Смотрю на него и сердце кровью обливается… Но у меня предчувствие, что если я откажусь с ним поехать, он реально может ранить кого-нибудь… Или же вообще убить… Будто не погнушается… Не испугается… По его виду я не вижу ничего другого.
Отец молчит… Мама просто кивает, отпуская нас… И мы с Амиром идём в прихожую.
– Я сейчас сумку заберу… И приду…
– Окей…
Оставляю его там, а сама исхожу на горькие слёзы по пути… Стираю их со щёк, чтобы никто не увидел… Беру рюкзак с вещами в комнате и пишу Вите сообщение… Что он всё же приехал за мной… Что мы уезжаем… Что отец в шоке… И вся ситуация напоминает какое-то цирковое представление.
Когда спускаюсь обратно, вижу, что они с отцом стоят внизу возле выхода и о чём-то очень грубо разговаривают. Настолько, что даже мама не вмешивается… Стоит в сторонке и переживательно смотрит…
– Только попробуй её обидеть…
– Ссыкотно, да, после всего?
Не понимаю, что происходит… Но потом отец видит меня… И все втроём тут же замолкают.
– Мам… Пап… Я позвоню вечером…
– Хорошо, Алиса… – целует мама и обнимает… А потом я подхожу к папе… Он так зол, что весь каменный.
– Ты уверена?
– Угу… – киваю, уткнувшись в его грудную клетку. Очень пререживаю, как они с мамой всё воспримут... Но для главное, чтобы с ними всё было в порядке. Отец не хочет отпускать, но я сама отрываюсь от него, будто с болью... Пора...
Амир молча пропускает меня вперёд. Сам просто разворачивается и идёт следом…
До машины мы идём вовсе не как влюбленная пара… А как заключенный и конвой… И даже когда начинаем движение, он ни слова не говорит, будто переваривая ситуацию.
Сначала я думаю, что он увезёт в какую-то глушь, но мои страхи напрасны, потому что мы останавливаемся примерно в пяти остановках от моего дома.
– Я взял поближе… Выходи…
– Ладно… – сразу подмечаю, что это дом… Не квартира… Стучать в стену и звать соседей на помощь не получится… Видимо, на то и расчёт.
Но выглядит не страшно. Вполне ухоженно и симпатично. Правда у меня в груди такая дыра теперь, что нет сил рассматривать и любоваться.
– Проходи… Обосновывайся… Ты можешь переставлять всё, как хочешь. Делать тут, что хочешь. Можешь сделать себе кабинет, если нужен…
– Как благородно, – бурчу я, и он останавливается.
– Что?
– Ничего…
– Хорошо… Иди за мной. Тут кухня, – показывает он мне комнаты. – Ванная… Пустая комната… Тут тоже пустая… А здесь. Наша с тобой спальня. – пропускает меня внутрь, и я хмурюсь. Огромная кровать с шикарными балдахинами привлекает взор… Но предчувствие у меня от всего этого только негативное…
– Мы что… Обязательно должны спать вместе? – уточняю, а он ржёт. Просто угорает и не отвечает, уходя оттуда и крича напоследок:
– Располагайся…
Пока я переодеваюсь в домашнее, раскладываю свои вещи, книги, коньки и прочее, параллельно переписываюсь с Витей.
«Да ну нах… Зачем ты с ним поехала?
А у меня был выбор, блин?!
Конечно, был! В полицию пойти!
И остаться без родителей?! Знаешь, как говорит полиция? Пока с вами ничего не случилось, говорить не о чем! Вот и всё!
Капец… Алиса… Ты, кароч, это… Если он тебя обидит, я сам куплю пистолет и застрелю его, отвечаю. Пиши мне обязательно или звони. В любое время.
Хорошо.
Будь аккуратнее…
Ты тоже».
Только хочу убрать телефон, как вижу на экране номер мамы Кирилла… И у меня ком подступает к горлу. Зачем она мне звонит…?
– Да?
– Алиса… Господи… Здравствуй… – тревожно выдыхает она. – Извини, что беспокою... С прошедшим тебя…
– Спасибо… Огромное… Что-то случилось?
– Просто Кирилл на связь не выходит уже вторые сутки… Мы думали он там с тобой… С тобой же? Празднуете?
– Эм… Ага… Я бы позвала его, но он отъехал отвезти тут наших знакомых… – лгу я, чувствуя такое жжение внутри, что не могу продохнуть.
– Слава Богу, – выдыхает его мама. – А-то что-то я разволновалась… Скажи ему, чтобы телефон зарядил, ладно?
– Да, конечно… Как вернётся… До свидания, – тут же сбрасываю трубку и в ужасе смотрю на экран. – Чёрт!
