытаешься угадать кто из актерского состава твоя мать. Вдруг сердце подскажет.

После слов Дениса я уже не могу сосредоточиться на спектакле, даже толком не слышу реплик актеров. Как только мы заняли свои места и поднялась завеса, я пытаюсь вычислить, кто из них моя мать методом дедукции. Если отбросить всех мужчин и молоденьких девушек остается три женщины, и одна из них родила меня двадцать лет назад... чтобы отдать чужим людям. Вглядываюсь в их лица и фигуры, пытаясь найти внешнее сходство. Может быть, у меня ее нос или цвет волос, а может быть глаза или овал лица.

— Ева, ты сейчас мне пальцы сломаешь, — шепчет Денис, и я только сейчас чувствую, как крепко сжимаю его руку.

— Извини, я волнуюсь. Мне кажется, вон та женщина, которая играет хитрую служанку королевы и есть моя мать... Боже, Денис, ты мне не подсказал, а сама я разнервничалась и из-за этого напрочь отупела. Я же легко могу узнать кто из них моя мать, посмотрев программку, зная ее настоящее имя. Или ты специально быстренько спрятал буклет в карман? Хотел, чтобы я помучилась?

— Хотел, чтобы ты, хитрюга, узнала ее сердцем. И, к сожалению, ты не угадала, потому что включила логику. Я прав? — Улыбаясь, легонько прижимает меня к себе.

— Как я могу почувствовать ее сердцем, если ее совсем не знаю? Она, может, и на руках меня ни разу не держала, — бормочу обиженным голосом, чуть расстроившись, что не угадала. — Скажи кто или отдай программку.

— Не отдам, потому что иначе будет неинтересно. Не забывай про грим, он может здорово менять возраст, обманывая глаза зрителей. Иногда женщины даже играют мужские роли. Так что, киса, начинай все сначала, — ему весело, а у меня сердце трепещет, как пойманная бабочка. Уже начинаю думать, что я ей скажу, как мне себя вести, какие вопросы задать. Снова внимательно рассматриваю актеров, послав дедукцию к черту, а вместе с ней и интуицию. Здесь надо прислушаться к другому чувству, к седьмому, которое развито лишь у женщин. Все больше мое внимание привлекает одна девушка с длинными русыми волосами, стройная, со звонким певучим голосом, играющая бедную сироту. Кстати, она чаще всего посматривает в зал.

Во время антракта Денис вытащил меня на улицу, чтобы я подышала свежим воздухом и немного расслабилась. Мой Шахов такой спокойный, загадочная улыбка не сходит с его лица, а каждое прикосновение пропитано дополнительной порцией нежности.

— Еще немного, и ты с ней познакомишься. Может, пригласим ее в ресторан после спектакля? Пообщаемся и поедим, потому что я ужасно проголодался, серьезно раздумываю, а не пожевать ли мне вместе с тобой твою губу.

— Мне нравится твое приподнятое настроение, но это ожидание выматывает, — тянусь за поцелуем и на какое-то время забываю обо всем на свете, ибо мой мастер поцелуев умеет дарить ни с чем несравненное удовольствие.

Второй акт я еле высидела. Закрывала глаза, считала до тысячи, рассматривала других зрителей, особенно женщин. Когда ты на таких эмоциях, ждать становится пыткой. Поэтому, когда спектакль закончился, занавес опустился, а на сцену вышли актеры принимать свои аплодисменты, я, наверное, хлопала в ладоши громче всех.