— Кто-нибудь, угомоните эту женщину! — завопил Макс. — Дима, мы тебя послали на кухню или в Кентукки? Тащи свою задницу сюда, твоя жена почти выдала замуж тещу Дениса!

— Мои идеи, между прочим, всегда удачны! — Огрызается Алиса. — Надеюсь, Макс, ты понял, чем тебе теперь надо заниматься?

— Понял, что зря я построил домик на дереве, надо было рыть подземный бункер, где я смогу от тебя спрятаться. От твоей неуемной энергии можно бесконтактно заряжать спутники прямо в космосе. Ирина, я вас просто хочу предупредить, что если Алиса что-то задумала, спастись от этого уже фактически невозможно.

— Твою мать, расступитесь. Я могу ненадолго уединиться со своей женой? — умоляет надломленным голосом Денис. — Вы меня реально сводите с ума! — Хватает меня за руку и тянет наверх, в свою бывшую спальню. — Киса, — усадив меня на кровать, опускается передо мной на колени. Такой милый, встревоженный, счастливый и растерянный одновременно. — Это точно? У нас будет ребенок?

— Угу, — киваю и расплываюсь в улыбке, потому что его карие глаза становятся почти золотистыми от искр, взрывающихся там фейерверками. — Люблю тебя... так сильно.

— Тогда я люблю тебя сильнее. На мгновение я потерял контроль и выглядел как дурак, верно? Просто... когда радость не умещается, организм пытается перезагрузиться, как процессор. Обалдеть... счастья много не бывает, — обнимает меня, уткнувшись лицом в мои колени. — Нужно возвращаться, пока они не вылакали все наше шампанское. Но вечером я тебя зацелую до исступления, звезды будут падать прямо на тебя, готовьтесь, госпожа Шахова.

... Мое сердце кружится в вальсе со вчерашнего дня, не перестаю улыбаться и принимать комплименты. Пока мы с мамой добирались до свадебного салона, где должны были встретиться с Алисой, мне три раза говорили, что я просто сияю и выгляжу великолепно, непревзойденно и очень вдохновляюще.

— А ты уже придумала, что наденешь на наше венчание? Может, мы и тебе платье подберем? — Мне нравится держать Ирину за руку. Вчера перед сном я сказала ей: «спокойной ночи, мама», и она убежала в ванную плакать под душем. Мы еще очень остро реагируем на сближение, я на ее «доченька», она на мое «мама».

— О, платьев у меня хватает. Выберу самое красивое. А кто это идет вместе с Алисой? — Приставив ладонь козырьком, смотрит в сторону дороги.

— Господи ты боже мой... Гм, кажется, ее старший брат Даня. Он теперь начальник тюрьмы, видимо, хорошо разбирается в свадебных платьях. Я теперь понимаю, почему Максу иногда хочется ее прибить. Лично я с Даней еще не успела познакомиться, но Денис говорит, что он хороший мужик, это дословно, а мой муж по пустякам словами не разбрасывается. А Макс говорит, что такое впечатление, что Даню и Алису родили разные матери с разных планет. Ты же понимаешь, зачем она его притащила?

— Ева, мне сейчас как-то не до мужчин, — мама резко смутилась, отвела взгляд и покраснела, потому что Даня оказывается очень симпатичный синеглазый парень. Насколько я помню, ему тридцать пять, и у него нет постоянной девушки, работа отнимает все его время, и она же отбила у него все желание жениться.

— Привет-привет! — Алиса цветет и пахнет. — А Дениса с вами разве нет? А я так долго уговаривала брата составить ему компанию, пока мы будем выбирать платье, — Эта артистка всем своим видом просит нас ей подыграть.

— Алиса, жених не должен выбирать свадебное платье, плохая примета. Меня зовут Ирина, — но мама подыгрывать не стала, протягивает руку Дане с самым серьезным выражением лица. Сейчас скажет кавалеру разворачивать назад свои оглобли и все старания Алисы сойдут на нет. — А это моя дочь Ева, я так поняла вы тоже с ней еще незнакомы. Понимаю, что все эти кружева и гипюр еще то «удовольствие» для мужчины, поэтому не смеем вас задерживать.

— Извиняюсь, но я все же задержусь, — произносит он приятным голосом. — Меня зовут Даня. Алиса чуть ли не угрозами заставила меня пойти с ней, и теперь я совсем об этом не жалею. Никогда не видел, как выбирают свадебные платья. Надеюсь, моя компания вас не смутит? Я умею быть веселым.