Резко бросаю все свои дела и иду к Амиру… Просто на панике ищу его глазами.
– Амир?! Амир!
Захожу в каждую комнату… В каждую… Но его нигде не вижу… А потом пытаюсь открыть ещё одну дверь. Но она закрыта. Я дёргаю за ручку снова и снова. Бесполезно… А потом вдруг слышу:
– Это мой кабинет. Тебе туда нельзя, – отрезает он, снимая ботинки на входе. Видимо, был на крыльце и курил… Потому что, как только я подхожу к нему, чувствую явный отчётливый запах сигарет…
– Амир… Скажи мне, где Кирилл… Что ты с ним сделал? Я умоляю тебя…
– М… Умоляешь? – спрашивает равнодушно. – Ну а ты сделала, что я говорил?
– Ч-ч-что… Сделала что?
– А ты поработай своей милой каштановой головкой… Вспомни… – касается он моего виска, а потом проходит мимо меня и прётся на кухню… И я иду за ним.
– Амир…
Он спокойно наливает себе стакан воды и начинает пить. А потом с громким звуком ставит тот на столешницу, и я вздрагиваю.
– Я сказал тебе бросить его по смс… Ты сделала?
– Н-н-нет… Я не стала… Просто…
– Просто, Алиса… – перебивает он хрипло. – Домой он не вернётся, пока на его телефон не придёт это сообщение от тебя…
– Амир… Как ты можешь?! Это же человек! Живой, блин, человек!
Он смотрит на меня таким хладнокровным взглядом и начинает уходить в нашу спальню…
– Я предупредил. Этот человек сдохнет через сутки от обезвоживания, если ты не напишешь…
– Господи! Ладно!
Я тут же бегу за своим телефоном и судорожно тычу на экран, пытаясь вспомнить, что он сказал мне ему написать…
«Я передумала. Нам лучше расстаться. Мы не подходим друг другу. Извини».
Иду к нему и тут же с порога толкаю телефон в его грудную клетку, пока он переодевается.
– Вот, на! Пожалуйста, отмени! Верни его домой, умоляю тебя!
– Не вопрос… – отвечает он, просмотрев сообщение, а потом набирает что-то на своём телефоне. – Сегодня твой Кирюша будет дома. Сладко спать в своей постели… Ну… Может не совсем сладко…
– Я даже говорить с тобой не хочу… Я не понимаю тебя… – отрезаю, а он резко дёргает свои трусы вниз… И у меня в мгновение происходит коллапс… Все жизненные показатели стремятся к нулю… Когда я вижу его огромный налитый кровью орган… Сразу же отворачиваюсь в ужасе. Но никак не могу выбросить из головы то, что я увидела… Господи… Какой он большой… Мама…
– Ну чего ты отвернулась, лисица… Ложись ко мне… Может лучше друг друга поймём…
Шуршит одеяло, а я так и стою, застыв… Спиной к нему… Сердце в груди гоняет, будто на аттракционах… Трудно дышать. Да и всё остальное кажется сейчас непосильным трудом… Даже на ногах стоять…
– Я пойду родителям позвоню, – тут же хватаю свой телефон и бегу оттуда на свежий воздух, чтобы не задохнуться от ужаса…
Глава 8.
Амир Шаламов
Какой была, такой и осталась…
Не знаю, чем так запомнилась, но забыть не смог… Даже после всей этой поганой ситуации… Когда засыпал, стоило глаза закрыть… Представлял, как катает… Как острие коньков прорезает лёд, а я ловлю свежесть и её аромат вместе с хрупкой фигурой, заключая в свои объятия. Забирая её с соревнований… Снова и снова…
Я нихера не романтик. Никогда таким не был… Но пройдя через ад и потеряв всех своих близких, поставил себе цель, забрать её себе… Чего бы мне не стоило. Ведь она была единственным воспоминанием о прошлом, которое всё ещё согревало мои внутренности… Она была и остаётся всем.
Я всегда был вспыльчивым, поэтому, когда узнал, что у неё есть какой-то хер с горы, немного всё же сорвался… Даже избил того, кто мне об этом доложил… Гонца с плохой вестью… Кулаки давно зажили, ведь сейчас я не решаю вопросы побоями. А тут… Будто снова в свои восемнадцать вернулся. Настолько всё внутри заклокотало.
И хочется… Её хочется… Ту прежнюю ласку, заботу, тепло… Как смотрела на меня. Как мило и забавно морщила нос, когда только возвращался к ней после курения. Как вжималась в мою одежду… Как учил целоваться… Как дурил от неё просто потому что она из всех выделялась. Была такой целеустремлённой. Открытой, честной… Наивной… Нетронутой, как лёд на новой арене… По которому она каталась…