— А начальникам тюрьмы это разве свойственно? — ох, моя мама может быть дерзкой. Или это такой заржавевший флирт? Синие глаза подействовали или его настойчивость?

Ева

Идея сыграть две свадьбы в один день пришла Максу. Старший Шахов вдруг стал очень экономным и убеждать он умеет, поэтому ему было не трудно уговорить нас с Денисом.

Несмотря на то, что мы уже муж и жена, но венчание – это тоже дико волнительно, тем более сегодня будет белое платье, брачная клятва, гости, поздравления. Мама тоже что-то обязательно скажет, наверное, снова умилюсь и зальюсь слезами.

... Сегодня она не ночевала дома. Через две недели после знакомства, Даня всё-таки уговорил ее пойти с ним на свидание и видно загулялись по-взрослому. Проснувшись в пять утра, чтобы написать свою брачную клятву, я специально заглянула в комнату, чтобы проверить – кровать не разобрана, на телефоне нет никаких сообщений, так что моя мама заснула на груди у этого синеглазого красавчика. Она сказала, что ее подкупило его остроумие, что чувство юмора у мужчины тоже должно быть сексуальным и у Дани оно именно такое.

Когда я встаю с постели раньше Дениса, Пушок тут же забирается на мое место, пока оно теплое, подползая поближе к моему Шахову, который каждый раз возмущается, находя его у себя под боком, но лысый котенок продолжает его упрямо любить.

Входная дверь тихонько хлопнула, и к этому времени я уже успела испортить три листа бумаги. Хочется написать хорошую речь, но слова из сердца льются сумбурно. Оборачиваюсь, встречая маму хитрой улыбкой.

— И как он целуется?

— Ева, ты почему не спишь? — От смущения у нее розовеют щеки. Волосы взъерошены, платье тоже примятое. Хм, наверное, первое свидание прошло бурно. — Могла бы еще поваляться в постели, собираться все равно начнем только в восемь.

— Мучаюсь с брачной клятвой. А сейчас меня вдруг накрыло желанием увидеть и тебя в белом свадебном платье. Как думаешь, это возможно? Мам, мне бы очень хотелось есть глазами твое счастье.

— Рано еще об этом говорить, — выдыхает, плюхнувшись рядом со мной на диван. — Хотя мне с ним было интересно, ни разу не возникло желания поскорее от него избавиться и вернуться домой. Ведь я и раньше пробовала ходить на свидания, редко, но пробовала, и каждый раз мужчины меня разочаровывали. Попадались то маменькины сыночки без мужского стержня, то глупые невежды или те, кого интересовал лишь секс. Даня он тоже... горячий, но у него это получается так естественно. Чего ты смеешься?

— Нравятся твои распухшие от поцелуев губы. Вы переспали?

— Дочь, неприлично задавать маме такие вопросы, — судя по ее улыбке, ответ очевиден. — Пойду приведу себя в порядок, не буду мешать тебе с клятвой, потому что это очень личное. Как там мой внук?

— Все еще размером с горошину, — счастливо улыбаюсь. — Но аппетит у меня зверский. Приготовишь завтрак? Сегодня у тебя должны получиться особые блины, с привкусом любовных приключений. Кстати, Даня тоже приглашен на свадьбу. Рассадкой гостей занимается Алиса, и я почти уверена, что ты и её брат будете сидеть за одним столиком.

— Замечательно, значит, будут блины, — ее загадочное выражение лица все больше подталкивает меня к мысли, что моя мама не прочь влюбиться. Особенно теперь, когда все хорошо, когда на ее горизонте снова ясно, а в душе еще столько неизрасходованного тепла и нежности. Вздыхаю и снова открываю блокнот, кажется, моя брачная клятва созрела.

... Столько волнений, но все приятные. Мы с Олей в белом, уже полностью готовы, фотограф следует за нами по пятам, наши мамы специально не накрасили глаза, чтобы можно было свободно плакать от счастья. К алтарю идем вместе, в одной руке сжимаю букетик цветов, другой держу Олю за руку. Полная церковь гостей и только у Алисы в руках плакат: «Да здравствует любовь» . Наверняка купидонам такие выдают на работе. Наши мужчины терпеливо нас ждут, но Макс нервничает больше, хотя может это Алиса на него так действует, которая с первого ряда пытается обмахивать его своим плакатом.